Кровавая одержимость
Шрифт:
«Он сломал руку о стену и даже не подумал ее залечить».
Джослин еще сильнее зажмурилась.
«О боже, ты хочешь, чтобы я вошла?»
Натаниэль рассмеялся каким-то безрадостным смехом.
«Всегда, Iubita mea. Ты мне нужна… всегда. Но дай нам немного времени. Когда Кейген вернется, мы собираемся поговорить… возможно помолиться».
Хотя Натаниэль не мог ее видеть, Джослин невольно кивнула.
«Ангел?» — позвал
«Я здесь, — заверила она его. — Сразу за дверью. Я люблю тебя, Натаниэль».
«Ммм, — промурлыкал он, лаская ее слух нежным, бархатным голосом. — И я тебя, ангел».
В этот момент двери клиники распахнулись и внутрь ворвался рыжий вихрь на восьмисантиметровых каблуках.
— Приветик, Джос. Приветик, Ки. Что, черт возьми, происходит с Кейгеном?
Кристина Райли Силивази стояла в дверном проеме в короткой розовой мини-юбке и на сочетающихся по цвету шпильках, ключи от ее «Корветта» все еще болтались в руках.
— Накари в порядке?
Кристина фактически приходилась сестрой братьям Силивази после того, как меньше недели была парой Маркуса. Это можно было описать только как полную катастрофу. Темные использовали черную магию, чтобы получить помощь темного лорда Окарда в изменении «Кровавого проклятия» и таким образом обмануть Маркуса. Для этого они поменяли Кристину и Киопори местами, заставив Маркуса считать рыжеволосую бестию своей судьбой. К счастью, Накари выяснил правду до того, как Маркус и Кристина окончательно соединились. Они смогли вовремя остановиться и женщина не забеременела близнецами. К сожалению, Маркус к тому моменту уже обратил ее под влиянием темного лорда, и она стала полноправным вампиром. Для Кристины было уже невозможно вернуться к своей человеческой жизни, хотя, по правде говоря, та жизнь изначально была не самой лучшей. Зная, что Кристина разделяет их кровь и вампирскую жизнь, братья Силивази приняли ее как свою сестру. А Маркус согласился материально обеспечивать ее до конца жизни. А остальное, как говорится, дело наживное.
— Кейген явно не в себе, — объяснила Кристина, активно жестикулируя руками. — Я к нему подошла и произнесла что-то вроде: «Эй, Кейген», — а он просто продолжал смотреть сквозь меня. Поэтому я сказала типа: «Чувак, ты что, не слышишь, как я с тобой разговариваю?» А он практически заорал: «Накари в порядке!» И я ответила типа: «Окей, мистер Хайд… дерьмо!»
Джослин улыбнулась.
— Он просто переутомился. С Накари все без изменений.
Кристина кивнула. Затем прошла мимо женщин прямо к Брайдену и опустилась перед ним на корточки.
— Привет, Брай, — прошептала она непривычно ласковым голосом. — Как мой любимый младший братишка?
Брайден едва улыбнулся и пожал плечами.
— Нормально, наверное. Но Накари до сих пор не…
Его голос дрогнул, и он не смог закончить фразу. Кристина взяла его за руку.
— Да, я знаю. Но это нормально. Он,
После ее слов на лице мальчика появилась искренняя улыбка, осветившая его мягкие глаза цвета жженой охры.
— Ты правда так думаешь, Кристина?
Она утвердительно кивнула.
— Да, правда, — Она нежно погладила руку Брайдена. — Он не умер. Только не Накари. Ни за что.
Джослин посмотрела на Киопори и улыбнулась.
— У некоторых чудес не бывает конца.
— Очень верно подмечено, — сказала Киопори. — Это так странно, что у нее подобные отношения с мальчиком, хотя все логично, если учитывать сколько времени она проводит дома у Накари, — Ее лицо исказилось от горя при упоминании его имени. — Предполагаю, между ними тоже есть своего рода связь.
Джослин кивнула.
— Да, я тоже так думаю.
Кристина с ее прямолинейностью оказала сильное влияние на всех в семье, включая Маркуса. Возможно, время, что они провели вместе, что-то значило. Хотя, что бы ни разделили Маркус и Кристина, это было несравнимо с той любовью, которую он питал к прекрасной женщине, стоявшей перед ней. Джослин вздохнула.
— Она мне вроде как нравится.
Киопори засмеялась.
— Понимаю, мне тоже.
Кристина повернулась и закатила глаза.
— Экстренное сообщение для всех: я больше не человек и отлично все слышу!
Джослин и Киопори рассмеялись. В этот момент дверь в комнату Накари приоткрылась, и Катя высунула голову.
— Извините, но Маркус собирается использовать яд, чтобы исцелить поврежденную руку. Однако прежде чем он запечатает рану, мне бы хотелось извлечь металлические фрагменты, застрявшие в кости. Пусть кто-нибудь принесет пинцет из кладовой в подвале. Здесь нет ничего подходящего, а я не могу оставить Накари без присмотра.
— Просто оставь эту хрень внутри! — услышала Джослин ворчание Маркуса из глубины комнаты.
Она съежилась от испуга. Киопори покачала головой.
— Постарайся быть покладистым, воин, — крикнула она достаточно громко, чтобы мужчина услышал. Вампир ответил низким, гортанным рыком и она улыбнулась. Накрыв ладонью руку Джослин, она подмигнула медсестре. — Мы с Джослин сходим за пинцетом, нам все равно нужно немного размяться.
— Говори за себя, сестра, — донеслось из комнаты остроумное замечание Натаниэля.
Киопори фыркнула.
— Я вовсе не это имела в виду! — Она бросила на Джослин извиняющийся взгляд. — Я не имела в виду, что тебе нужны упражнения…
— Я понимаю, что именно ты имела в виду, — подразнила Джослин. — Где мы можем найти пинцет, Катя?
— Прямо по коридору, последняя дверь справа. Он в стеклянном шкафу на третьей полке снизу.
— Поняла, — ответила Джослин.
Повернувшись к Киопори, она взяла ее за руку и потянула в сторону лестницы.
— Идем, Ки, — позвала она, подражая Кристине, — давай немного прогуляемся.