Кукольный домик
Шрифт:
— Да-да, Вас касается, представьтесь?
От официального обращения хотелось блевануть, я сдержал ком рвоты. Нужно вытерпеть!
— Ваир де Лугос, рыцарь ордена Лазурного Меча, служитель великого Беллатора, — гордо и чётко произнёс главный.
— Меня Вы должны знать — гильдмастер по судебным делам Аюс Витус, помощник главного судьи Трумы Ваада, по счастливой случайности ночевал в этой прекрасной деревне, дабы завтра решить один прескорбный спор.
Какой спор? Ладно, на ходу сочиняю. Вроде правдоподобно.
— Эй, парни, пустите мужчину, пока я не записал превышение полномочий! —
— Стойте, — скомандовал главный. — В чём дело? У нас прямой указ гроссмейстера Баниса.
— Дайте посмотреть постановление суда, — протянул я руку, концентрируясь на беседе и стараясь игнорировать ужасающий хор в моей голове.
Рыцарь растерялся, сунул мне бумагу. Я быстро пробежался по тексту. Ага, ссылка на указ, подписанный Радей об истреблении поклонения демонам — это понятно, учитывая её нелюбовь к ним после смерти Йена. А вот часть, которая заверяет, что я — демон, тут намного интереснее. Ссылка на работу, подписанную Микелем Эдамоттом. Всё ясно.
Если по этим бумагам я — демон, то все, кто в меня верят — демонопоклонники.
Эта новость обожгла меня пуще прежнего — всё по закону! Выдыхай, Гарри, и решай проблемы по мере их поступления.
— Это обвинение, а нужно постановление суда, — втолковывал я писклявым голоском бюрократа.
— Граф-гроссмейстер Кинур де Банис…
— Подождите, — поднял я руку.
Толпа шушукалась, дети ревели, аэльи не понимали, что происходит.
— Вы понимаете разницу между обвинением и постановлением суда? Вначале делается обвинение, тут его может сделать кто угодно. В Вашем конкретном случае это сделал…
Я скривился, палец обжёг кожу, в голове взорвалась бомба чужой смерти.
— Извините, кишечник, — соврал я. — В Вашем случае обвинение вынес господин граф, но это ничего не меняет.
— Мы пришли исполнять его волю! Отойдите и не мешайте, — возмутился главный, пытаясь меня отодвинуть.
— Уважаемый, я позволю Вам сделать всё, что пожелаете, только вот за подобного рода халатность висеть в петле Вам, а не мне. — Его глаза выразили заинтересованность, я же пытался не кривиться. Палец рвался от боли, кольцо яростно вопило, переходя на плачь. «Марионетка за пять ниток подвешена…» — Господин граф-гроссмейстер является главой исполнительной власти. Если нужно кого-то словить, усадить в темницу, сослать на рудники или же просто казнить — этим занимается он, но по постановлению суда! — повысил я голос, швыряя бумагу в сторону ног главного. — Господин граф обвиняет, господин судья выносит приговор, господин граф исполняет приговор.
— Мы исполняем приговор! — с раздражением втолковывал мне рыцарь.
— Тогда где Ваше постановление?! Нету? А знаете что такое исполнение закона без постановления? Это беззаконие. Давайте вместе вспомним, чем карается беззаконие в Аленое?
— Ссылкой на рудники! — крикнул кто-то в толпе.
Я согнулся пополам. В голове били колокола.
— И что мне с ними делать? — указал главный на собранных людей.
— Что хотите, у меня голова разболелась, — отмахнулся я. — Но я бы на Вашем месте отвёз их на суд в Анатор. Судебные приговоры такой степени тяжести, как ересь и поклонение демонам — дело юрисдикции
Я схватился за голову, массируя виски, хотя клокотало совсем не там.
— Очень настоятельно не рекомендую пропускать этот шаг.
Развернувшись, я ушёл в толпу, ловя на себе озадаченные взгляды горожан, которые видели меня первый раз в своей жизни, но которым хватило ума об этом умолчать. Главный отозвал своих, потребовал заковать цепью тех, кому требовалось вынести приговор и глубоко задумался о своей судьбе.
От де Баниса он явно получал другой приказ.
Завернув за угол, я наложил заклинание отвода глаз, уселся и обхватил голову руками, раскачиваясь с одного места на другое в тщетных попытках придумать решение, понимая, что больше я никуда не успею. А голоса всё продолжали вопить о смерти.
— Марсенас де Луиз —
Марсенаса достали почти из постели. Мальчик Купелей по имени Анрэ очень настойчиво стучался в дверь, а после сказал что-то тревожное и несвязное: людей собирают на окраине, около Мёртвых улиц, и там много рыцарей.
Барон успел собраться, одеться и выскочить на улицу, присоединяясь к толпе. Люди собирались на окраине, где совсем недавно деревня праздновала Праздник Жизни. Судя по тому, что на горизонте были выстроены деревянные перекладины, сейчас здесь намечался праздник смерти.
И как обычно в таких ситуациях, де Луиз не видел ни единого признака присутствия Гарри. Был рядом его эльф, который специально стал рядом с Марсенасом и как-то даже стало спокойнее. Учтивый, но не высокомерный, он вызывал больше доверия, чем сам Гарри, но раз уж колдуна нет, то ничего и не поделаешь.
Перед толпой стояли рыцари, их было восемь и целая толпа прислуги рядом с ними. Они рядом разбили лагерь, не вступая на территорию даже охранных чар Аннуриена. Главный из них вышел и принялся зачитывать указ:
— Я, Ишталь де Аин, благородный рыцарь Беллатора, по приказу графа-гроссмейстера Кинура де Баниса прибыл сюда, дабы указать на злочинства, что происходят в этом месте. Все, кто верит в Беллатора — опуститесь на колени, чтобы прославить его! — приказал он.
Даже Гарри не приказывал людям Аннуриена. АнНуриен Юндил — баронство, принадлежащее ему и только ему — Марсенасу де Луизу, добившемуся всего самостоятельно тяжёлым трудом и целой чередой правильно принятых решений. Марсенасу де Луизу, с которым неформально общается граф Гарри и княгиня Радя, с которыми он штамповал деньги. Он, один из трёх, кто приложил к благополучию Аленоя руку.
Барон вышел вперёд.
— В этом месте есть только один человек, способный приказывать этим людям. Ни госпожа княгиня, ни граф Гарри, ни тем более орден Лазурного Меча не имеют права распоряжаться на моей земле как на своей — это неуважение, господин Ишталь де Аин. Как барон я требую личной аудиенции и решения вопросов в плановом порядке.
Он подошёл ближе. Двое рыцарей рядом с Ишталем схватились за мечи стали рядом. Марсенас же не отступил и Леголас последовал за ним.
— Уважаемый Леголас, вы справитесь с семерыми? — спросил он тихо, пока они шли.