Квинканкс. Том 1
Шрифт:
Видя мое изумление, мистер Эспеншейд пояснил:
— Говоря простыми словами, они арестуют вашу матушку и все ее добро.
— Но за что? — спросил я.
— Я действую на основании ордера, выданного с целью взыскания долга, — сказал бейлиф.
— Ничего не понимаю. У нас нет долгов!
— Ой ли? — насмешливо спросил он. — С вами не согласны следующие истцы, по ходатайству которых я действую. — Он развернул бумагу и принялся зачитывать список фамилий: — Генри Яллоп, Энн Пидж, Элизабет Пассант, Майкл Тред го лд…
— Мы зря теряем время, — воскликнул человек, который меня держал. — Нужно искать
Мистер Фьюстер замолк, смерил его укоризненным взглядом и продолжил чтение:
— Джеймс Пассант, Бартоломью Киттермастер и Джейн Парчмент.
— Все торговцы из Мелторпа! — удивился я. — Но им было заплачено.
— Похоже, что нет, юный джентльмен, — отвечал бейлиф.
— Им должна была заплатить Биссетт из денег, вырученных за мебель!
— Биссетт? Я как будто слышал эту фамилию.
Он перевернул бумагу и стал искать.
— Ага, вот. «Данный ордер выдан на основании сведений, полученных от миссис Биссетт, и так далее, и так далее, о нынешнем местопребывании означенной персоны в доме номер тридцать один на Мэддокс-стрит в округе Сент-Джеймс».
— Биссетт нас выдала! — вырвалось у меня.
— Не забывайте о своем главном деле, — вмешался Эспеншейд.
Услышав его — потому, вероятно, что думал о Биссетт, — я внезапно с ужасом вспомнил, почему он мне знаком: это был человек, следивший за мной в тот день, когда я встретился с Гарри, а также беседовавший с Биссетт перед «Розой и Крабом»!
— Прошу меня не понукать, — негодующе отозвался мистер Фьюстер. Он обратился ко мне: — А теперь скажите, где сейчас ваша мать.
— Не знаю.
Мистер Эспеншейд схватил меня еще крепче и стал трясти. Тут я услышал шаги на площадке. Трое мужчин тоже их услышали, и все мы молча повернулись к двери. Она открылась, насколько это было возможно (бейлиф и его подручный мешали распахнуть дверь настежь), и женский голос спросил:
— Что здесь творится?
Я узнал голос нашей квартирной хозяйки, но мистер Эспеншейд, выпустив меня, кинулся в другой конец комнаты. Он распахнул дверь, и миссис Филлибер (по-видимому, как раз ее толкнувшая) ввалилась в комнату, едва не упав. Мистер Эспеншейд схватил ее сзади за руки.
— Как вы смеете, — запротестовала она и попыталась высвободиться.
Он дал ей войти в комнату, но по-прежнему держал за руки.
— Не прячьте же лицо, черт возьми! — Воскликнул он.
— Боже правый, кто вы такой?
— Это моя арестованная! — возмутился мистер Фьюстер. — Отпустите ее немедленно!
Воспользовавшись случаем, я переместился ближе к двери, так что между мной и выходом оставался только помощник бейлифа.
— Держите ее, Биглхоул! — крикнул Фьюстер.
— Это моя госпожа, — внесла свою лепту в общий гам Сьюзен.
Помощник бейлифа, повинуясь приказу начальника, шагнул вперед; мистер Эспеншейд рассмотрел миссис Филлибер, убедился, что она не та, кто ему нужен, отпустил ее и стал искать глазами меня. В тот же миг я оказался на пороге.
— Держите мальчишку! — выкрикнул мистер Эспеншейд.
— У меня нет ордера на его задержание, — отозвался мистер Фьюстер.
— К черту ордер. Он предупредит свою мать!
Мистер Эспеншейд рванулся ко мне, но я вылетел из комнаты и сбежал по лестнице. Выскакивая из входной двери, я слышал за спиной его стремительный топот;
Настороженно оглядываясь, я окольными путями пробрался обратно, в переулок напротив нашего дома. Отсюда были видны все входящие и выходящие, меня же, я рассчитывал, преследователи издалека не заметят. Мистер Эспеншейд стоял на крыльце и вертел головой туда-сюда, двое бейлифов разговаривали с извозчиком, чья двуколка стояла под окнами.
Если матушка будет возвращаться по Поллен-стрит, у меня за спиной, я смогу заметить ее раньше, чем мистер Эспеншейд, если же она пойдет по Мэддокс-стрит, мы увидим ее одновременно. Поскольку спастись от преследователей тем же способом, что и я, она бы не сумела, я не мог просто стоять и ждать, пока она попадет в приготовленную для нее ловушку.
Мистер Биглхоул вскарабкался в двуколку и уехал прочь, оставшиеся на улице бейлиф и мистер Эспеншейд о чем-то беседовали. Затем, к моей радости, они взошли на крыльцо и скрылись за дверью. У меня в распоряжении было несколько секунд, пока они будут подниматься к нам в комнату, и я знал, что делать, хотя это и противоречило инстинктивному желанию убежать и спрятаться. Внезапно мне вспомнился девиз Хаффамов: «Безопасность ищи в самом сердце опасности». Имелось только одно место, откуда я мог бы видеть почти столько же, сколько они, но сам был бы от них полностью скрыт. Я перебежал улицу, взлетел по ступенькам и остановился у входной двери. Это был почти такой же удобный наблюдательный пункт, как верхние окна.
Несколько минут я тревожно вертел головой, высматривая матушку, но тут на крыльцо поднялся один из жильцов. Он мне кивнул и, казалось, удивился, что я торчу здесь как часовой, но я сделал ему знак молчать. Он постучал, дверь открылась. К счастью, Сьюзен не огляделась, иначе она, заметив меня, могла бы вскрикнуть от неожиданности.
Наконец я обнаружил матушку: узнал ее шляпку, мелькавшую в толпе, среди голов. Сердце мое стремительно забилось, но я принудил себя идти обычным шагом. Тротуар был запружен прохожими, и я мог рассчитывать, что преследователи, глядя сверху и сзади, меня не узнают. Я боялся, что матушка завидит меня издалека и таким образом себя выдаст, но, на счастье, она меня не замечала. Поравнявшись с нею, я произнес на ходу:
— Повернись кругом и иди за мной.
У меня хватило времени только заметить, как удивленно поднялись ее брови, и вот она уже оказалась позади. Я не осмеливался оглянуться, чтобы проверить, идет ли она следом. Прислушиваясь, не раздадутся ли звуки погони, я дошел до ближайшего угла и свернул на Риджент-стрит. Ждать пришлось долгие минуты (на самом деле, наверное, секунды), пока, к моему несказанному облегчению, из-за угла не появилась матушка.
— Что это за игра, Джонни? — Матушка беспокойно улыбалась.