Король Ардена
Шрифт:
Теперь пути назад не было.
– Сюда кто-то идет. – Закария вдруг резко загородил собой Аврору. – Это западня, моя госпожа. Он знал, что вы будете здесь! – И с этими словами он обнажил меч.
– Это правда? – севшим голосом спросила Аврора.
Дирк стиснул челюсть, но в его взгляде читалось сожаление.
Дверь с грохотом раскрылась, и проем заслонила огромная тень. В комнату вошел Дайн.
– Здравствуй, доченька. Я удивлен, что моя племянница явилась сюда не как в отчий дом, а проникла тайком, словно воровка.
Душу Авроры
– Ты рассчитывала, что мои шпионы не заметят, что к замку приближаются неизвестные люди? Или что я поверю в то, что ты не знала о причастности своей служанки к смерти Герольда? Думала, я не пойму, что, проникнув в мой дом, как лиса, ты сначала придешь сюда, в покои любимого брата? – Голос дяди звучал суровым, но в нем отчетливо слышались нотки разочарования и печали.
Закария стоял неподвижно, но Аврора знала, что он в любой момент ринется в бой.
– Дядя, прошу, вы должны меня выслушать.
– Люди Артура уже в замке. Они опередили тебя, доченька, и поведали мне правду. Ты предала меня, предала всю нашу семью ради бастарда.
– Вот только не говори, что это для тебя стало новостью, дядя. Ты ведь с самого начала знал, что Рэндалл незаконнорожденный сын от крови Корвинов, да? У тебя тоже есть шпионы в других королевствах. – Аврора старалась сохранять хладнокровие и не обращать внимания на четверых солдат, толпившихся у входа в комнату Дирка.
– Знал, но я думал, что верить предрассудкам далеких предков довольно глупо, когда на кону стоит плодотворный и выгодный союз. Я верил, что этот парень благодарный и честный, а в действительности суеверия нашего народа оправдались. Душой твоего мужа правит скверна, она овладела и тобой, раз ты повернулась к семье спиной. Стража, взять ее!
Аврора попятилась к окну, с мольбой глядя на Дирка, который в смятении переводил взгляд то на отца, то на нее. К ней бросились стражники, но Закария преградил им путь. Он невесть когда успел вложить меч в ножны и вытащил парные кинжалы. В следующий миг он уже обезоружил одного стражника, выбив меч из его рук, а второго лишил сознания ударом рукояти по виску.
– Пожалуйста, прекратите, – воскликнула Аврора, но ее слова потонули в крике боли солдат, когда Закария проткнул кинжалом ладонь одного из них, а второму вспорол бок.
Спустя несколько минут все четыре стражника лежали на полу, а Закария с невозмутимым видом стоял в центре комнаты. Словно ничего не случилось. Но когда к Авроре двинулся Дайн, он в считаные секунды пересек комнату, и его кинжал оказался в сантиметре от глаза северного царя. Дирк обнажил кинжал и нацелился на Закарию.
– Я не хочу причинять вам вред, Ваше Величество, – спокойно и тихо сказал Закария. – Но если вы хоть пальцем тронете мою госпожу против ее воли, мне придется этот палец отрубить.
Аврора понимала, что сейчас прибудут и другие солдаты и что Закарии не выстоять против всех в одиночку.
Время пришло.
– Дядя! – крикнула она и выставила вперед руку, а в другой сжала кинжал.
Она полоснула кинжалом ладонь, позволяя крови пролиться на устланный волчьей шкурой пол.
Дайн ошарашенно уставился на ее порезанную руку.
Суд царской семьи – древний обычай северян. Представителя правящей династии может судить только обладатель царской крови. В таких случаях палачом должен выступать тот, кто выносит приговор. Поэтому, если Аврору признают виновной в совершенных преступлениях, то дядя Дайн будет обязан лично казнить ее. Ту, кого поклялся перед родным братом защищать ценой своей жизни. Аврора знала, что сильнее родных сыновей он любил лишь одного человека – младшего брата, который погиб в бою, защищая своего царя.
– Ну же, дядя, неужели ты откажешь в единственной просьбе той, кого поклялся растить как родную дочь?
Грудь Дайна тяжело вздымалась, а лицо побледнело.
– Тина ни в чем не виновата, дядя. Рэндалл хотел защитить меня. Это я убила Герольда.
Глава 33
Аврору привели в зал, где судили только государственных изменников, поэтому в этой части замка она бывала крайне редко.
Здесь собралась вся семья Йоран. Дядя сидел на троне, позади него, по правую руку, стояла тетушка Ария, а в нижней части помоста выстроились сыновья. Когда Аврора проходила мимо, тетушка в отвращении скривила лицо и сплюнула себе под ноги. Какова же была сила ненависти убитой горем царицы, раз она позволила себе столь нелестный жест.
Аврора внутренне сжалась, но не позволила себе показать чувства. Она гордо вздернула подбородок и прошла мимо братьев. Она молилась про себя, умоляя Единого дать ей сил, чтобы выдержать полный разочарования взгляд Дирка, не обращать внимания на каменную маску холодного безразличия на лице Кая, не замечать понуренной головы Яна и сжатых кулаков Кира.
Из посторонних людей, не относившихся к семейству Йоран, здесь был только Закария.
– Аврора, дочь Бьерна, – громогласно объявил Дайн, – ты обвиняешься в братоубийстве, цареубийстве и измене родине! Ты признаешь свою вину?
Аврора стояла перед своей семьей, стараясь выровнять дыхание.
Она давно готовилась к этому разговору и в глубине души верила, что он будет проходить при других обстоятельствах. Где-то в самых безумных мечтах она надеялась, что дядя Дайн сгребет ее в крепкие уютные объятия, как делал в ее далеком детстве, и спросит, кто посмел обидеть его любимую дочку. Аврора представляла, как, умываясь горькими слезами, расскажет ему все без утайки, а он поймет ее, простит, признает вину перед ней и перед всеми девушками, которым причинил вред его сын.