Лаборатория Тэк
Шрифт:
Улыбаясь, на него смотрела хорошенькая молодая женщина с роскошными каштановыми волосами.
– Я вас недооценила.
Немного смущенно она начала водить носком туфли по имитированным булыжникам.
– Но вы должны простить меня. Наверное, то, что я умею позаботиться о себе в опасных районах, придало мне некоторый избыток самоуверенности.
– Вы не из полиции?
– Нет, из подразделения социальной помощи, – объяснила женщина. – Я – Мардж Лофтон.
– Даже так?
– Бет Киттридж сказала, чтобы я вас нашла.
– Действительно?
– А
Одна из роболошадей тоненько заржала.
Не опуская парализатор, Джейк осторожно сделал шаг назад.
– Покажите документы.
– Ради Бога.
Она опустила руку в карман куртки.
– Да я и сама собиралась представиться вам буквально через минуту. Честно.
Взяв протянутую женщиной пачку документов, Джейк быстро их проглядел.
– А откуда вообще появилась такая мысль – выслеживать меня?
– Хвастовство. Хотела произвести на вас впечатление.
Вернув документы владелице, Джейк спрятал оружие.
– Зачем?
– Пару часов назад Бет сказала мне по видеофону, – смущенно объяснила Мардж, – что, по ее мнению, я могла бы вам помочь. Но одновременно она предупредила, что вы – крайне независимый человек, этакий одинокий волк.
Джейк улыбнулся.
– Надо же. Нет, в действительности я привык к командной игре – прежняя профессия приучила. Другое дело – я всегда должен быть капитаном и самостоятельно подбирать себе команду.
– Законное желание, – согласилась Мардж. – Вы точно знаете, что ваш сын находится на территории, контролируемой бандитами?
– С очень большой вероятностью. Он пытается найти свою пропавшую подружку, а та, насколько известно, собиралась присоединиться к вестминстерским.
Нахмурившись, Мардж покачала головой.
– Очень крутые ребята. А чего это девочка выбрала именно их?
– Как я понял, в этой шайке находится ее давняя подруга. Там ее называют Серебряная Сэлли.
– Да, я знаю Сэл. Какое-то время мне даже казалось, что ее можно оттуда вытащить.
– А теперь считаете, что это невозможно?
– Да нет, в общем-то, возможно, но чем дальше, тем труднее.
– Я бы хотел отправиться туда как можно скорее, – сказал Джейк.
– А проводник вам не нужен?
– Хороший – нужен. Но мне не нужна личность, из кожи вон лезущая, чтобы произвести впечатление. Занимающаяся не столько работой, сколько театральными представлениями.
– Простите, пожалуйста, что я начала вас выслеживать, – смущенно сказала Мардж. – Обычно я совсем не такая.
– Когда мы сможем отправиться?
– Мне надо собрать кое-что для похода. Как насчет того, чтобы встретиться у вас в отеле через два часа?
– О'кей, отлично.
Они обменялись рукопожатиями.
– Вот увидите, я и вправду хороший проводник.
– Очень хотелось
На Париж опускалась ясная морозная ночь. Засунув руки в карманы купленного несколько часов тому назад термопальто, Гомес неспешно прогуливался вдоль казавшейся сейчас совершенно черной Сены. За долгие годы работы он заметил, что такие вот одинокие прогулки помогают ему собраться с мыслями.
"Muy frio [36] , – совершенно справедливо заметил он про себя. – Все-таки положение сыщика с блестящей международной репутацией имеет свои недостатки. В частности – иногда попадаешь в страну с холодным климатом".
По черной воде медленно проплывала музыкальная баржа.
Оркестр из пестро одетых роботов играл торжественный рождественский гимн. Золотые вышивки, обильно покрывавшие одежду музыкантов, ярко поблескивали при свете разноцветных софитов.
36
Очень холодно (исп.).
Несколько минут Гомес шел параллельно курсу баржи, а затем повернул и направился к своему отелю.
«Так и чувствую, – размышлял он, – что самые различные события, включая сюда и те, что происходят сейчас в Англии с наследничком Джейка, должны быть как-то связаны. Только – madre – знать бы, как именно».
Гомес возвращался в отель другим путем, не тем, которым выходил к Сене, и в результате оказался неподалеку от площади Шателе. Неожиданно на другой стороне улицы мелькнула фигура, показавшаяся ему чем-то знакомой. Человек шел очень торопливо.
«Что же это за hombre?» – спросил Гомес себя, внешне ничем не выказывая своего интереса. И тут же торжествующе щелкнул пальцами – не вынимая руку из кармана. Он понял, кто идет ему навстречу.
Человек, теперь все с той же торопливостью поднимавшийся по каменным ступенькам дома на противоположной стороне улицы, был не кто другой, как Брэм Векслер, глава парижского отделения Международного агентства по контролю за наркотиками, тот самый, чье изображение совсем недавно демонстрировала Натали Дент. Тот самый, кого подозревал покойный Жозеф Бушон.
По возможности не привлекая к себе внимания, Гомес быстро огляделся. Совсем неподалеку оказался довольно темный подъезд; изо всех сил стараясь выглядеть как можно более невинно, он вошел в этот подъезд и начал ждать.
Холодно.
Гомес прибавил обогрев своего пальто, однако теперь ко всем прочим неудобствам добавился запах горелого пластика. Пришлось повернуть ручку назад и смириться с холодом.
Через пятнадцать мучительно долгих минут чиновник МАКН снова вышел на улицу, но уже не один. Его сопровождала довольно пухлая женщина лет сорока с чем-то. Пройдя до конца квартала, парочка загрузилась в автомобиль.