Ковчег
Шрифт:
— Марк прав, Марта. Асклепий был очень осторожным человеком. Он бы постарался выскочить на берег, у тех островов, где и пробил баркас. Переждал бы шторм, постарался бы как-нибудь отремонтировать баркас и только тогда доплыть до Тортуги, или хотя бы до самого Сирифоса. — Поддержал меня Димитрис.
— Ну и самый главный вопрос, если он наскочил на камни, то как он мог обратиться в мантикору? В мута, по вашему? — Я смотрел на Марту. Она пожала плечами.
— Сдаюсь. И правда, как?
— Вот для этого и надо узнать характер повреждений. Баркас деревянный, как я понимаю? — Спросил
— Да деревянный. — Ответил мэр Тортуги. — Но с мотором. У него хороший двигатель стоял, водомёт японский. «Ямаха». Причём новый. Три месяца назад заменил свой старый на этот.
До баркаса было метра четыре от берега.
— Верёвка потолще есть? — Спросил я Марту.
— Есть. — Ответил за неё Димитрис. — В кузове я видел бухту.
— Да. Туда её Николас положил. Мой водитель на этом пикапе.
— Значит так. Я сейчас разденусь, залезу в воду и зацеплю один конец верёвки за баркас. И мы пикапом и всем кагалом попытаемся подтащить его ближе к берегу. В идеале, вытащить на берег. — Быстро разделся до трусов. Взял один конец верёвки и подобрался к баркасу. Глубина мне оказалась по шею. Залез на надводную часть баркаса и закрепил верёвку на носу судна. Потом вернулся назад. Второй конец верёвки закрепили на пикапе. За руль села Марта. Пикап взревел мотором и пошёл вперёд. Верёвка натянулась, пикап просел. Мы схватились за верёвку, тоже потянули.
— И раз, взяли! — Закричал Антон. Баркас вздрогнул. — И ещё! — Пикап буксовал в песке, но потихоньку двигался. По сантиметрам, но шёл вперёд. Мы тоже тянули из всех сил. Сначала сдвинули баркас на пару десятков сантиметров, потом ещё и ещё. Баркас постепенно двигался к берегу. Первым на сушу вылез нос баркаса. Вода выливалась из корпуса. Пикап рывками дергал судно, вытаскивая его на берег. Мля, она только бы нос баркасу не сломала. Наконец, баркас почти полностью вытащили из воды на сушу. Повреждения увидели сразу. Возле кормы, с правой стороны часть досок обшивки баркаса были повреждены. И тут же имелись борозды от чего-то. Словно кто-то зубами или когтями пытался прокусить днище.
— Мать вашу. — Выругался Антон. Илья, глядя на это, произнёс:
— Ни хрена себе! Это, что, кто-то грыз что ли?
Димитрис присел рядом с пробоиной. Трогал повреждённые доски, глубокие борозды. Василий залез в сам баркас.
— Эй, народ, — крикнул он, — тут фрагмент человека.
Мы залезли так же в баркас. Увидели зацепившуюся часть дела за какой-то крюк. Часть груди, левая рука и голова. Лицо искажено судорогой ужаса.
— Это Никандр. — Сказал Димитрис. Я подошёл к фрагменту. Взял образец ткани с места расчленения. Поместил образец в полиэтиленовый пакетик.
— Зачем ты это делаешь? — Спросил меня мэр Тортуги.
— Для исследования. Для наших учёных. Их у нас двое, Софья, она биолог и Лида, она вирусолог. Илья, Антон, в пикапе я видел пару лопат. Выкопайте яму. Похоронить надо его. Пусть даже всего лишь часть.
Ольга с Кирой держались подальше от баркаса. О чём-то говорили между. Выкопали яму. Перетащили вдвоём с Василием Никандра туда и закопали.
— Марта, мне надо взять образец с той акулы, которую притащили рыбаки.
— Хочешь сказать, что ещё
— Наверняка. Вот тебе и ответ, почему они обратились. Капитана баркаса поранила акула-мутант. Это повлекло заражение. Просто потерять кисть, это не фатальное ранение. Но не в этом случае. Ещё двое рыбаков погибли в момент нападения на баркас. Может быть не удержались и упали за борт. Плюс шторм. Причём, нападение произошло недалеко отсюда. Поэтому они сумели дойти до берега. Второй матрос пытался помочь Асклепию.
— Саймон. — Поправил меня Димитрис.
— Да, Саймон. До этого мы считали, что период обращения длился два, максимум три дня. Но здесь, я думаю, всё произошло быстрее. От одного дня, до несколько часов. И это очень плохой симптом.
— Почему?
— Обращение происходит быстрее. Значит либо вирус ещё мутировал, либо в акуле или кто там был, штамм вируса другой, ещё более агрессивный. Обратившись, Алексий напал на Саймона. Поранил его, но тот сумел убежать. Возможно, куда-то спрятался. Асклепий караулил его до тех пор, пока Саймон сам не обратился. Вот как-то так. Надо возвращаться. Тем более, уже темнеет.
— Марк, — на меня смотрел Димитрис, — Джеймс говорил о том, что ты ему рассказал о мутациях вируса. И что противоядие можно найти, если есть исходник. Это правда?
— Правда.
— У вас есть этот исходник?
— Возможно.
— И всё-таки? И кто эти ваши двое мутов… Вернее, как вы их зовёте измененные.
— Это отдельный разговор. Может вернёмся в Тортугу и там поговорим? А то всё больше темнеет. Не хочется по такой местности ехать по ночи.
— Хорошо, поехали…
Глава 5
До Тортуги добрались, когда уже совсем стемнело. Всё же на юге ночь приходит почти без прелюдий. Зашли в таверну к Марте. Там почти все столы были заняты. Но один стол всё же оставался свободным. Смотреть чудовище из морских глубин решил завтра, во время дневного света.
Посетители таверны не спускали с нас глаз с того момента, как мы зашли. Марта указала за свободный стол, где мы и разместились. Он стоял в углу, как бы чуть на особицу от остального зала. К нам подошла молодая женщина, лет 30. Но не в длинном платье с фартуком, как официантки, а в камуфляжных штанах с пистолетом в кобуре, такой же камуфляжной майке с коротким рукавом и штурмовой винтовкой М4, висевшей стволом вниз на ремне через плечо. Лицо смуглое, но это скорее всего от южного солнца. Сама классическая европейка со светлыми волосами. Волосы имели короткую стрижку, очень короткую.
— Марта, что там? — Спросила она.
— Всё плохо, Джейн. — Ответила Марта. — Мы нашли Асклепия, Саймона и Никандра. Точнее то, что от него осталось. И их баркас.
— А остальные? — Задала вопрос Джейн. Марта отрицательно покачала головой.
— Больше никого. Баркас повреждён. Находился в полузатопленном состоянии рядом с берегом. Я сначала думала, что они наскочили на камни где-то, но сумели добраться до острова. Но потом баркас мы вытащили на берег. Одним словом, его кто-то повредил. Это не на камни они наскочили. Кто-то повредил его. На досках остались следы от зубов.