Круть
Шрифт:
В Добром Государстве майнинг носит откровенно репрессивный характер. Ему соответствует шоу «Клеветники России». Деревяк майнят именно «клеветники» с надетыми на головы пронумерованными мешками. По мысли устроителей, это отвечает народной тяге к справедливости...
Нет, не здесь... Ага, вот оно:
Муссируются слухи о нелегальном майнинге
В российском уголовном кукареке дополнительным значением слова «круть» является крипто-навар, получаемый сердобольской верхушкой от теневого майнинга.
– То есть все дело в крутилове? – спросил Сердюков.
Тоня кивнула.
– Видите, в каком я положении, – сказала она. – Я же выход на ветродеяние обеспечиваю. План на мне... Не бодаться же с министром Курпатовым.
– На него недавно дело заводили. По пяти статьям сразу.
– Ну заводили, и что? Расстреляли зеркальную секретаршу. Теперь у него две другие. А пикни я про этот майнинг, как вы думаете, кого следующим расстреляют? Курпатова, что ли?
– А кого?
– Да как бы не нас с вами, – прошептала майор Тоня, округлила глаза и провела ладонью по шее.
Сердюков, к его чести, удержался от сакраментального «а нас-то за что?».
– Поэтому слишком уж рьяно искать, кто тренировал Троедыркину, не советую, – продолжала Тоня. – Понимать надо, что происходит. У них там, – она притопнула сапогом в пол, – все ветроколонии поделены. Типа как денежные фабрики. Вот представьте, что вы на банку копите. Не для себя, у вас есть уже, а для родных человечков, которые до сих пор говно на поверхности топчут. Допустим, после серьезных терок и взяток вам отошла такая фабрика. И вдруг выясняется, что какой-то петух на ней производство тормозит... Ваши денежки на корню жрет, как колорадский жук.
Сердюков грустно кивнул.
– Поговорите с Кукером, – шепнула Тоня. – У вас контакт налажен – убедите, чтобы на ветродеяние народ пустил. А то раз свезло, а второй может не проканать... Кур на зонах много, это петухи кончаются. Намекните при беседе.
– Попробую, – вздохнул Сердюков. – Хотя надежды мало. Он упертый.
[5] Личные переживания Маркуса Зоргенфрея не обязательно отражают гендерную политику корпорации «TRANSHUMANISM INC.»
[4] Ubermensch – сверхчеловек. Herrenschwule – главпидор.
[3] Раппoрт — доверие, возникающее между клиентом и коммуникатором (НЛП).
[2] Всякий возвышающий себя унижен будет, а унижающий себя возвысится. Лк 14: 11.
[1] Четыре цикла Борхеса: 1) штурм и оборона крепости 2) возвращение 3) поиск 4) самоубийство бога. По мнению аргентинского писателя, это четыре главных архетипа мировой литературы, к которым сводится любая история.
Classified
Field Omnilink Data Feed 23/42
Оперативник-наблюдатель:
P.O.R Петух в отказе Кукер. Сон #2
Новый сон Кукера про Ахилла я увидел ночью через три дня. Случилось это неожиданно, и я не знаю, сколько времени перед этим информация распаковывалась и перепаковывалась его мозговой корой.
Сначала Кукеру снились молодые годы: он упражнялся, обучаясь петушиному бою. Его тренировал меднобородый петух Mate (так следовало из татуировки на сисястой эстрогеновой груди с млечными сосочками – под отказом от крутилова, как я уже знал, выкалывалось тайное петушиное имя).
Бородач был петухом-законником, о чем я догадался не только по бабьему шиньону на голове, но и по второму погонялу, выколотому прямо над пупком:
БОТТОМ ГАЙ ЮЛИЙ ЦЕЗАРЬ
Кукер, однако, называл меднобородого просто Костяном.
Этот Костян был настоящим мастером петушиного боя: они с Кукером дрались бамбуковыми тренировочными шпорами с шариками на концах, и Костя Цезарь часто одерживал победу, разражаясь сиплым самодовольным кукареканьем.
Тренировка, судя по всему, происходила на уголовной малине. Убранство помещения отдавало мрачным и беззаконным шиком: золоченая мебель, лепнина на потолке, бархатные шторы. На полу были разложены спортивные маты, а вокруг сидели полуголые крэперы, курившие туман.
После одного броска Кукер ударился животом о мат, и в тот же момент с окна упала штора. В комнату ворвался яркий солнечный свет.
Как только Кукер повернулся к свету, его сон изменился. Он очутился в мезозое, и в его памяти начал распаковываться информационный транш от сил зла.
Этот переход, странный для бодрствующего сознания, во сне был естественным и нормальным. Такой же гладкой оказалась и смена ментора: теперь рядом с Кукером появился тиранозавр Ахилл.
Был жаркий день, и они нежились в воде – не то в болотце, не то в мелком озере, покрытом кувшинками и маслянистой ряской. Над водой поднимались их спины и шеи – а на берегу лежала трапеза: туша стегозавра, подгнившая и разбухшая на жаре.
Кукер с Ахиллом общались телепатически. Чудовищные пасти не производили ни звука – если, конечно, не считать треска, с которым лопались кишки и мускулы их протухшего фуршета.
– Значит, ты древний сверхразум?
Ахилл сыто отрыгнул.
– Нет, – ответил он. – Сверхразум – это ты.
– Поясни.
– Разум появляется для решения задачи, которую надо выполнить. Так?
– Наверно.
– Тогда что такое сверхразум? Это избыточный разум, без которого можно обойтись? Или это разум, способный решать вопросы помимо основной задачи?
– Думаю, второе, – ответил Кукер.
– Тогда это точно ты.
– Почему?
– Скажи мне, Кукер, в чем основная задача жизни?
– Про это веками спорят. Центральный вопрос в философии и религии.
– Не надо никакого спора. Главная задача жизни человека – это передать дальше свой геном, потому что иначе никаких людей не останется. А не будет людей, не будет и задач. Передача генома есть жизнь.
– А. Ну если так подойти, да, – ответил Кукер. – Но не совсем. Сейчас научились в пробирках оплодотворять. А потом яйцеклетку назад в фему вставляют. Чтобы пенетрации не было. Не любят фемы кожаный цугундер. Получается, жизнь теперь отделена от своего смысла.