Летопись Линеи
Шрифт:
Как правило, небесный гарнизон охватывал несколько гигасов за раз, от трех до четырех. Это зависело от удачи, конечно -- если рядом были еще деревья-великаны, чьи массивные ветви находились по соседству, то гарнизон строили и на них. Особенность таких вот небесных гарнизонов заключалась в том, что лестничный подъем был только у одного дерева, у подножия которого и располагался форт. Другие сообщались с ним исключительно посредством веревочных мостов меж ветвями. Первый и избитый вопрос, который задают приезжие, пытаясь сумничать, касается того какой прок в деревянных крепостях, которые можно поджечь? Для любой другой территории это замечание было бы
– - Трепаться не люблю, скажу все по сути, Гидеон это ценит, как и я. Никаких нападений нет, все спокойно, хотя есть и кое-что подозрительное. Около двух месяцев назад атабы начали покидать свои бивуаки, уходить и вот, что странно -- уходили частями, а не всем Табатом сразу, как у них заведено. Изо дня в день их становилось все меньше. Теперь их у южной границы можно сказать и нет. Все бы ничего, но наземные разведчики не смогли отследить их направление. В лесах еще рыскают их разведчики, но и только.
– - Согласен, подозрительнее некуда, -- согласился Готфрид.
– - Как сквозь землю провалились!
– - возмутился капитан Роже.
– - Нам нужно осмотреться самим, осмотреть места где атабы разбивали лагерь. Далеко забираться не будем, ведь как вы сказали, атабы исчезли, но не ушли в каком-то конкретном направлении. Вы сможете выделить нам, скажем, человек восемь? Не хотелось бы вдвоем наткнуться на отряд атабов.
– - высказал свой план Леон.
– - Всего из восьми?
– - удивился Роже.
– - Большой отряд подобен медведю, бредущему через лес. Его сопение и треск под могучими лапами веток много опережают его самого, в то время как небольшой отряд, подобен лисице, -- едва приметен и бесшумен.
– - пояснил Леон.
Роже посмотрел на Готфрида, недоумевая и ожидая его комментариев. Беатриче тем временем встала рядом со свечой на столе, которая была совсем чуть ниже ее. Эйдос поднес лицо к пламени практически вплотную, заглядывая в него точно в окно, за которым открывался новый, дивный мир, полный чудес. Выглядит жутковато, но эйдос был не материален и пламя не причиняло ему (ей?) ни малейшего вреда.
– - Мой друг говорит о том, что мы не за дракой лезем, а взглянуть что и как. Рисковать ни своими, ни чужими шеями мы не собираемся.
– - пояснил Готфрид, удивленный как и Роже, но не манерой Леона изъясняться, а тем, что Леон решил осмотреть границы.
– - Звучит разумно с одной стороны, но и крайне опасно, с другой. Не сочтите за неуважение мой вопрос, господа. Доводилось ли вам участвовать в сражениях против атабов?
"Против атабов? Да нам довелось даже с призраками повоевать!" -- про себя выкрикнул Готфрид.
– - Признаюсь, в битве с атабами мы сталкивались лишь единожды, при осаде разбойничьего форта Дырявый Кит.
– - Дырявый Кит...
– - Роже задумался.
– - Сам увы не участвовал в той битве, лишь слыхивал. Гуго Войд тот форт ведь взял, так? Это же было четыре года назад, вам тогда по сколько лет было?
– -
– - Могу я поинтересоваться, много ли атабов на вашем счету с тех пор?
– - Ни одного. Как и положено оруженосцам мы держались позади, присматривая за лошадьми. Шайка, облюбовавшая Кита, в основном состояла из людей, атабов там было лишь трое. Тем не менее, к нам прорвался-таки один, раненный. Заручившись поддержкой ближайшего к нам рыцаря, мы сразили его, но приписывать эту победу себе, как вы понимаете, неуместно.
– - Ясно, -- кратко бросил Роже, даже не стараясь изобразить на своем лице интерес. Шумно отхлебнув из кубка, он утер бороду рукавом и ответил.
– - Я дам вам разведчика и семь моих лучших людей. Надеюсь на ваше благоразумие. Я не хочу, чтобы сын Гидеона погиб на вверенной мне земле.
– - Смею вас заверить, кай Роже, на тот свет мы ничуть не торопимся.
– - И то верно, подлеца Гуго пережили, значит есть ум в голове.
Готфрид взглянул на друга. Леон медленно отложил нож с куском мяса в тарелку. Оскорбить при Леоне Гуго Войда было все равно, что оскорбить его родителей. Светловолосый рыцарь мечтал хоть вполовину приблизится к этому легендарному герою и не смел терпеть клевету в его адрес. Что ж, Леон шумно вобрал воздух в грудь, желая походить на Гуго во всем, а значит прежде всего сохранять самообладание во что бы то ни стало.
– - Кай Гуго Войд был ложно обвинен. Я, мой друг Готфрид и другие рыцари были подле него, и мы свидетели его невиновности. Я лично своими глазами видел тело дочери князя Эддрика в логове чудовища. Девушка была мертва задолго до того, как мы нашли ее.
– - Ничуть не сомневаюсь в том, что вы видели, кай Леон. Однако, как мы все прекрасно теперь знаем, пепельные холмы дурманят голову и увиденное там легко принять за явь, но явью оно не является.
– - Роже собрал жирную подливку куском хлеба и закинув тот в рот, довольный собой, закончил.
– - Иначе как понимать то, что князь Эддрик заточил Гуго в темницу, несмотря на все его заслуги? Вот вы говорите, что вы свидетель? Извольте знать, что у меня в гарнизоне тоже есть свидетель. Рыцарь, который был там вместе с вами, между прочим. Так вот он другое рассказывает.
– - Осмелюсь предположить, что ничего хорошего?
– - осведомился Готфрид.
– - Именно так, кай Готфрид. Говорит так дочка князя была хороша, что Гуго не удержался да оттрахал ее как следует, а дабы сокрыть преступление, горло ей перерезал и бросил в гнезде чудища.
– - Доброго вам вечера, господа. Благодарю за ужин и гостеприимство, кай Роже, оленина была превосходна. Хочу прогуляться перед сном.
– - произнес Леон голосом тяжелым как давно неиспользуемая наковальня и таким же холодным.
Роже проводил его равнодушным взглядом. Его личные ожидания касательно сына Бертрама подтвердились, -- он ожидал увидеть мягкого и по-женски ранимого юношу, как о нем судачили, и он его увидел.
– - Ваш друг всегда такой ранимый?
– - Только когда оскорбляют тех, кого он ставит в один ряд с родителями и когда жертва оскорблений тот, кто сам в разы лучше оскорбляющего.
Роже лишь хмыкнул, не ответив на колкий выпад юнца.
– - Гуго неплох, спору нет, но как по мне его слава преувеличена. В деле я его не видел, зато видел Бодуэна Монферратского. Вот этот рыцарь как по мне по праву мог носить звание -- первого меча Линденбурга. Жаль, что сгинул он во время войны с этими проклятыми северянами...