Кудеяров стан
Шрифт:
Вертляво извиваясь, переплывает реку большой уж. Весь в воде - видна только умная голова. Черными бусинками блестят живые глаза, а над глазами - ярко-рыжие подпалины, как у породистой охотничьей собаки.
Игорь один на реке. Стоит на мостике, грустно смотрит по сторонам.
Как всё не так опять, и как не хорошо. Ещё недавно было место в жизни, интересная, настоящая работа, маленький, спаянный работой круг друзей, где он, Игорек, был и желанен и нужен… Мысли путаются в голове опечаленного
Бедный изгнанник оперся локтями на шаткие перила, склонился, машинально глядя, как у самого дна бегают в воде стайки юрких пескариков. Прижался к перилам грудью, почувствовал что-то твердое в кармане блузы, и краска стыда залила лицо Игорька.
В селе Игорь и до десяти часов не усидел - не нашел себе ни дела, ни места. Ушел опять к реке, побродил бесцельно вдоль берега, против воли поминутно посматривая на городище, потом искупался на тихой золотой отмели и лег на песок.
Отсюда хорошо видна площадка, курень, бугры выброшенной из раскопа земли. У костра сидит дед - верно, кулеш варит, Глеб возле раскопа чертит что-то или рисует, Вера, кажется, с веником. Дмитрия Павловича не видно. Но почему никто не копает? Неужели потому, что он, Игорек, не явился на работу?
Вот Вера приложила руку ко лбу, защищая глаза от солнца, - смотрит в его сторону.
– А ну их! Подумают, что нарочно торчу перед курганом и жду, чтобы позвали!
Игорь вскакивает на ноги и, на ходу одеваясь, уходит вверх по реке, дальше от городища.
Долго сидит, полный невеселых дум, у глубокого омута, смотрит, как кружит по поверхности воды и не может никуда вырваться из водоворота легкое утиное перышко.
Захватило… Затянуло…
Встал и ушел ещё дальше… Эх! Велика река, а тесно. Не найти спокойного места, когда на сердце неспокойно. Зол. На кого? На себя и на «тех».
И как раз «те» свой голос опять подали: снова загремели взрывы где-то в стороне городища.
Сразу вспомнил Игорек, как сам же показывал глушителям рыбный Сомий омут. Верно, они сейчас там, там, где только что кружило перышко.
Внезапно мальчик вскакивает с места и бежит что есть сил на взрывы.
Вот и омут. «Они» действительно здесь, те самые. Один, долговязый с длинным носом, плещется поодаль омута - складным сачком на короткой ручке собирает полуживую рыбу. Другой стоит у омута в светлой рубашке в полосочку. При галстуке даже, а колени голые. Ноги противные, волосатые, а большие пальцы на ногах как-то глупо оттопыриваются. Стоит - одной рукой за ствол прибрежной ивы ухватился, в другой - зеленая ветка, загребает ею по поверхности омута к себе: подгоняет к берегу рыбу.
Рыбы глушеной в омуте десятка два колесом кружит… Есть и довольно крупная. А мелочи загубленной вокруг -
На высоком берегу над омутом лежит два новеньких велосипеда и одежда незнакомцев. Около - два кирпичика тола.
Полуодетый мужчина поворачивает к мальчику полное коротконосое лицо. Смешно топорщатся куцые усики, углы рта в довольной улыбке:
– А! Старый знакомый. Помогай, паренек, забегай пониже, перехватывай. Много сегодня возьмем! Удача сегодня!
Да, Игорь и сам видит - удача. Рыбы набили против вчерашнего вдвое.
Мальчик поднимает вдруг с травы желтый, похожий на мыло кусок взрывчатки и, размахнувшись, с силой швыряет им в человека с веткой. Тот шарахается в сторону и летит в воду.
Игорь рассвирепел. «Что ещё им сделать? Поломать велосипеды? Или вот… утоплю их барахло!»
Он сгребает руками одежду, поднимает её высоко над головой, но вдруг срывается с места и мчится по лугу напрямик к городищу.
Сзади крики, брань, угрозы… Игорь некоторое время бежит не оборачиваясь. Потом, остановившись на миг перевести дух, оглянулся.
Рано ещё торжествовать! Глушители гонятся за ним на велосипедах. Маху дал! Надо было бы бежать в обход, кустами!
До городища еще с полкилометра. С раскопа его никто не увидит - заслоняют кусты по краю мыса. Преследователи отстали шагов на двести, но они на велосипедах. Догонят!
– Глеб!
– зовет Игорь надежного друга.
– Глеб! На помощь! Выручай!
Далеко ещё. И ветер от городища - не услышит друг. А бежать тяжело, и преследователи близко…
– Глеб! Глеб!
ГЛАВА XXIV. БЫЧКИ НА ВЕРЕВОЧКЕ
Не случайно Игорь не увидел с отмели Дмитрия Павловича - археолога с утра не было на Кудеяровом стане: на рассвете ещё примчалась из сельсовета рассыльная - ученого требовали в Колодное на переговорную.
Вернулся только к полудню, но вернулся «сам-двадцать восемь», как точно подсчитал дед. Приехали на двух машинах: человек пятнадцать взрослых мужчин и женщин, остальные ребята, ученики ремесленного училища.
– Экскурсия!
– догадался Глеб.
Ребят очень заинтересовал древний старик.
– Откуда вы, дедушка?
– спросил один из ремесленников.
Дед глянул поверх очков (очки были только что надеты для солидности).
– Тут меня вчера выкопали, - буркнул он, впрочем совсем не сердясь, - я тут и есть главная древность.
Гостеприимный дед решил угостить приехавших чудесной водой из подгородищенского источника.