Круть
Шрифт:
– Одному такую махину не повернуть.
– Да, – согласился Кукер. – Трудно.
– Кукер, – сказал Сердюков, – ты это понимаешь? Я крутил целую минуту, а винт стоял. Потом только сдвинулся. Почему система так работает?
Кукер пожал плечами и сплюнул.
– Смотри, – продолжал Сердюков. – Видишь, черная коробочка на задней втулке? Ты, когда педали крутишь, передаешь на нее механический момент через велосипедную цепь...
– Я не кручу, – поправил Кукер.
– Ну не ты. Условный крутила. У каждой пары педалей коробочка своя. Момент преобразуется в электричество, а оно передается на
– Слышал такое, – ухмыльнулся Кукер.
– На ветроредукторе электрическое усилие масс складывается и подается на ротор, – продолжал Сердюков. – Чем больше народу крутит, тем быстрее идет винт. Я деталей не знаю, но суть примерно такая. Мы все – тонкие ручейки, стараемся как можем. А вместе сливаемся в Доброе Государство. В такую махину, какую никому не побороть... Но только когда все честно крутят. А не в отказе, как ты назначил. Вон, посмотри – на женской зоне винт крутится. А у нас стоит.
Сердюков опять начал крутить. Прошла минута, и пропеллер сдвинулся еще немного.
– Ну и редуктор у кума, – вздохнул Кукер. – Вот страна, а?
– Знаю, Кукер, – сказал Сердюк. – Все про этот редуктор знаю. Ну не может страна сейчас иначе. Не может. Такая у нас история и культура. Но люди ведь крутят. Я вот кручу. И ничего. Не опоганился вроде. Живой.
– Я тоже вроде живой, – хмыкнул Кукер.
– Это временно.
– В каком смысле? Угрожаешь, начальник?
– Нет. Ты же по факту мой пациент. Зачем я тебе угрожать стану? Я тебе помочь хочу. Тебя убить пытались. Знаешь почему?
Кукер усмехнулся.
– Петухи с приморской мутят.
– Нет, Кукер. Их самих в любой момент замочить могут. Дело именно в отказе от крутилова. Сам крутить не ходишь, это полбеды. А то, что народ не пускаешь, уже проблема.
– Намекаешь, кумчасть меня чикнуть хотела?
– Не намекаю, Кукер. Уведомляю. Я с Тоней говорил. Крутить надо будет по-любому.
Кукер презрительно улыбнулся и вскинул веселый взгляд в небо. Совсем как Ахилл, глядящийся в вечность перед последним боем, подумал я.
– Чего ты добиться-то хочешь, Кукер? – продолжал Сердюков. – Не хочешь крутить сам, я не велю. Понимаю твой статус. Но народ на вахту каждый день выходить должен. Я тебе по секрету скажу – нам с тобой систему не победить. Ее можно только медленно реформировать, заменяя зло добром на личном поле деятельности. Незаметно для окружающих. Человек слаб. Сегодня ты герой-победитель – а если завтра охрана еще одну куру в барак пропустит? Вторая тебя не чикнет, так третья сделает. Власть отмашку даст – куры тебя на цугундер по-любому поставят.
Кукер закрыл глаза и задумался.
Мне показалось, будто он совсем отключился от мира и ушел так далеко вглубь себя, что вот-вот потеряет равновесие и свалится с рамы. Он даже покачнулся. Сердюков хотел уже поддержать его – но вовремя отдернул руку.
По блатным понятиям каждый, кто коснется петуха, должен пять раз прокричать «кукареку», а потом драить пол перед петушатником зубной щеткой. Урке еще ладно, а начальнику это не к лицу.
Но Кукер уже вернулся в реальность. Вид у него был умудренный и хитрый.
– Допустим, я соглашусь, –
– Это, Кукер, твоя проблема, – ответил Сердюков. – Кумчасть с тобой потому только и разговаривает, что ты эти вопросы решать умеешь. Иначе какой с тебя прок?
– Верно, начальник. Но просто так арестантский уклад развернуть не выйдет. Люди не поймут. Нужно кумчасть прогнуть. Хотя бы символически. Так, чтобы братва не сомневалась.
Сердюков покачал головой.
– А как ты кумчасть прогнешь?
– Есть способ. Но не уверен, что он тебе понравится.
– Говори.
– Что у кума самое святое? – спросил Кукер.
– Что?
– Угол Лукина. Который в редукторной будке выставляют.
Я уже натыкался на этот угол в каких-то примечаниях и справках, но так и не посмотрел дефиницию. Пора было разъяснить вопрос, и я остановил время.
TH Inc Confidential Inner Reference
Угол Лукина – угол, на который должна быть повернута ось пропеллера ветробашни в координатной сетке NSEW. Вычисляется раз в неделю в Институте Лукина и рассылается в ветроколонии по защищенной (по мнению сердоболов) связи. Не путать с шагом Бердяева (отдельно выставляемый угол поворота лопастей по отношению к вектору их движения).
Считается, что духовно-сакральная функция ветрогенезиса зависит от точного соблюдения угла Лукина. По мнению внутрисистемных критиков, это является сознательно культивируемым суеверием, дискредитирующим нацидею ради создания синекур для родни правящей элиты (см. Институт Лукина, Высшее дизайн-бюро и т. д.).
Разговоры об избыточности угла Лукина в национальном ветродискурсе и бюджете (на охрану редукторных башен в ветроколониях уходят значительные средства) пресекаются сердобольскими властями в зародыше, и публичные критики этой концепции нередко отправляются сами крутить педали на пять-десять лет.
Институт Лукина – главная философская институция Доброго Государства, проводящая изыскания в области автономной философии, Крути и ветрогенезиса. Официально отвечает за национальную идею и большой нарратив. Работы и исследования, проводящиеся институтом, как правило, засекречены и доступны только низшему кругу баночных сердоболов.
Критики утверждают, что Институт Лукина создан главным образом для трудоустройства родни баночных сердоболов – и работа в нем является промежуточной ступенью перед получением первого баночного таера «за особые заслуги» с оплатой из сердобольского бюджета (см. также Высшее дизайн-бюро). По многочисленным свидетельствам, секретные публикации Института Лукина сочиняет нейросеть.