Кукольный домик
Шрифт:
Мальчик стоял насупившись.
— Однако! — поднял руку вверх Вильгельм, но тишины не дождался. — Однако те же, кто публично раскаятся и примут Беллатора как единственного заступника и защитника будут помилованы, а наказание заменено ссылкой на рудники.
Сразу шестеро из толпы упали на колени и устремило свой взор к небу. За ними последовали ещё трое. Девять осталось стоять. Ещё четверо отказались среди них. В кругу остались лишь женщина с ребёнком со шрамами на лице, мужчина с женой и ещё одна
«Глупые, отрекитесь! Беллатор не допустит зла!».
— Гарри нас всех цпасёт, — произнёс мальчик, нахмурившись.
Эдмунд сжал челюсть так, что хрустнули зубы.
Мама потянула его за рукав и плюхнулась на колени.
Мальчик со шрамами на лице остался стоять.
— Ким! — шикнула она на него.
— Нет! — крикнул пацан. Он был совсем ещё маленький, такому даже печь топить не доверишь. — Гарри нас цпасёт, вцтавай, мама!
На лице женщины появились слёзы.
Эдмунд не выдержал и вмешался:
— Ким, тебе будет больно. Верь в Беллатора и спасёшься.
Ладно взрослые, они знают, что творят. Но дети-то тут при чём?
— Гарри хороший, он не демон. Мама, вцтавай! — разозлился Ким и дёрнул её за рукав, но мать его была непреклонна, лишь полными слёз глазами смотрела в лицо сыну.
— Выходи из круга, — скомандовал Вильгельм женщине.
Та встала, потянула Кима.
— Ребёнка оставь, он сделал свой выбор, — грозно заявил рыцарь.
Толпа разразилась криками и стенаниями, но осталась на месте.
Женщина вцепилась в рукав ребёнка, стала быстро ему шептать что-то на ухо.
— Ты не понимаешь, мама, — серьёзно нахмурился мальчик.
— Уведите её! — крикнул раздражённый Вильгельм.
Женщину потянули, дали по рукам.
— Ки-им! — закричала одна, забила руками рыцаря, её схватившего. — Малыш, прошу тебя, послушайся маму!
Мальчик стоял хмурый и смотрел на всех исподлобья. Они остались втроём: мальчик по имени Ким, заплаканная женщина и её муж. Мать ребёнка, рыдающую и брыкающуюся уволокли прочь.
Сквайеры принялись вязать за спиной руки обречённым на смерть.
«Закон есть закон», — напомнил себе Эдмунд де Мон Саро, рыцарь, верный высоким идеалам Беллатора, посвятившим саму жизнь служению.
Заплаканная женщина из обвинённых шевелила губами. Её муж будто бы очнулся, дал сквайеру в морду и рванул убегать, но получил противовесом в челюсть, после чего осел на землю. Его жена села рядом, уже не сопротивляясь.
Эдмунд покрепче перехватил щит.
Мальчик всё хмурился, пока ему крутили за спиной руки.
На шею заплаканной девушке кинули петлю и повели её к сооружённому турнику.
Толпа полнилась рыданиями и всхлипами.
Чего же толпа не защищает своих? Видимо на то воля Беллатора.
— Ганс, а ты можешь их пристрелить? — послышался знакомый
— Не всё так просто, — пожал плечами Ганс. — Пора бы тут уже появиться Гарри и всё разъяснить!
— Вы бы хоть пацана пожалели, изверги! — крикнул голос из толпы.
Вильгельм скомандовал жестами: женщину поставить на место, взять пацана.
Не о таком «пожалеть» подумал Эдмунд. «Закон есть закон». Сквайер кинул петлю пацану на шею.
— Я не отрекусь, — заглядывая прямо Эдмунду в глаза, сообщил совсем ещё малыш с пухлыми губками и шрамом на щеке.
И сам побрёл в сторону перекладины.
Храбрость и незнание — две стороны одной медали.
Он стоял так хмурый, пока два сквайра не дёрнули верёвку. Пацан ойкнул, замотался. Он попытался вдохнуть, но воздух лишь выходил из лёгких. Он брыкнулся и лишь сильнее затянул удавку, лицо его исказилось в гримасе ужаса.
— Мама, мамочка! — крикнул он пару раз. — Цпаси! Не надо, я не хо…
И на этом воздух в его лёгких закончился. Глаза пацана закатились, он конвульсивно дёрнулся раз, другой, и из его штанины полилась струйка отвратительной предсмертной мочи. Тело покачалось пару раз, остановилось, повисело для верности. Его опустили в лужу.
Ким был мёртв.
А Гарри так и не появился.
— Микель Эдамотт —
Микель паковал вещи. Алхимик не дождался второго повешивания и пустился в быстром темпе в дом, в котором они остановились. Уве в ужасе наблюдал за этой картиной, но оставался верен.
— Что же они творят? — бормотал Микель вслух.
Алхимик из Аннуриена обладал достаточным интеллектом и на свои умственные способности не жаловался, потому мог понять, что же они творят и что происходит, но это абсолютно расходилось с его ожиданием.
Уже упаковав вещи и успев улизнуть из деревни незамеченным, крадясь по бурелому Микель позволил себе подумать. Великая Адельгейда сказала ему, что он идёт по намеченному пути. Что раз он не слышит Сестёр, значит он действует в угоду Хаоса. И это выходило за пределы понимания Микеля. Стало быть это он — орудие Хаоса?
Нет, это всего лишь совпадение. И вообще, Гарри слышит людские мысли. Он что, не знал, что так будет?
Конечно! Он знал. Он провоцировал Микеля, не остановил его от путешествия, сам же сказал Айко, что он демон, сам, зная об исследованиях Микеля, нарушил законы Порядка. Никакой он магией Хаоса не пользовался, он сам и есть Хаос Воплощённый, потому так сложно его предугадать.
Ничего, его найдут, его выловят, выманят, закуют в цепи и оставят гнить на дне морском. Будь ты тысячу раз бессмертный, а боль чувствовать должен. За всех тех, кого из-за тебя сегодня повесили!