Лабиринт
Шрифт:
– Алекс, ты ненормальный. Несмотря на то, что сотрудник спецслужб! Кстати, а не поддельный ли у тебя документец? А ну-ка, покажи удостоверение поближе.
– Я не обязан показывать его гражданским, - смеётся.
– Как ты меня нашёл?
– строго продолжаю свой допрос.
– Очень легко, дал на тебя ориентировку в посольство. Они спустили на консульства, и те сами мне перезвонили из Бристоля. Я знал, что ты не уедешь никуда из страны без разрешения. Кстати, как тебе Англия?
– Так себе, - отвечаю вполне искренне, -
Он протягивает мне удостоверение.
Беру освободившейся рукой, долго вчитываюсь в текст. Всматриваюсь в печати на нем, недоверчиво кручу на свету вставки с водяными знаками и муаровой полосой (спецзащита для бумаги – прим. автора).
Алекс внимательно наблюдает за этим, и улыбка не сходит с его лица.
– Ну как?
– интересуется он, - все в порядке?
В какой-то момент мне не остаётся ничего другого, кроме как вернуть ему удостоверение. Пожимаю плечами.
– Как-будто бы ты поняла без спецсредств, поддельный ли он, - веселится.
Мрачнею. И все ещё борюсь со вторым браслетом, но не прошу у Алекса помощи принципиально.
– Так как?
– спокойно спрашивает он снова, - где ты остановилась?
– В хостеле, - покорно называю адрес, понимая, что он не отстанет.
Но надо срочно что-то придумать! Я не хочу в Эфиопию.
– В хостеле?!
– Да. По твоей милости.
– По своей!
– он вновь становится серьёзным, - ты очень разочаровала меня своим побегом..
– Я это как-нибудь переживу! – перебиваю.
– Хорошо, - вижу на секунду напрягшиеся желваки на его скулах, и то, как сильно он сжимает руль.
– Но, Алекс, повторяю - у меня работа! – все еще не верю, что он вот так просто может меня взять и забрать с собой в какую-то далекую Эфиопию.
– Мне все-равно, - просто отвечает он, - и повторяю, - копирует мое словечко, - я уже сказал, это важно! Для меня.
– Ты меня этим не купишь, - возражаю запальчиво, - пусть ты кто угодно, Алекс, даже если сотрудник, да хоть директор МИ-6 или принц Уэльский! Это не дает тебе никакого права похищать человека и принуждать ездить с тобой, куда тебе вздумается. Приди в себя. Я могу в любой момент обратиться в полицию. Не забывай!
– А чем тебя купишь?
– мне кажется, он еще больше мрачнеет. И добавляет, - хотя у меня есть, что тебе предложить. Давай заключим сделку, Женя?!
В пылу ссоры я и не замечаю сразу, что навигатор в машине уже «довёл» нас до хостела. Алекс, несмотря на градус накала страстей в салоне, паркуется очень плавно. Ловит мой взгляд в зеркале заднего вида.
– Что?
Я смотрю на уютно устроившегося на скамеечке возле входа в хостел Патрика. Он пьёт кофе из бумажного стаканчика, а рядом лежит раскинувшая листья шикарная, длинная роза. Белая.
Онемев на секунду, хлопаю глазами. Решение приходит мгновенно.
– Кто это?
– интересуется Алекс, проследив за моим взглядом, но я уже ловко выпрыгиваю из машины, пряча болтающиеся
– А это мой муж, - сообщаю, и захлопываю дверь.
Патрик сразу же вскакивает с лавочки, когда я подхожу, хватая розу. Расплывается в улыбке.
– Какой он у тебя романтик, - слышу голос Алекса за своей спиной. Принимаю розу с ответной улыбкой, целуя немного обалдевшего Патрика в щёку, и шепчу ему:
– Подыграй мне!
– Но как?
– глуповато шепчет он в ответ.
Уже в следующую секунду к нам подходит Алекс.
Я бы даже сказала, врывается в наше пространство, поскольку мы с Патриком в этот момент оказываемся слишком близко друг к другу. Напористо вклинивается, подойдя вплотную так, что мы и сами быстренько отпрыгиваем друг от друга как два олененка Бэмби, застигнутые врасплох охотником. Глядим на него с одинаковым удивлением.
И Алекс, надо сказать, меняется. В манере держать себя, смотреть и разговаривать - он начинает говорить как мент, как высокопоставленный мент. Сухо, коротко, по-деловому. Наблюдаю за ним с опаской. Таким я его еще не видела!
– Так значит, вы муж Евгении?
Пат, неуместно улыбаясь и явно не понимая до конца, что происходит, все же подтверждает это своим коротким «да».
Кусаю губы, чувствуя, что Алекс нас, скорее всего, раскрыл в ту же секунду, ведь Патрик не забывает то и дело бросать на меня вопросительные взгляды. Он оказывается слишком плохим актёром, увы.
Однако Алекс больше не улыбается. Достаёт удостоверение и коротко представляется Пату, чтобы затем спросить его имя и фамилию.
– Патрик О’Коннел, - ошарашенно отвечает тот.
– Ирландец?
– Так точно, сэр.
– Ваша жена подозревается в контрабанде дикого пушного зверя, в особо крупных размерах! Вы знаете, что из Великобритании за границу, по нелегальным каналам уходят целые партии шкур лесостепной рыжей лисицы?
– спрашивает он.
Рыжий Пат теряет дар речи, а я от неловкости ситуации постепенно начинаю покрываться красными пятнами. Что за чушь?!
Но Алекс так суров, что вкупе с его удостоверением все это вовсе не кажется шуткой. Пат беспомощно округляет рот буковкой «о».
– Я провожу задержание Евгении. Мы также устанавливаем круг ее сообщников, а это и вы, не так ли?
Повисает молчание. Я понимаю, что просто обязана его прервать.
– Алекс, успокойся, пожалуйста, - произношу сердито, и объясняю Пату, так как мне очень не хочется пугать его и дальше, - это неудачная шутка моего знакомого, извини..
Но Алекс ловко сует руку ко мне в карман, и с силой достаёт мою руку в болтающемся браслете наручников.
– Сначала попытка сбежать от представителя правоохранительных органов, а теперь еще и неадекватное поведение? Вам это не поможет, будьте уверены. Только что вы усугубили статьи, по которым вас привлекут к ответственности.