Кор-Унтару
Шрифт:
"Чопорный кровопийца! Ледяной Лорд, чтоб тебя."
Высшие были несносными занудами во всем, что касалось традиций и чести их домов. Аредины не грызут шей, Агдары пьют только из мужчин, Абенгоды обязательно убивают жертву - и все они могут оторвать голову тому, кто обронит неосторожное слово, приравнивающее их к обычным вампирам. Что ж. Су-волд, конечно, не набросится на гальта, но и не заговорит, пока сам не остынет, хоть кол ему на голове теши.
– Что если носителями могут быть животные?
–
– Что если Кор-Унтару, убивая, перенимает сущность?.. Если так, то она может перекинуться любым существом, из которого однажды вытянула силу... Ж-жор!
Глаза Алестара потемнели. Халахам развернулся, подходя к су-волду на расстояние вытянутой руки и твердо глядя ему в лицо.
– Третий. Почему она его не дожала? Ты ведь себя спрашивал? Так?
– Так.
– И?
– Ответа нет. Кроме...
– Да-да?
– Не смогла.
– Ну, явно не оттого, что расчувствовалась и пожалела. Вот я о том же. Кто такой этот парень, что Кор-Унтару не сумела его взять? Что у него за сила? Что он скажет, когда Лайлин поставит его на ноги? И что мы сможем сказать ему в ответ... Я вот думаю, не было ли глупостью притащить его к девчонке?
– Он бы умер в степи.
– Вот именно.
Глаза Алестара чуть заметно сузились.
– Боишься его?
– Пока нет. Но он меня настораживает. Как ни крути, дело выглядит плохо: либо он оказался сильнее Шеа, либо она оставила его нам намеренно, в качестве неприятного сюрприза. А я сюрпризы не люблю.
Су-волд, помолчав, осторожно заговорил:
– Позволить умереть хоть одному из носителей, было бы большой ошибкой. Мы не знаем наверняка, куда направится лада.
– Носитель ли он?
– В смысле?
– Может быть, это... Шеа в облике, - Халахам сверкнул глазами.
– Возвращаемся.
Каилара стирала кровь с лица Теарана, тревожно поглядывая на Лайлин. Глаза ее были открыты, но взгляд, скользивший по телу Н'Карна, казался бессмысленным, будто Лин смотрела мимо или сквозь. Так слепой поворачивает голову, прислушиваясь к чему-то то ли вокруг, то ли внутри себя. Пульс Теарана стал сильнее, выровнялся. Холодеющее тело запылало, потом жар отступил. На животе под пальцами Лин быстро затягивался разрез, образуя ровный шрам.
– Воды глоток. Каи, - рваным сухим голосом попросила она, опуская вымазанные в крови руки.
Ведунья поднесла к губам девушки флягу. Дала напиться.
– Лин, отдохни. Выйди на воздух.
– Рано.
– Ему уже лучше. Продержится.
– Рано.
Лайлин уже сложила руки юноши на груди, ощупывая кисти. Влажно хрупнули вправляемые суставы, и Каи вздрогнула от вскрика. Теаран пришел в себя. Заметался, стискивая зубы. Лайлин бросилась
Она держалась из последних сил. В затылке тараном колотилась боль, руки горели, а под желудком ворочался терновый клубок, но она должна была довести дело до конца.
Теан притих, все еще напряженный, но уже не скручиваемый приступами. Каи затаив дыхание смотрела, как Лайлин перебрала пальцами светлые пряди волос - перед взором девушки струились золотые паутинки ликады. Она тронула несколько штук, слегка придавила - и юноша соскользнул в сон.
– Перевяжите кисти.
Каилара мигом подобралась. За прошедшие два часа она остро ощутила свою бесполезность, а теперь могла хоть немного помочь.
Тем временем Лайлин собрала волю в кулак. Всмотрелась в пустые глазницы.
Она не знала, что ей делать. Как лечить. Что лечить?
– ведь глаз просто не было. В глубине сознания зазвенел колокольчик паники и бессилия.
"Мне противно смотреть. Не хочется трогать. Я не смогу ничего изменить!"
Закрытые веки выглядели неестественно, потому что под ними была пустота. На щеках подсыхали кровавые разводы. Вокруг глазниц наливались темно лиловые кольца, и кожа припухла - зарождалось воспаление.
– Каи, у меня раскалывается голова.
Ведунья кивнула и, закрепив повязку, прошла к вещам в поисках снадобья. Когда она вернулась с травяной горошиной на ладони, Лайлин плакала, беспомощно уронив руки.
Каилара молча присела рядом, обняла. Все было правильно. Лин рыдала, комкая в кулаках рукава манхилы, а старуха утешала ее, слабую и хрупкую, помогала набраться мужества для последнего рывка, сама роняя редкие слезы в ответ на собственные мысли.
– Женщины, вы что устроили? Изба плача какая-то, - на пороге, откинув занавес, стоял Халахам. Яркое небо за его спиной четко обрисовало силуэт.
– Живой?
– Живой.
– ...Хорошо.
Каилара подсунула девушке травяной комочек.
– Разжуй. Голова прояснится, - шепнула на ухо.
Гальт прошел внутрь, закинув полог на крюк, чтобы свет и воздух проникли следом. Быстро окинул взглядом бесчувственного Теарана, остановился возле женщин.
– Лин, посмотри на меня.
Когда девушка подняла голову, он коснулся ее лба, настороженно спросил:
– Вы уже закончили?
– Нет.
– Выдержишь?
Лайлин вздохнула и отвела взгляд.
– У него заражение. Нельзя, чтоб пошло вглубь.
Она отстранилась и пересела в изголовье лежанки.
Когда занесла руки над лицом юноши, заметила, как подрагивают пальцы. Несколько раз сжала и разжала кисти, пока напряжение не ушло. В пересохшем горле першило.
– Воды. Мне. И тряпку - руки вытереть.