Королева мрака
Шрифт:
– Вы, ребята, молоды и сильны. Вы можете отработать дорогу. Отсюда идут корабли в Квег, Вольные Города, Кеш - куда вам заблагорассудится. И на любом из них всегда требуются матросы.
Сказав это, трактирщик как-то странно качнул головой, и когда Эрик обернулся, услышав за спиной грохот опрокинутых стульев, те двое мужчин, что недавно вошли, были уже совсем рядом, и каждый держал в руке увесистую дубинку. Ру попытался поднырнуть под руку первому, но добился лишь того, что удар пришелся по плечу, а не по голове. Потеряв от боли сознание, он упал; Эрик, понимая, что выхватить меч уже не успеет, ударил нападающего кулаком
– Маленький, наверное, ничего не стоит, а вот большого можно продать за хорошие деньги на галеры или даже на арену. Надо успеть отвезти их к этому квегийцу до полуночи. Галеры посла уходят завтра с вечерним отливом.
Эрик хотел что-то сказать, но, получив еще один удар по голове, рухнул на пол, потеряв сознание.
Эрик открыл глаза. Медленно сел. В голове шумело, в глазах двоилось, в желудке стоял ком. Через силу сглотнув, он попробовал закрыть глаза - но тошнота усилилась, и он опять их открыл. На руках у него были тяжелые железные наручники, на ногах - колодки. Он огляделся, думая увидеть трюм корабля, идущего в Квег, но вместо этого обнаружил, что находится в тюремной камере.
Рядом застонал Ру, и Эрик помог ему сесть.
– Похоже, у вас неважный денек, а?
– сказал кто-то сзади.
Эрик повернулся. Возле окошка, забранного решеткой, стоял человек; его силуэт отчетливо вырисовывался на фоне этого единственного здесь источника света. Человек отошел от окна и присел на корточки рядом с Эриком. Это был широкоплечий мужчина средних лет, с бычьей шеей, коротко остриженными редеющими волосами и темно-синими глазами. В его повадках и выражении лица чувствовалось что-то странное, но что именно, Эрик не смог бы сказать. Мужчина был небрит, одет в куртку и штаны простого покроя. Высокие сапоги, начищенные до блеска, но старые и поношенные, а также широкий пояс дополняли его наряд.
– Где мы? Я...
– Голова у Эрика вновь закружилась, и он на мгновение прикрыл глаза.
– На нас напали сзади.
– Кое-кто из местных хотел продать вас квегийским работорговцам, - сказал мужчина. У него был слегка скрипучий голос с едва заметным акцентом, напомнившим Эрику речь Натана. Он предположил, что этот человек тоже родом с Дальнего Берега.
Мужчина улыбнулся, но в его улыбке было что-то зловещее.
– Вы чуть было не отправились в весьма неприятное путешествие через океан. Но, поскольку в городе был квегийский посол, а в порту стояли их галеры, герцог Крондорский ожидал чего-нибудь в этом роде.
– Так вы не из них?
– Ха! Я скорее поцелую гоблина, чем оставлю в живых квегийского работорговца!
– Мужчина бросил взгляд на Ру, который тряс головой, пытаясь прийти в себя.
– Люди герцога перехватили работорговцев по пути к гавани. Узнав, что среди прочих обнаружены вы, герцог был и удивлен, и обрадован. Вас, друзья мои, усиленно искали.
– Значит, вы знаете, кто мы?
– с безнадежностью в голосе сказал Эрик.
– А кто же вы?
– Вы слыхали о человеке, которого называют Крондорским Орлом?
Эрик
– Так это вы?
– Ха!
– Мужчина издал короткий лающий смешок.
– Куда уж мне. Но я у него на службе. Меня, скорее, можно назвать Крондорским Бульдогом. Я кусаюсь, так что постарайтесь меня не сердить.
– Он зарычал и завыл, умело имитируя собаку.
– Мое имя - Робер де Лонгвиль. Друзья называют меня Бобби. Вы должны называть меня “сэр”.
– Что вы собираетесь с нами делать?
– спросил Ру.
– Я просто хотел узнать, нет ли у вас опасных ран.
– Зачем?
– спросил Ру.
– Не можете вздернуть раненого человека?
Робер рассмеялся.
– Это не мое дело. Принцу нужны отчаянные парни, а по всем рассказам вы отчаянны почти настолько, как требуется. Впрочем, теперь я вижу, что больше вам похвастаться нечем. Жаль, но принцу придется поискать отчаянных парней в другом месте.
– Нас просто повесят?
– спросил Эрик.
– Ну нет, - ответил де Лонгвиль, с театральным стоном поднимаясь с корточек.
– Колени уже не те, что раньше, - пояснил он и, подойдя к двери, жестом приказал тюремщику открыть камеру.
– Новый принц Крондорский, как и его отец, весьма щепетилен во всем, что касается закона. Сначала будет суд; только потом вас повесят.
– Он вышел, и тюремщик запер за ним дверь.
Спустя некоторое время камера вновь открылась, и вошел пожилой мужчина. Он был одет в дорогую, но простого покроя одежду, как человек, ведущий, несмотря на возраст и занимаемое положение, активную деловую жизнь. У него были седые волосы, короткая, аккуратно подстриженная бородка и темные проницательные глаза. Как и Лонгвиль, он присел на корточки перед Эриком.
– Назови свое имя.
– Эрик фон Даркмур.., сэр.
Мужчина повернулся к Ру:
– Значит, ты - Руперт Эйвери?
– Да. А ты кто такой?
– грубо сказал Ру, рассудив, что уж если его все равно повесят, то можно сорвать злость на человеке любого положения.
Мужчина улыбнулся. Резкость Ру его явно позабавила.
– Вы можете называть меня лорд Джеймс. Ру приподнялся, насколько позволяла цепь, идущая от кандалов к стене, и выглянул через маленькое окошко.
– Отлично, лорд Джеймс! И сколько же мы будем гнить в этой крондорской тюрьме, прежде чем нас осудят и повесят?
– Ты не в крондорской тюрьме, мой юный наглец, - отвечал лорд Джеймс.
– Ты во дворце принца, а суд состоится послезавтра, как только Никлас займет свой пост. Конечно, если ты очень торопишься, я могу попросить короля председательствовать в суде и сегодня.
– Вот как!
– огрызнулся Ру.
– Разумеется, мы все хотим побыстрее покончить с этим делом, и его величество бросит все только потому, что вы его попросите.
Джеймс опять улыбнулся, но на сей раз в его улыбке таилась угроза.
– Ну, мне-то он не откажет; я, собственно, прихожусь королю дядей, - сказал он и добавил:
– Кроме того, я - новый герцог Крондорский.
– Он поднялся на ноги и спросил:
– Есть кто-нибудь, кто может выступить в вашу защиту?
– В кофейне Баррета есть человек, которого зовут Себастьян Лендер. Он мог бы выступить от моего имени, - сказал Эрик.