Легенда
Шрифт:
Митидзанэ подошел к издыхающему ящеру, несколько мгновений смотрел в его тускнеющие глаза, а потом отсек голову.
За пирамидами зияла бездонная пропасть. По другую ее сторону находилась посадочная площадка. От пирамиды до нее шел подвесной металлический мост.
– Похоже, без наших друзей не обошлось...
Митидзанэ оглянулся. Алекс перешагнул через мертвого ящера и остановился рядом с ним.
– Я вижу вход в пещеру,- сказал Митидзанэ.
– Что ж, подадим
Они взяли ящера за лапы, раскачали и сбросили вниз.
– Тяжелый,- Алекс посмотрел на свой тесак с сомнением.- Пожалуй, пойду позади тебя... И все же эта возня напоминает мне кутерьму на Красной земле.
– Нет, тогда животных не было,- покачал головой Митидзанэ.- Только люди.
– Нам сейчас только их хозяев не хватало,- заметил Алекс.- Этих тварей они разводят как скот и отправляют пастись возле поселений.
– Я столько слышал о городах кайлу,- пробурчал Митидзанэ.- Где они?
Он осторожно ступил на мост. Из пропасти шел гул, он то слабел, то усиливался, словно из недр своих планета издавала стон.
– Когда-нибудь я вспомню это,- прошептал Митидзанэ. Он вложил один клинок в ножны, второй занес над плечом и стремительно побежал по мосту, а, преодолев его, не раздумывая, бросился в пещеру.
– Что же ты делаешь?..- Алекс окинул напоследок и небо, и горы, и последний свой путь в этой жизни, щелкнув пальцами, прошептал несколько слов и пошел вслед за товарищем.
Пещера оказалась высокой, призрачный свет струился сверху и проникал в нее с северной стороны. Митидзанэ шел, опустив меч и чиркая его кончиком по каменным плитам. За ним мерцал сноп синеватых искр. Свод пещеры поддерживал лес вырубленных из базальта колонн. Между ними тенями скользили ящеры.
Они напали на человека одновременно, атаковали беззвучно, и так же молча погибали от клинка подобного молнии. А когда пал последний из них, Митидзанэ встряхнул меч и вытер лезвие рукавом.
– Сильный...- раскатился по пещере вкрадчивый шепот.- Из тех, кто верит в пустоту... Пришел убивать... Столько погубил жизней...
– Выходи,- Митидзанэ обнажил второй клинок.
– Канэясу, я тебя ждал,- раздался шепот уже за его спиной.
Митидзанэ обернулся, его взгляд на мгновение остановился. Именно этого мига ему не хватило. Двойник стремительно ударил. Пробил пальцами и панцирь и грудную клетку и вырвал сердце.
– Алекс, не верь...- прошептал Митидзанэ, испуская дух, и рухнул на пол.
А двойник поднес к глазам еще трепещущее сердце и стряхнул его на мертвое тело.
– Я ждал вас,- прошептал он и спустя мгновение шепот заполнил пещеру:- Алекс...Алекс...
–
Они еще несколько мгновений стояли, глядя друг другу в глаза. А потом Алекс вдруг сделался прозрачным и растаял в воздухе. И в тот же миг в потускневших глазах двойника мелькнуло что-то похожее на отчаянье.
– Свет!- Внезапно крикнул Хорса.
– Что?!- Шедший впереди него Генрих остановился. Пропасть под ними гудела, и казалось, что гул с каждой секундой нарастает.
– Свет из горы!
– Это пещера,- прошептал Генрих.- Хорса, скорей всего Алекс с Митидзанэ там. Торопитесь, Хорса! Торопитесь, им нужна наша помощь!
Они побежали по мосту, пересекли площадку, в пещере замерли, увидев лес колонн и ослепительный свет, идущий из дальнего конца.
– Ждите здесь, Хорса,- Генрих остановил спутника.- Я подам знак.
Он пошел на свет. Где-то посреди пещеры наткнулся на груду зарубленных кайлу, мертвого Митидзанэ, разбитую маску демона и тесак Алекса. Он поднял тесак и, время от времени окликая Алекса, продолжил путь вглубь пещеры. Лес колонн внезапно закончился, и пещера так же внезапно раздвинулась до каких-то космических размеров, края ее терялись за горизонтом. И на северном горизонте вращался ослепительный сгусток света.
– Генрих!.. Генрих!..- Донесся голос Хорсы.
– Оставайтесь там, Хорса.- прошептал Генрих.- Не ходите сюда.
И сделал следующий шаг к свету.
Под его ногами хрустела скорлупа орехов, поверхность пещеры была усеяна ею. В какой-то момент Генрих зачерпнул ее, поднес к глазам и резко остановился. На его ладони белели миниатюрные кости и черепа людей и животных. И внезапно он понял, что это не прах сказочных существ, а некая сила сделала его огромным, иначе не преодолеть ему это пространство, иначе только переход через него займет недели. А времени у них и так почти не осталось.
Он не знал, сколько на самом деле прошло времени. Часы, дни или недели? В какой-то момент голос Хорса замер вдали и больше не нарушал тишину необъятного пространства. Иногда Генрих забывался, видел город, свой дом, детей и Монику. Приходил в себя, а потом поднимал с земли горсть черепов и беседовал с ними.
Но свет не становился ближе.
И пришел час, когда Генрих остановился, сжал в кулаке подаренный Алексом колокольчик, и встряхнул его несколько раз, разрывая тишину высоким, мелодичным звоном, а после протянул руку к свету и в то же мгновение оказался в нем.