Летопись Линеи

Алёшин Роман Витальевич

– - Лягушонок, ты так и не представилась гостям, мы же не варвары какие, будь любезна, -- улыбнувшись по-отечески, произнес Витторио.

– - Сразу предупреждаю, что если кто-то из вас мальки...
– - скользкие рыбьи глаза шэбы остановились на каждом из гостей, -- ...назовет меня лягушонком, получит в спину арбалетный болт. Я такое панибратство позволяю только мастеру Вито. Вы же извольте звать меня как положено -- Хэзбарийя, я ассистент и коллега Витторио.

Имя было типично шэбским и стоит отметить, что еще достаточно простым по сравнению с тем, какие носили жители глубин. Шэбы-наземники намерено упрощали или вовсе меняли имена, чтобы им было проще ужиться среди других народов. Витторио довольно кивнул и вытянув ноги в тапочках к камину, продолжил.

– - Вы все верно сказали, кай Леон,

только прошу простить мое бахвальство, -- все мои предшественники или коллеги ошибалась, пытаясь создать философский камень вне себя. Философский камень, это не булыжник на столе, но состояние тела и души. Его невозможно создать иначе кроме как взрастить в сплаве собственной души и собственного тела. Моя теория состоит в том, что первыми симптомами зарождения философского камня становится тело неспособное умереть от старости, что увы, не отменяет саму старость. Затем тайна трансмутации и наконец окончательно достигший состояния именуемого как "философский камень", обретает вечную молодость, даже если был прежде стар.

– - Вы полагаете, что у вас первый симптом?
– - догадался Готфрид и старик кивнул.

– - У вас есть другое объяснение? Я живу столько, что уже сам не помню сколько мне лет. Впрочем, простите мне мою словоохотливость, Гаргуль и лягушонок зачастую возвращаются только к ночи и мне не с кем поговорить. Все о себе говорю, а ведь вы мои гости, спрашивайте сами, что вашей душе угодно.

– - Зачем вы навели страху на Луковки? Зачем требовали дань?
– - поинтересовался Готфрид, беря блюдце с чашкой и пробуя чай.

– - Это потешно, -- рассмеялся старец.

– - Вправду люди говорят: "Седина в бороду, бес в ребро".
– - поразился Зотик, которого уже порядком утомили бредни старика о каком-то там камне.

– - Ну разумеется мои дражайшие гости, это не основная причина. Хотя признаюсь, я давно так не смеялся, как в тот день, когда селяне улепетывали со всех ног завидев наши пугала -- та еще потеха!

Зотик сжал кулаки, а ноздри его вздулись. Ему пришлось стиснуть челюсти, чтобы не ляпнуть чего-то обидного. Безусловно он был зол и в то же время считал как-то неправильно злиться на того, кто на его взгляд доживает свои последние если не и недели, то уж месяцы точно. Зотик был совершенно уверен, что Витторио выживший из ума старик к которому благосклонно отнеслись Боги, даровав более длинную жизнь, чем прочим.

– - В соседней комнате я заметил сундук, до отвала набитый астэрами. Учитывая вашу торговлю звездной пылью, недостатка в деньгах у вас нет. Следовательно, вы можете позволить купить себе любую пищу, так зачем эти хлопоты с вымоганием? Зачем все эти фокусы и уловки с пугалами, надписями, скелетами? Тоже ради потехи?
– - рассуждал Готфрид.

– - В назидание жителям деревни... а еще потому, что я люблю свежую, деревенскую снедь.
– - Витторио слегка улыбнулся, но тут же нахмурил кустистые брови.
– - Не скрою, я рад, что здесь присутствует староста Луковок. Мне есть, что ему сказать. Твои люди налетели на медвежий хутор как стервятники на поле брани: сдирали и рвали драпировку, вытоптали пол в гостиной и вынесли статую Дашарской королевы прошлого эона. Ценность, этого произведения искусства в астэрской валюте можно измерить десятком деревень лесного княжества. Я хочу, чтобы все это вернули обратно и тогда духи простят вас, -- можете не приносить дань, но не раньше как вернете краденное.

Зотик покраснел как помидор, выслушивая то как его отчитывает старец. Молодой староста чувствовал себя мальчишкой, пойманным родителями за мелким хулиганством.

– - Все вернем, только вот неурядица вышла с девицей той каменной...

– - Это какая же?

– - Титьки у нее того...
– - Зотик почесал затылок, не находя себе места и посмотрел на друзей, ища помощи.

– - Прошу прощения?

– - Да грудь у нее отколота, вот что он пытается сказать. Я был в деревне, видел эту статую, ее сложно не заметить -- изумительная работа.
– - не выдержал Готфрид и выложил все как есть.

– - И еще лицо... немного побито, мальчишки с рогаток пуляли.
– - виновато добавил Зотик.

Повисло неловкое, давящее как толща океана, молчание, нарушаемое лишь шагами Гаргуля, журчанием чая, подливаемого в те чашки,

когда он заканчивался и треском дров в камине.

– - Верните то, что есть... пока есть что возвращать.
– - закончил Витторио и голос его даже не пытался скрыть разочарования в жителях Луковок.

– - Все вернем, даю слово, -- убеждал Зотик.

– - Мастер Витторио, не буду лгать, мне не жаль это говорить в виду того, чем вы здесь занимаетесь, но вам придется покинуть усадьбу. Звездная пыль запрещенный наркотик в Астэриосе, его производство, равно как и продажа карается заточением в цепи. Полагаюсь на ваш разум и даю вам неделю. Через неделю я сообщу стражам Линденбурга о том, что жители Луковок обнаружили в усадьбе на медвежьем хуторе алхимическое оборудование для варки наркотика.

– - Леон, ты же не глупый малек, не дай уму зайти за разум. Ты ведь и сам понимаешь, как устроен рынок? Спрос рождает предложение, не мы так другие.
– - заметила Хэзбарийя.
– - Как верно подметил кай Готфрид, у нас тут полно денег. Сколько вам нужно, чтобы морской бриз проветрил ваши горячие на решения головы?

– - Хватит лягушонок, изволь немедля прекратить. Мы бы все равно надолго здесь не задержались. Пора двигаться дальше, мы и без того уже перелопатили все средиземное королевство.

– - Да знаю, Вито, знаю. Жаль бросать все это, столько труда вложено, верно Гаргуль?

– - Несомненно, госпожа, -- покорно согласилась горгулья, не проявляя особой тревоги по поводу переезда, а ведь именно Гаргуль сделал большую часть всей работы.

– - Я рад, что мы пришли к согласию, -- подчеркнул Леон.

– - В таком случае, давайте поговорим о чем-нибудь приятном. Как упомянул Вито, мы редко с кем-то общаемся.
– - примирительно предложила Хэзбарийя.

Двое юных рыцарей, староста деревни Луковки, таинственный долгожитель, полагающий, что он создает из себя философский камень, шэба из морских глубин Бесконечного океана и горгулья со странным именем Горгуль, провели время за беседой до самого рассвета. За полгода, трио охотников за привидениями стали первыми гостями Витторио. Друзья узнали много нового и об усадьбе. Например, почему у дверей и окон капканы. Оказывается, периодически Хэзбарийя уходила на северо-восточные болота близь дубовой чащи и пепелища, где собирала яйца иглачей, -- необходимый ингредиент в алхимических изысканиях Витторио. Днем эти амфибии не гуляют по поверхности, так как плохо видят на свету, а вот ночью -- запросто. Ночами иглачи шли по следу, желая вернуть яйца и натыкались на суровый оборонительный потенциал усадьбы. От шэбы Готфрид также узнал, что если обычный янтарь проварить в меду, то он приобретает красный цвет. Именно так и были созданы глаза для пугал. Разгадка светящихся рисунков оказалась тоже на деле простой: все дело было в соке редкого цветка, на свету совершенно бесцветного, но сияющего во тьме. Чтобы скрыть гул алхимической установки, которая использовалась в варке звездной пыли, Витторио придумал систему труб, искажающих звук. Когда машину запускали, звук шел в трубы и искажаясь, превращался в вой, а сам агрегат запускали только по ночам. Изначально, чтобы отпугнуть от усадьбы случайных путников, мародеров и иных бандитов Витторио придумал, что нужно обставить все так, словно в доме поселилось нечто потустороннее и свирепое. Так, что вне зависимости от действий жителей Луковок, усадьба стала бы такой, какова она есть сейчас. Разве что дань никто бы не требовал. С едой проблем не было, Гаргуль регулярно летал в город и иные села, продавая звездную пыль и покупая еду для своего мастера и его ассистентки. Поинтересовались рыцари и о странном ночном стуке, слышимом с запада, но старик и его ассистентка лишь пожали плечами. Прощаясь, Витторио обратился лично к Леону:

– - Помните, я сказал, что рожденный ползать -- летать не может?

– - Помню.

– - Это все чушь собачья, юноша. Рожденный с ясным умом и ярым стремлением достичь чего-то, обязательно достигнет этого. Мне не так уж и хотелось стать магом, я был юн и брался за все подряд потому, что не знал, чего хочу от жизни. Как можно прийти в желанный город если ты даже сам не знаешь в какой именно хочешь попасть? Остается плутать всеми дорогами, путешествуя по разным городам. Но когда ты узнаешь, дело за малым -- просто идти по нужной дороге.