Кукольный домик
Шрифт:
— Но! У вас есть шанс покаяться. Примите Беллатора всем сердцем…
— Сэр Роберт —
Люди в АнДремуэрМар были злобные и глупые. Благородный сэр Роберт стоял справа от приора и держал в руках арбалет, взведённый и заряженный мощным болтом. Еретики что-то кричали. Бывший молодой герольд, а ныне полноценный рыцарь, посвящённый за верность самим гроссмейстером, отправленный на важное задание клял княгиню Радю за недальновидность и благословлял графа Кинура за бесконечную мудрость.
— В
— Уймись, дай договорить, — устало бросил приор и заводила нехотя замолчал, выказывая неуважение.
— Баргур, у нас дать приказ слушать старосту, — напомнил его напарник, но тот зыкрнул на своего напарника злобно и показал средний палец, перехватывая автомат.
Как они смеют так разговаривать с исполнителями святой воли Беллатора и воли Кинура де Баниса?
— У вас нет иного выбора, — с горяча стал говорить благородный сэр Роберт, преданный рыцарь его светлости графа, — кроме как преклонить колени перед Беллатором и…
— Ворвус —
Диалог не клеился. Глава пришедших рыцарей выглядел уставшим после дороги, пытался решить дело мирно, но градус безумия возрастал. Ворвус видел такое у себя, он видел это много раз и знал, что последует за чем, но всё надеялся на лучшее.
— …преклонить колени перед Беллатором и покаяться ему, отречься от…
«Отрекись!» — прозвучал голос Гарри.
— Чёрта-с два! — заорал Баргур, снял автомат с предохранителя, высаживая три патрона.
— Сэр Роберт —
Бесстыдные грязные еретики со своим дьявольским оружием!
Бахнуло, словно в кузнечном горне, но Роберт был не из тех, кто так просто сдаётся. Да, он когда-то боялся смерти, взирал на одинокого висельника, но то было от неверия, от недоверия своему господину. Сейчас же он изменился, он не будет колебаться!
Он вскинул арбалет и принялся целиться. Двое болтов свистнули и исчезли в толпе, найдя свои цели. Сэр Роберт хотел одним ударом решить исход сражения и целился в голову обладателю демонического оружия.
Рыцарь не отвлекался, задержав дыхание и уже готовый к выстрелу, но вдруг его тело обожгло, мир померк.
— Ворвус —
Ворвус перекатом кинулся за дерево, различив краем глаза упавшего на колени оруженосца.
Свистнул болт. Люди закричали, низушки закричали сильнее людей, все принялись разбегаться. Ворвус знал своё дело, не медлил. Вскочив за дерево, он нашёл взглядом тех, кто был с арбалетами: двое из трёх разрядили свои, третий медлил.
Взял на мушку, выстрелил. Кровь брызнула в разные стороны, голова отскочила назад, арбалет выпал из рук — тело мешком повалилось на траву.
Двое сквайеров принялись бежать, не дожидаясь приказов. Трое рыцарей выставили щиты.
Баргур хватался за бок, из которого торчал
Двое деревенских охотников метались из стороны в сторону в поисках оружия. Баргур достреливал последние патроны в обойме, запасной у него не было. Лучник что-то сделал (за спинами рыцарей разгоралось лазурное сияние) и выстрелил не целясь из-под щита. Один из охотников схватился за горло, из которого торчала сияющая стрела.
Ворвус, воспользовавшись моментом, рванул за дом, обегая квартал огородами. Он выскочил с соседней улицы, оказавшись среди отступающих сквайров, но они ему не были интересны. Справа налево: один выстрел в копейщика, ещё один в успевшего перезарядить арбалет сквайра, выстрел в лучника, ещё один в мечника. Что там за заварушка?
Баргур попёр на щиты, вынося растерявшегося рыцаря с ноги. Его товарищ занёс меч, но был сбит с ног лишь для того, чтобы падая, вонзить свой меч в грудь Баргура. Тот замер, пошатнулся — в глазах буйство и бешенство.
Один из рыцарей выхватил свиток, воздел его над головой и их, а ещё трёх оставшихся в живых сквайров накрыл купол. Он помог своему товарищу встать. Лучник, кому в голову Ворвус засадил пулю, был без сознания, но кровью не истекал — калёная и зачарованная сталь шлема выдержала выстрел.
Ворвус попробовал выстрелить — пуля отскочила от купола, срикошетив в дерево.
Рыцари принялись пятиться, нарвавшись на солдата.
— Мы исполняем приказ, прекрати стрелять!
Ворвус не опускал оружия. Патронов оставалось немного, но если они снимут щит, то шанс был. Ежели же пойдут в рукопашку, то шансов почти не было. Не когда ты один на четырёх. И были бы они обычными разбойниками или селянами — не вопрос, но рыцари — это другое дело.
— И что быть дальше? — крикнул Ворвус.
Может быть стрелять и не придётся.
— Мы исполним приказ до конца, по… — попытался крикнуть один из рыцарей, но другой на него шикнул, перехватил инициативу — тот, кто оглашал приказ изначально. Тот, кто в падении умудрился воткнуть свой меч в грудь Баргура и там его и оставил.
— Властью, данной мне графом-гроссмейстером я объявляю отныне АнЭмиваэль проклятым местом. Вы навлекли на себя гнев Беллатора и эта деревня будет стёрта с лица земли со всеми её жителями.
Ворвус принялся медленно подходить ближе.
— Так и быть, мы говорить с вами, — сообщил Ворвус и сделал широкий шаг под купол.
Рыцарь растерялся — Ворвус видел удивление на его лице. Он оцепенел, не зная, как поступить. Был бы на его месте боец императора Седрика и Ворвус истекал бы мозгами через пулевое отверстие.
Повезло, а значит нужно этим шансом воспользоваться правильно, полагаясь на муштровку, опыт и выдержку. Ворвус загнал страх подальше, оставляя сознание холодным. Сделал шаг, достаточный, чтоб дуло упёрлось в сияющий купол и прошло его по рукоятку, после чего, ни мгновения не медля, нажал на спуск.