Коснуться души
Шрифт:
Он принимал её капризное поведение и комплекс превосходства и отвечал на них своей собственной игривостью. Ей не нужно было прятаться, не нужно было притворяться.
За то недолгое время, что он был здесь, он сделал Маюми довольной своим присутствием. Он подстроился под неё, а не наоборот.
Она продолжила идти, чтобы поприветствовать его. Когда она подошла ближе, его морда задвигалась вверх-вниз, словно он принюхивался.
Его сферы стали зелеными, и эхо рычания отскочило от деревьев и снега, когда он приблизился. Волоски на её теле
— Ты ужасно пахнешь, — прорычал он, оказавшись прямо перед ней. — На тебе слишком много запахов.
Он с отвращением потер морду.
Настроение Маюми всё еще было довольно кислым, но он заставил её фыркнуть от смеха, даже когда она думала, что ничто другое не сможет.
— Я так и думала.
Он запрокинул голову назад и вверх, примерно так же, как делала она, когда собиралась намеренно съязвить.
— Я даже не хочу сажать тебя на спину.
Она прищурилась.
— Ну, это грубо. Вот, на, держи немного.
Она начала тереть ладонями его морду.
Он чихнул и попятился от неё. Затем его сферы стали темно-желтыми, когда он наклонился вперед, чтобы понюхать её лицо.
Рычание, вырвавшееся из него на этот раз, было угрожающим. Он припал к земле, сгорбившись, опираясь на одну руку, а затем потянулся, чтобы коснуться её щеки.
Маюми поморщилась. Она попыталась отступить, но его рука метнулась вперед, обхватывая её затылок, чтобы удержать на месте.
— Твоё лицо опухает, Маюми. Оно красное, и появляется синяк. — Его сферы стали жутко-красными, светясь всего в дюймах от её лица. — Почему?
Она прикрыла щеку тыльной стороной ладони, позволяя прохладе пальцев немного унять боль.
— Это пустяки, Фавн. Не беспокойся об этом.
— Выглядит так, будто кто-то ударил тебя, — он отдернул её руку вниз и использовал её, чтобы притянуть её ближе, когда стало очевидно, что она пытается вырваться. — Кто это сделал?
Со вздохом она отвела взгляд в сторону леса, желая, чтобы он просто забыл об этом.
Его язык скользнул по её щеке. Едва начавшееся жжение быстро угасло, когда между ними разгорелось желтое сияние магии. Оно было прохладным — от его магии всегда веяло холодом, — но это заставило боль рассеяться.
— Ничему не позволено причинять тебе вред, — она продолжала отводить взгляд, но он воспользовался возможностью подойти ближе, оказавшись прямо у её уха. Его голос был низким, переходящим в рычание: — Я сказал, что ты моя, и я буду защищать своё, уничтожу то, что вредит моему, и заставлю познать этот страх перед последним вздохом, — мрачный смешок, сорвавшийся с его губ, почти заглушенный рычанием, был… злым. — А на твоем лице только один запах. Мне будет легко пойти по следу.
Маюми потянулась вверх, накрыла верхнюю часть его лица одной рукой и схватила его за рог другой. Она оттолкнула его назад, чтобы посмотреть
— Это была просто глупая девчонка, и я вроде как это заслужила.
— Мне. Плевать.
— Фавн, — сказала Маюми строгим тоном. — Я говорю нет.
Она скользнула руками вверх, чтобы обнять его за шею. Она не могла поверить, что стоит здесь и пытается отговорить Сумеречного Странника от убийства.
— Спасибо, что исцелил меня. У неё удар потяжелее, чем я думала, но теперь я в порядке. К тому же, ты действительно хочешь бросить меня здесь одну в лесу, пока будешь устраивать хаос в городе?
Если его череп более хрупок, чем обычно, что если один неверный удар заставит его расколоться?
Она чувствовала, как тяжело он дышит, как он переполнен яростью, содрогаясь всем телом. Он хотел возмездия за что-то столь мелкое и незначительное. Его длинные и сильные руки обвились вокруг неё, его объятия поглотили её, прежде чем она почувствовала легкий укол его когтей по обеим сторонам от пупка.
— Ты могла бы позаботиться о себе, пока я не вернусь. Я бы не задержался.
Словно со стеной разговариваешь, честное слово.
— Я просто… правда хочу домой. У меня был ужасный день, — она не припоминала, чтобы у неё был такой плохой день уже очень давно. — Было бы здорово провести время с тобой. Я наконец-то могу научить тебя играть в сёги, раз уж ты так хорошо освоил шахматы.
Спустя долгое время, пока Маюми обнимала его и даже поглаживала по спине его вздыбленный мех, Фавн начал успокаиваться.
— Ты воняешь, — наконец проворчал он. — Мне это не нравится.
Смех вырвался у неё.
— Не думаю, что смогу избавиться от этого в ближайшее время.
Раскатистый выдох сотряс его торс, прижатый к ней.
— Если это уберет смесь чужих запахов с тебя… тогда мы примем ванну, когда вернемся к тебе домой.
— Серьезно? Всё настолько плохо, что ты сам предлагаешь ванну?
Она не могла поверить! Его хвост почти всегда поджимался между ног, стоило ей только предложить это.
— Ты вытерла всё это об меня, так что мне нужно принять её с тобой. Иначе это не будет иметь значения.
— Ты в курсе, что скоро ночь, да?
— Я буду там с тобой.
Маюми посмотрела вверх на розово-фиолетовое сумеречное небо, едва видимое сквозь его мех и деревья. Я никогда не принимала ванну на улице ночью.
Улыбка, тронувшая её губы, была слабой и серьезной. Полагаю, это будет весело.
Глава 30
Фавн ненавидел то, как вода в ванне казалась спокойной и манящей. Он ненавидел то, как безоблачное небо делало ее черной, словно она была бесконечной, безграничной и неизмеримой.