Конец детства (сборник)
Шрифт:
Рузаев несколько минут разглядывал местность под вертолетом, никто ему не мешал. Наконец, он указал рукой чуть в сторону:
— Кажется, у этой глыбы.
Ивашура кивнул, пилот повел вертолет на посадку. Рузаев первым выбрался из кабины, прошелся возле вздыбленной каменной плиты до трещины в земле, постоял задумавшись. Гаспарян подошел к нему, заглянул в трещину, хмыкнул, потом отошел к каменной глыбе.
— Гранит, — сказал он, всматриваясь в зернистую поверхность глыбы. — Откуда он здесь, в болоте? Кругом не
Ивашура, оглядываясь по сторонам, приблизился к нему.
— Дропстон. След ледника. В здешних местах таких камней много. Ну что, Михаил? Здесь?
Рузаев, очнувшись, почесал за ухом.
— Не уверен, шибко темно было… Да и что нам даст место моего “воскрешения”? Объяснить, где я пробыл более двенадцати часов, оно не поможет.
— Как знать. Дело в том, что исчез ты тоже в этом месте. Упавший вертолет лежал чуть подальше, вернее, ближе к Башне. А эта глыба была еле видна, одна макушка торчала.
Рузаев снова начал разглядывать местность. Потом кивнул.
— Ты прав. Вертолет лежал левее и ближе к… — Он вдруг замолчал. — Посмотри-ка на тот бугор. Ничего не замечаешь?
— Где? — быстро спросил Ивашура.
Рузаев вместо ответа бегом направился к незамерзшей полынье в слое буро-коричневой жижи, из которой выглядывал коричневый гладкий пузырь. Гаспарян с Ивашурой побежали следом. Из жижи рядом с округлым бугром торчал кончик лопасти винта.
— Вертолет! — сказал Гаспарян. — Вот это называется везением! С воздуха черта с два заметили бы! Нарекаю это место Болотом нечистой силы… имени Рузаева!
Ивашура попробовал дотянуться ногой до бока вертолета, но едва не сорвался в яму с жижей.
— Сурен, — сказал он. — Принеси-ка щуп из кабины. — Потом вызвал по рации штаб. — Константин Семенович, мы нашли пропавший вертолет, вызови моих экспертов с аппаратурой, срочно.
— Слушаюсь, — бодро отрапортовал Гришин. — Где вас искать?
— Юго-запад от Башни, увидят. Пусть берут вертолет авиаконтроля, я позвоню в полк.
Ивашура созвонился с авиаполком и попросил доставить группу ученых на вертолете к Башне.
— Подождем, — сказал он, закончив переговоры.
Через полчаса прибыли эксперты с приборами и оборудованием. Найденный вертолет в болотном окне зацепили тросами, и военная машина вытащила его на сухое и ровное место.
Ивашура сначала помогал экспертам, потом оставил с ними Гаспаряна, а сам с военными летчиками обыскал сверху всю прилегавшую местность. Им удалось найти часть опоры электролинии с гроздью изоляторов и половину туши странного зверя, закованного в пластинчатую броню. И то и другое погрузили в вертолет и отправили в лагеря соответствующих лабораторий: биологической и физического анализа.
До вечера возились с разбитым вертолетом, потом и его перетащили в безопасное место, подальше от Башни.
Поздно вечером усталый Ивашура провел
В вагончике его ждала целая компания: комментатор радио и телевидения Гибелев, ведущая программы “Время” Вероника Ткаченко и журналисты из Москвы, корреспонденты ТАСС и АПН — две девушки и худенький парень в очках, одетый в костюм из коричневого вельвета.
— Здравствуйте, — поклонился Ивашура, раздеваясь и мысленно прощаясь с чаем и отдыхом. — Чем обязан?
— Мы по поводу вчерашних событий, — поднялся навстречу Гибелев, худой, с короткой стрижкой, в мешковатом пуловере; видимо, он был главным визитером. — Несколько организационных и технических вопросов. Разрешите? Днем поймать вас практически невозможно.
— Что с вами поделаешь, — Ивашура усмехнулся и прошел к столу. — Задавайте свои вопросы.
— Первый: разрешат ли нам завтра вести прямую телепередачу с близкого расстояния? Если да, то мы хотели бы, чтобы вы в ней участвовали.
— Не ближе двух километров. Но предупреждаю: помощи от нас не ждите.
— О, конечно, мы сами справимся, не беспокойтесь. Вести передачу будет Вероника, она у нас главный специалист по интервью с учеными.
Ткаченко, красивая брюнетка, одетая ярко и броско, оценивающе посмотрела на Ивашуру, улыбнулась крупными, умело подкрашенными губами и проговорила, как говорят все москвички, растягивая слова:
— Вячеслав, как всегда, преувеличивает. Просто мне везет на технических специалистов и ученых.
Голос у нее был хрипловатый, мягкий, выразительный.
— Простите, я не представился. — Ивашура встретил взгляд женщины и подумал, что она умеет держаться, что у нее красивый голос и красивые глаза. — Игорь Васильевич, начальник экспедиции. В неофициозе просто Игорь. Итак, следующий вопрос.
— Что случилось с экспертом вашего Центра Рузаевым, — спросил “вельветовый” корреспондент Агентства печати “Новости”. — Он пропал и снова появился…
— На этот вопрос я вам не отвечу, — спокойно сказал Ивашура. — Рузаев действительно исчез неизвестно куда во время выхода из Башни “призраков”, а потом так же неожиданно объявился на том же месте четырнадцать часов спустя. Где он был, в каком “измерении”, сказать не могу. Он, кстати, тоже.
— Объясните, пожалуйста, что такое “призраки”, — попросила соседка парня, пухлая блондинка в желтом свитере и джинсах.
— А заодно расскажите и об остальных ваших чудесах, — добавил парень, державшийся с подчеркнутой серьезностью.
Ивашура, прищурясь, оглядел компанию.
— Неужели вам еще никто ничего не рассказывал? Ну, хорошо. А ваш вопрос? — обратился он к последнему члену компании, женщине среднего возраста с лицом строгим, почти мужским, обладающей тяжелым властным взглядом.