Лабиринт теней
Шрифт:
— Здесь? — не веря своим ушам, переспросил Бростек.
— Солнце вновь сияет над Неверном, — принялся с деланной уверенностью объяснять Кередин, призывая на помощь все душевные силы, чтобы ободрить друзей. — Значит, волшебный сад еще можно спасти!
Друзья, похоже, не верили ни единому слову бывшего волшебника, но покорно двинулись на поиски неведомо чего. Когда они встретились вновь, то с великим сожалением обнаружили, что никому из них не удалось отыскать ни следов тех, кого разыскивали, ни хотя бы одного живого стебелька…
— Я обнаружил
— Но хоть что-нибудь должно же здесь быть! — упорствовал Кередин.
— Мы ничего не нашли, как ни старались, — ответил Бростек. — А для чего тебе это понадобилось?
— Послушайте меня. — Бывший волшебник не терял надежды рассеять тоску и уныние товарищей. — Нам удалось сюда проникнуть. Так? О Магаре я знаю не больше вашего, но у нас, по крайней мере, есть шанс воскресить Неверн! А это уже кое-что. И как знать, может быть, если мы в этом преуспеем, то поможем Магаре, где бы она ни была.
— Каким образом? — спросил Варо.
— Неверн некогда был магическим местом, — ответил Кередин. — Я верю в то, что он таковым и остается, ведь магический ключ все еще существует, — продолжал он, не обращая внимания на недоверчивые лица друзей, — к тому же на четвертом квадрате солнце не совсем померкло. Если бы сад был мертв, нам ни за что не удалось бы сюда проникнуть, а значит, его еще можно спасти! Ведь именно этого и хотела Магара! Именно об этом молила нас!
— Магара хотела, чтобы это сделал волшебник, — уточнил Бростек.
— Но волшебника здесь нет! — взорвался Кередин. — Вы разве не видите? Придется вам довольствоваться мною. А для меня это шанс расквитаться за все бездарно прожитые годы и доказать самому себе, что магия — это вовсе не изящное искусство, призванное увеселять, а нечто более грандиозное, нечто значимое для мира! Конечно, у меня вполне может ничего не получиться, но этого шанса я не упущу! И мне нужна ваша помощь.
Друзья никогда прежде не видели Кередина столь воодушевленным, и ему удалось в конце концов преодолеть тоску Бростека и непонимание, Варо.
— Так что же нам делать? — спросил Варо.
— Магический ключ — единственное средство восстановить волшебный сад, — объяснил Кередин. — Магический ключ к Неверну, казалось бы, безнадежно испорчен, но где-то продолжает существовать оригинал! Нам надо найти способ его вызволить.
— Но с нами же нет панно! — возразил Бростек.
— Он есть у Варо, в памяти. — Бывший волшебник повернулся к светловолосому гиганту. — Думай! Оставалось ли на панно хоть что-нибудь живое, не тронутое тлением? Если нам удастся это найти, семя жизни прорастет в волшебном саду! А как только воскреснет Неверн, оживет и все остальное…
— Что — остальное? — изумился Варо, все еще не вполне понимая Кередина.
— Сеть, — ответил Кередин. — Разве вы еще не поняли? Если обитель магии, столь обширная и хорошо защищенная, как Неверн, погублена
— Теперь все переменилось, — согласился Бростек.
— Вот именно, — продолжал бывший волшебник, — и если мы с вами сумеем побороть зло здесь, то поможем не только Неверну. — И он взглянул на Варо.
Их предводитель молчал, глубоко задумавшись.
— Здесь ничего не осталось, — сказал он чуть погодя. — Даже те несколько весенних растений, которые еще жили, теперь мертвы.
— А в самом центре — там, где соприкасаются все четыре квадрата? — спросил Кередин, почти отчаявшись.
— Нет, — уверенно ответил Варо. — Там ничего нет. Ничего. Лишь голая земля.
Вокруг них и впрямь не было ничего, даже сухой травы.
— А по краям панно? — не сдавался Кередин. — Не поискать ли там еще?
Варо нахмурился, припоминая.
— Нет… — повторил он. — Не думаю… Стойте! — Друзья его затаили дыхание. — Кажется, что-то есть. На весеннем пейзаже, у самой левой кромки, был вышит одуванчик, не желтый, как положено весной, а серый и пушистый, вот я и подумал, что он тоже мертв. Но, возможно, цветок еще жив — и еще здоров!
— Где находится весна? — тотчас спросил Бростек.
Все огляделись, но пейзаж был столь уныл и однообразен, что поиски нужного направления представлялись делом нелегким.
— На весеннем пейзаже изображен вид на север, — произнес вдруг Варо. — Значит, если мы сейчас как бы в центре панно, то и идти нам следует на север.
— Но мы вошли в туман с южной стороны — и сразу же попали в весну! — заспорил Бростек. — Стало быть, нам надо на юг! Кстати, а где тут юг?
После долгих блужданий в непроглядном тумане они совершенно утратили способность ориентироваться, и теперь беспомощно озирались, пытаясь угадать направление хотя бы по линии горизонта.
— Вон там север! — указал рукой Бростек.
— А вот мне кажется, он там, — махнул Кередин совсем в другую сторону.
— Что ж, пусть каждый из нас отправляется туда, куда считает нужным, — решил Бростек. — А ты, Варо, иди в третью сторону — на тот случай, если мы оба ошибаемся.
— Нам следует спешить! — прибавил Кередин. — Не думаю, что в нашем распоряжении слишком много времени…
Они с Бростеком разошлись в разные стороны, а Варо с минуту помешкал. Тут он кое о чем вспомнил и выбранил себя за то, что не додумался до этого раньше. Ведь надгробие находилось в самом центре весеннего пейзажа! Прекрасно зная, где оно находится, он припустил бегом. Подошвы его скользили по какой-то слизи, под ногами чавкала жижа. Пробегая мимо надгробия, Варо заметил, что в надписи после буквы «Н» прибавился еще какой-то крючок, но не остановился — слишком спешил к цветку.