Кор-Унтару

Левская Яна

"Вот так, Юнианна. Твой сын стал сосудом той силы, которой ни капли не нашлось в тебе самой, и которой ты так жаждала. Судьба - лишь странная выдумка богов. Неподвластная влиянию".

Ведунья с тревогой перевела взгляд на Лайлин. Та скрипела зубами и морщилась, будто превозмогая боль. Почувствовав чужое внимание, она открыла глаза и срывающимся голосом вымолвила:

– Внутреннее кровотечение. Нужно резать. Отвести кровь. Так ничего не получится.

Глаза Каи расширились, она сжала челюсти и твердо кивнула, бросившись

к выходу.

– Нужен нож! И еще вода, - услышала Лайлин, непослушными пальцами расстегивая пуговицы грязной рубашки. Под белой кожей юноши распустили сети багровые кровоподтеки.

На плечо Лин легла чья-то рука. Она, не оглядываясь, приняла флягу с водой. Машинально смочив тряпицу, отерла место будущего разреза. Перед ее взором смешивались две плоскости видения: изувеченное тело и пышущая болезненным жаром ликада. Она смотрела сквозь и внутрь. Рукоятка ножа скользнула в ладонь, удивив неприятной тяжестью.

– Спирт есть или вино хотя бы?

– Нет.

– Надо прокалить.

– Огонь сейчас будет.

Лайлин чувствовала присутствие Каилары и Алестара, но не давала себе ни на секунду расслабиться. Боялась потерять решимость сделать то, что нужно было сделать.

Знахарка, вспомнив что-то, кинулась потрошить одну из своих сумок. В фургоне тошнотворно запахло травяной настойкой на спирту. В поле зрения Лин возникла сухонькая рука с переплетением ровно светящихся голубых жилок ликады под кожей.

– Это все, что смогла найти.

Лайлин прикрыла глаза, пока Каи протирала живот человека - у нее начинала кружиться голова. Плохо.

Алестар вынул нож из ее рук, прокалил над пламенем свечи, которую поднес робко вошедший внутрь Айхел, и вернул девушке.

Она, вздохнув, поднесла острие к намеченному ею началу разреза.

– Ты когда-нибудь это делала?

Лин отрицательно качнула головой.

– Переверни нож. Это тупая сторона... Может, лучше я?

Она сглотнула, борясь с собой. Так хотелось передать холодное оттягивающее руку железо Алестару, но... "Он же не видит ничего, а я вижу. Знаю, где надо и как... а он не знает. Он ничего не видит".

– Я сама.

Закусив губу до отрезвляющей боли, Лайлин надавила и повела. Лезвие было отличным. Острым.

Алестар догнал Халахама в двух ласандах от их стоянки. Ему не пришлось искать: он всегда знал, где Следящий. Неразрывная связь, как натянутая бечева, соединяла гальта и су-волда с момента клятвы и до конца. Если бы знал, как это будет, вряд ли бы он произнес Слова. Су-волд - тень-спутник. До тошноты четкое определение. Только молодому глупцу, выращенному на романтических бреднях, в этом словосочетании могло привидеться что-то чарующее. И ведь он был глупцом, когда согласился. Ненавистная клятва определила его судьбу и предназначение, лишив выбора. Тень гальта. Тень, не имеющая собственной тени...

Халахам быстрым шагом углублялся в степь, отходя все дальше от тракта. Алестар не пытался его задержать и ни о чем не спрашивал. Просто шел следом. Он знал, что гальт таким образом приводит мысли в порядок, и донимать его в этом состоянии бесполезно. Через четверть часа, когда еще пара ласандов добавились к тем, что уже отделяли двоих от лагеря, Халахам остановился. Встал, как будто наткнулся на стену, и отрывисто бросил подошедшему Алестару:

– Что там?

– Она взялась лечить.

– Все-таки решилась, - в его голосе странным образом смешались досада и одобрение.
– Что ж. Карты в руки. Судьба ведет нас. Вопрос - куда?

– Не увидим, пока не придем.

– Это если будем пренебрегать подсказками.

У Алестара даже мышцы заныли - так хотелось упрямо пожать плечами. Но он сдержал себя.

– Швар, жор и дьявол! Как я мог его не заметить?!
– Халахам сорвался, переходя на крик и взмахивая руками, словно хотел обругать себя самого.
– Развернулся и ушел! Оставил! Одного под боком у Шеа!!!

Су-волд, склонив голову, уставился себе под ноги. Гальт вскинул руку к груди, сжимая скрытый под одеждой кулон.

– Трискрат в присутствие первых двоих сходит с ума. И я не обратил внимания, когда он отреагировал на третьего.

Он на минуту замолк. Потом спросил уже тише:

– Как ты думаешь, чего она добивается? Зачем ей нужна смерть носителей? Ведь энергия возвращается к истокам, как только теряет связь с ликадой.

– ...Или не к истокам...

Халахам пожевал губы, хмуро глядя в красные глаза су-волда.

– Думаешь, связь Кор-Унтару с силой так крепка?

– Шеа является призвавшей, и пока она не отпустит...

– ...каждый клочок после смерти носителя будет возвращаться к ней.

– Что-то не сходится, - Алестар качнул головой, опровергая собственный ход мыслей, - Для убийства она могла бы найти способ проще, чем прокусывать носителю шею и пить кровь.

Халахам одарил спутника долгим и, как показалось Алестару, издевающимся взглядом.

– Это так сложно?

Су-волд застыл. Уголки губ поползли вниз. Увидев это, Халахам примиряющее пожал плечом.

– Прости. Не удержался.

– В доме Арединов не грызут шеи, - голос Алестара пропитался знобящим холодом.

– Кхм-кхм... Значит, для убийства годится только этот способ. Тесный контакт, кровь, смерть - и энергия переходит к Шеа. В противном случае - если носитель погибает сам по себе - сила возвращается к истокам. Звучит правдоподобно. Так ли все обстоит на самом деле?... Как бы там ни было, мы ходили все эти годы по краю пропасти. Она явно набрала сил. И способность перевертыша... Откуда взялась она? Где связь?
– Халахам замолчал, ожидая какой-нибудь идеи от Алестара, но тот не проронил ни слова. Оскорбился.