Кудеяров стан
Шрифт:
– Вот бы нагишат этих на сельхозвыставку в таком виде… - проговорил один.
– Сказал!
– возразил другой.
– Да их туда ещё и не пустят без намордников.
Опять дружно хохочут веселые ребятки.
– Ну, смотрите… - кипятился голый Валя.
– За такое хулиганство никто по головке не погладит.
– Да какое же хулиганство!
– простонал сзади коротенький, - это форменный бандитизм.
– Ишь, -
– А не знает он, сколько ему за глушение рыбы по закону полагается?
– спросил другой.
– Нет, вы, ребята, гляньте!
– издевается третий.
– Культура: ничего, что ногами светит, зато при галстуке. Не то что мы, сиволапые.
– Последний фасон, - начал снова первый из ребят, - без брюк, без…
– Оставьте их, мальчики, - опять вступился за «первобытных» археолог.
– Вот что, гражданин, - процедил сквозь зубы длинный, обращаясь к Дмитрию Павловичу.
– Я вас не знаю и знать не желаю. Я представитель власти. Понятно? Я требую…
Он так и не успел досказать, чего требует. Заметив подошедших сверху ещё двух экскурсантов, он сразу смяк и опустил голову.
– Меня товарищ Снежков, видимо, знает?
– спросил один из подошедших.
– Да и со мной он уже знаком немного, Степан Иванович, - договорил за глушителя археолог.
– Беседовали мы с ним несколько дней тому назад, и, по правде сказать, довольно крупно беседовали. Они рыбы тоже, как сегодня, набили и с добычей на велосипедах домой возвращались. Я их догнал, спросил, кто такие. Так этот гражданин любезно посоветовал мне ехать своей дорогой и не совать нос не в свои дела.
– Ошибаетесь вы, товарищ Снежков. Это общие наши дела. И товарища археолога они касаются и паренька того бравого, что привел вас сюда, как бычков на веревочке.
– В толк не возьму, - залепетал снова коротенький в сорочке, - в воду меня кидали, водой обливали, дрянью какой-то глаза чуть не выбили… И я же виноват? Но ведь существует на все определенный порядок.
Все опять засмеялись.
– Видите ли, - спокойно пояснил Степан Иванович, - не всегда жизнь послушно укладывается в приготовленные для нее формочки. Конечно, глаже бы получилось, если бы сперва ордер на ваш арест выписали, потом культурненько бы арестовали. Но что поделаешь - не так вышло. Во всяком случае, если кто-либо совершает преступление - долг всякого советского гражданина помочь задержать преступника. Так, товарищ Снежков?
Снежков молчал.
– Паренек, что привел вас сюда, как бычков на веревочке, тоже советский гражданин, хоть и помоложе нас с вами. Других средств задержать вас у него не было… Он действовал, как подсказали ему смекалка и совесть. И, надо сказать, хорошо действовал. А у вас, товарищ дорожный мастер, позволительно спросить: давно вы казенный тол в воду бросать начали?
– Экономия у меня образовалась, - неуверенно пролепетал дорожный
– Это не в ущерб производству, ей-богу…
С площадки кубарем скатился Игорек. Ещё бледный, возбужденный.
– Одежду их я деду отдал… на хранение…
Степан Иванович засмеялся:
– Хорошо выбрал. Это, брат, надежный хранитель.
– Дмитрий Павлович, - продолжал Игорь, и лицо его из бледного вдруг сделалось пунцовым. Даже уши ярко заалели.
– Дмитрий Павлович, это они печку развалили и горшки побили… Честное слово! Вот этот.
– Мальчик показал пальцем на длинного.
– Я не давал… да разве я мог один?… Мне ещё и попало от них…
Дмитрий Павлович удивленно и обрадованно присвистнул.
– Слышите, Степан Иванович, что они ещё натворили?…
– Здорово!
– Мы выпивши были, - ещё ниже опустил голову Валя.
– Значит, привлекать надо по двум статьям?… Так, кажется, звучит по-вашему?
Молчат браконьеры-хищники. Да и говорить нечего: всё ясно.
Игорь отозвал археолога в сторону.
– Дмитрий Павлович, на одну секунду… - в голосе мальчика стыд, просьба и надежда, - вот, возьмите, пожалуйста.
«Третий пласт, квадрат пять».
На глазах мальчика слезы. Дмитрий Павлович взял из дрожащих пальцев Игорька маленький бумажный сверток, прощупал его и, секунду помедлив, положил в карман. Внимательно посмотрел на паренька, потом охватил его за плечи сильной рукой и привлек к себе.
– Больше никогда этого не будет, - шепчет Игорь и добавляет ещё тише с полувопросом: - Это Зарянин?
– Верю, что не будет. Ну, забудь всё, успокойся, беги к ребятам, младший научный сотрудник…
Мальчик уходит. Дмитрий Павлович разворачивает бумагу, рассматривает позеленевший витой бронзовый браслет.
– Зарянин? Эх, кудеяр, кудеяр!… - Археолог закурил, задумался.
– «Третий пласт, квадрат пять»… Три дня, значит, паренек мучился…
А паренек в эту минуту стоял рядом с Глебом. Стоял ещё розовый, взволнованный, тяжело дыша. Плечом тесно прижался к плечу товарища. Теперь опять очень хорошо было на сердце.
ГЛАВА XXV. КАК ЭТО БЫЛО
Да, Игорек сказал правду. Произошло всё это так: когда все ушли с городища, дежурный лег у раскопа спиной на нагретую землю.
Здорово идут дела в их экспедиции! Особенно интересует загадочная глиняная площадка. По всему похоже - это что-то вроде сундучка. Возможно, действительно сокровищница. Здорово! Хоть и говорил Дмитрий Павлович: «Археологи кладов не ищут», но бывают же клады и находят их люди. «Почему же, - думает мальчик, - нам, археологам, не может попасться клад?»