Летний снег
Шрифт:
Как так вышло?
Почему я ничего не заметил?
…Я обманывал себя. Я знал, почему это произошло.
Я никогда не был раньше в подобной ситуации. Я потерял любой опыт личных отношений. Оставшись один, без ничего и в незнакомой обстановке, я ухватился за предложение помощи. За возможность спастись от одиночества. За человеческий контакт. Это, вкупе с моими никакими социальными навыками, обрекло меня.
Гнев жёг меня изнутри.
— Пфф, боюсь, боюсь! Не надо на меня так зыркать! Эй, кинь
— Ну наконец-то ты закончил со словоблудием. И меня зовут не «эй», придурок. Это Четвёртый Райкаге — «Эй».
— Да плевать, — ответил бандит, поймав ошейник с довольно мелкой цепью.
В моей голове словно щёлкнул переключатель, и я осознал, что меня ждёт.
Я думал, что больше всего боялся смерти. Думал, что мне нужно было остерегаться случайного её прихода сильнее всего в этом мире.
Я ошибался.
Паника захлестнула меня.
Что я могу сделать против них? Как сам Хаку-
Кеккей Генкай. Мне нужен был лёд.
Но как его вызвать? Как его вызвал Хаку? Я помню, что его не учили. Он мог лишь сделать то, что сделал, на эмоциях.
Я напрягся, со всех сил возжелав, чтобы бандита проткнуло копьем льда.
Разумеется, ничего не произошло.
— Вот же… Не дёргайся! Дай… Мне!. Надеть-
Мужчина, склонившись надо мной, пытался нацепить эту вещь на мою шею, но я вырывался и как мог мешал ему.
Животный страх заполнил мой разум. Я должен был сделать что-то. Что-нибудь!
Я плюнул кровью ему в глаз.
Красная сосулька с глухим, влажным стуком вошла в его голову, словно в масло.
Он рухнул на меня, придавив телом к полу. Его застывшее в гримасе лицо смотрело на меня единственным целым глазом. Чужая кровь потекла на мои щёки.
Я вскрикнул и судорожно попытался спихнуть труп с себя. После нескольких попыток я наконец выбрался.
И встретился взглядом со вторым мужчиной.
— Что… Что ты с ним сделал? — спросил он поражённо, неосознанно пятясь.
Мои мысли понеслись вскачь. Я не справлюсь сам по себе со взрослым мужчиной, в этом состоянии. Оружие. Мне снова нужен мой улучшенный геном. Мне была нужна жидкость.
Мой взгляд упал на мёртвого бандита, из-под головы которого начала расползаться бордовая лужа.
Я решительно положил в неё руку и постарался вспомнить нужное ощущение, и направить его.
Я почувствовал сопротивление, словно мой геном не хотел отвечать и ускользал от меня. Но ощущение почти сразу прошло.
И через мгновение моя рука держала тёмно-красное, с неровными краями, подобие кинжала, с холодной на ощупь рукояткой. Выглядел он необычно, словно чья-то неумелая поделка изо льда, но его лезвие оказалось неожиданно острым.
Я слишком поздно осознал свою ошибку.
— Юки, — услышал я шёпот. Повернувшись, я увидел осевшего
Мой мозг всё ещё осознавал последствия моего необдуманного действия, как я уже быстро, насколько мог, ковылял к мужчине. Теперь, когда он узнал, у меня оставался лишь один вариант действий. Увидев что-то в моих глазах, что ему явно не понравилось, он попытался встать на ноги.
Но расстояние между нами было не настолько большим, чтобы я не смог опередить его.
Я не умел обращаться с оружием. Я коряво взмахнул вспарывающим движением в пах. Не успевший уверенно встать на ноги бандит в последний момент неловко отпрянул, но я зацепил внутреннюю часть его бедра. Ледяной кинжал разрезал одежду и плоть настолько просто, что я почти не заметил сопротивления. Мужчина снова упал, захлебнувшись в крике.
Я воспользовался этим великодушно подаренным шансом.
Взмах руки. Крик. Пытавшая отмахнуться рука окрасилась красным и убралась в сторону.
Удар сверху вниз. Кинжал входит под рукоять в мягкое пузо. Крик перерастает в пронзительный визг.
Другая рука больно ударяет по лицу, откидывая в сторону. Кинжал всё еще сжат в руке.
Пошатываясь, встать. Аккуратно подойти с другой стороны, обходя бьющуюся в муках боли тушу. Взмахнуть раз, промахнуться, зацепив несильно. Взмахнуть ещё раз, оставив глубокую рану на мешавшейся конечности.
— По-пощади! Я не скажу никому, прошу! Никому-
Выпад обеими руками, под подбородок. Пораненная рука не успевает помешать. Отчаянное бульканье.
Удар. Удар. Удар.
Удар. Удар.
Удар.
Тишина.
Я пытался справиться со своим учащённым, прерывистым дыханием и отрешенно смотрел на свои заляпанные кровью руки.
Я убил человека. Зарезал, как кусок мяса.
Я ожидал чего-то… Большего.
Я не чувствовал никаких откровений. Вина не глодала меня. Я никак не изменился. Мой разум остался прежним.
Всё таким же полным страха, злости, и упрямства.
Я не умру.
Я не умру!
Я НЕ УМРУ!
Немного поколебавшись, усилием воли я растопил спасший меня кинжал, и он упал кляксой на пол. Порыскав среди вещей бандитов, я подобрал из-за пазухи одного из них обычный нож.
Мне требовалось оружие, никак не связывавшее меня с Юки. Ведь у меня оставалось ещё одно незавершённое дело.
Я шагал осторожно и не спеша, стараясь не тревожить свои ранения. Урод почти наверняка повредил что-то важное, и я не хотел усугубления ситуации. Поэтому до халабуды Дзина я добирался долгих полчаса.