Король и Дева
Шрифт:
— Быстро исчезайте, иначе всем несдобровать, — скомандовал маг.
Гномы горохом рассыпались по окрестным кустам. Торин остановился, в ответ на немой вопрос Двалина мотнул головой в сторону деревьев, но сам даже и не думал прятаться. Взглянув на него, Жанна тоже осталась рядом с ним на запыленной дороге, а услышав гневный оклик волшебника, просто положила руку на рукоять меча. Маг лишь недовольно сверкнул на них глазами, поражаясь гномьему упрямству, которое еще и заразно!
Однако Беорн, сняв шляпу, добродушно приветствовал их.
— Здравствуй, мой дорогой друг! — Гэндальф низко поклонился в ответ. — Это Бильбо
— Я слыхал имя Торина. И пусть уже выходят все тринадцать, — густо засмеялся оборотень, похлопав по голове своего пса, который немедленно потянулся вслед за его рукой холодным черным носом. — Мне уж рассказали про вашу дружную компанию. И вы мне нравитесь! Проходите в мой дом и будьте моими гостями, сколько вашей душе угодно! Ничего пока не говори Берте.
Он, похоже, уже обращался к своей собаке, радостно скалящейся и изо всех сил виляющей пушистым хвостом. Выбравшись из укрытий, гномы последовали за Торином и удивительным хозяином.
— Тролль меня раздери! Нас согласились принять, потому что мы понравились его мохнатой слюнявой псине! — ворчал недовольно Двалин, топая по тропинке.
— Похоже, не мы, а Жанна, — ухмыльнулся Фили.
***
Дом Беорна стоял на пологом холме. Целая роща огромных дубов и вязов окружала его плотным кольцом, словно держа оборону. Громадные деревянные ворота защищали вход в «берлогу» великана, больше похожую на небольшое поселение, обнесенное высоким забором с остроконечными кольями. Они прошли через задний двор, где сладко пахло летом и медом и стояли длинные ряды ульев. Пес тут же цапнул зубами чересчур близко подлетевшую полосатую пчелу, от деловитых сестричек которой гномы только отмахивались. Виновато скосив золотисто-карий глаз на хозяина, зверь сплюнул добычу под ноги и придержал лапой. Беорн огорченно покачал головой. Пес нехотя приподнял коготь, и пчела, сердито отряхнувшись, расправила крылья, зажужжала громко и недовольно и как ни в чем не бывало полетела по своим делам.
Двухэтажный добротный дом был построен из дуба. Весь первый этаж занимала громадная зала; мощные, потемневшие от времени балки поддерживали стены, сложенные из тяжелых, толстых как колонны брусьев, и прокопченный высокий потолок. Вторым этажом шла узкая галерея, двери на ней скрывали вход в личные покои.
— Дорогая, у нас гости!
Перед сложенным из огромных валунов, ярко горящим камином сидела женщина, подперев голову рукой, и задумчиво смотрела в огонь. Махнув шляпой до пола, Беорн шутовски раскланялся перед нею.
Знакомая лохматая собака подбежала к хозяйке по плетеным коврикам, закрывавшим широкие доски пола. Пес весело оскалился, ткнулся носом в открытую ладонь хозяйки.
Женщина подняла на них взгляд. Тяжелая темно-русая коса короной обрамляла ее голову, легкий загар ласкал полные руки мягким летним теплом. Простая одежда — расшитая рубашка и легкий сарафан, перехваченный широким поясом, — ладно сидела на ее величавой, чуть тяжеловатой, но соразмерной фигуре. Женственный ее силуэт четко выделялся на фоне пламени.
Ясные зеленые глаза быстро оглядели компанию и задержались на Жанне, а та сразу почувствовала себя замарашкой рядом с королевной из зачарованной страны. Но королевна тут же встала, с поклоном приветствуя путников.
—
Жанна побрела вслед за ней по лестнице на второй этаж. Раненая рука под вечер разболелась, как будто ее выкручивали в тисках.
Оглянувшись, девушка бросила взгляд на короля гномов, мрачно уставившегося на хозяина дома. Странно, но они были похожи — оба черноволосые и лохматые, они смотрели друг на друга одинаково хмурым взглядом ярких синих глаз. Правда, Торин много уступал Беорну в росте, но его это совершенно не смущало.
«Они должны договориться…» — дремотно подумала Жанна; в тепле и уюте этого дома она едва не засыпала на ходу.
Девушка бросила взгляд на двери галереи. В ряду выделялись две — побольше других, выпиленные из цельного дуба, окованные металлом, с тяжелыми прочными навесными замками. Похоже, у каждого из хозяев была своя спальня. Хозяйка заметила ее взгляд, но ничего не сказала. Проводив девушку в комнату рядом с хозяйскими, она зажгла на столике у кровати толстую свечу в чеканном серебряном подсвечнике. Жанна легла… неяркий свет расплывался перед ее глазами… Она пристроила больную руку поудобнее и тут же заснула.
***
Они гостили у Беорнов уже неделю.
Чистое утро встретило приятной прохладой. Легкий утренний туман, еще не выпитый жарким солнцем, клубился над озерной гладью… Жанна потихоньку заходила в тихую прозрачную воду маленького озерца. Рука заживала медленно — все еще болела и оставалась очень неуклюжей, что донельзя расстраивало девушку. Но уже несколько дней она плавала по утрам, и с каждым разом ее движения становились все увереннее. Решившись, она с головой погрузилась в чистую воду.
Вдоволь наплававшись и хорошо размяв руку, девушка, вздохнув, направилась к берегу. Сколько ни растягивай удовольствие, а выходить все равно приходится. Ночные кувшинки, еще не закрывшие свои чашечки, слегка покачивались на водной глади, будто приветствовали ее.
Ее вороной стоял у берега, в ожидании переступая изящными, сухими ногами и пофыркивая теплым паром. Он не признавал ни узды, ни седла, но разрешал Жанне ездить на нем — да, она очень любила лошадей и всегда находила с ними общий язык. Когда Жанна мчалась на нем, плотно охватив коленями холку, она ощущала себя летящей в воздухе птицей. Длинношерстный веселый пес по-прежнему сопровождал ее повсюду. Теперь он сидел на песке у берега и, свесив розовый язык, внимательно глядел на нее.
Обсушившись и одевшись, она пошла обратно по тропинке, держась за длинную шелковистую гриву коня. Вдруг пес, бежавший впереди, зарычал и ощерился.
Жанна спряталась за конский круп… но темный силуэт, отделившийся от большого дерева рядом с тропой, был хорошо знаком и не внушал опасений.
— Так вот где ты пропадаешь каждое утро.
Жанна молчала, не зная, что ответить. Как он здесь оказался? Торин подошел к коню, положил ему руку на лоб, заглянул в глаза. Вороной заржал с неудовольствием, но внезапно тяжело опустился перед гномом на колени. Торин вскочил на коня — тот, поднявшись, тут же загарцевал нетерпеливо. Подхватив с земли Жанну, Король усадил ее перед собой, и вороной понес всадников к дому Беорна. Они ехали в молчании. Прохладный утренний туман шлейфом вился за ними.