Компромисс
Шрифт:
— Лен, ты вчера упала в обморок. Максим привёз нас домой и принёс тебя, как принцессу!
Я на мгновение попыталась представить себе эту картину: самовлюблённый блондин закидывает моё бесчувственное тело на плечо, а затем сваливает как мешок картошки. Б-рр!
— Леночка, ты такая счастливая — такой классный мужчина несёт тебя на руках, вызывает доктора, покупает лекарства. Я так рада за тебя, наконец, у тебя появился парень! — прямо вижу, как в глазах Лиля представляла себе нашу счастливую парочку в обрамлении сердечка из цветов, что собственно и
— Кх, кх, — кофе явно попал не в то горло от такого краткого и фантастического монолога. — Лиль, что это ещё ты понапридумывала? Никакого парня у меня нет, а такого, как этот блондинчик и за даром не нать.
— Погоди-ка, как это не парень? Я же сама слышала, как доктор назвал вас парочкой, и Максим не возражал?! — тонкие бровки сестрёнки грозно направились к переносице.
Знаю, она так ждала, что у старшей сестры кто-нибудь появится. И вот как бы: высокий, красивый, сильный — что ещё нужно? Ну да, ну да.
— Я тебя не понимаю, Лен.
— А тебе и не надо ничего понимать. Хватит уже шипирить меня со всеми подряд, анимешница несчастная, — огрызнулась я.
И то правда! Действительно, Лиля, как только увидит меня в обществе любого молодого человека, так сразу чуть ли не под венец ведёт. В конце концов — надоедает. А вот в благородство Краснова сама я не верила. Ну, не может этот парень просто так помочь. Сколько себя помнила — так это вечные гадости с его стороны.
— Лиль, а что за доктор? — его я совершенно не помнила.
— А-а, это из скорой. Максим вызвал к тебе, потому, что ты долго в отключке была. Он сказал, что у тебя сильнейший стресс, медсестра сделала тебе укол, и доктор сказал, что ты до утра проспишь. А когда узнал, что ты на соревнованиях участвовала, вообще диву дался. В общем, сказал тебе побольше отдыхать и где-нибудь развеяться, сменить обстановку хотя бы на время.
— Понятно.
Я нехотя проглотила пару ложек макарон с овощами. Аппетит совершенно ушёл, а всё из-за этого Краснова — чтоб ему икалось. Я взяла нож, дабы нарезать сыр, и, не удержав, уронила.
??????????????????????????
— О, к нам мужчина придёт, — шутливо пропела Лиля, поднимая острый столовый прибор и ополаскивая. А спустя непродолжительное время в домофон позвонили.
Я не успела повернуться, как сестрёнка вихрем пронеслась в коридор, откуда радостно выкрикнула:
— Я же говорила: упавший нож — к мужику! Лен, тебя там какой-то дядька просит!
Я вздрогнула и подумала, что это вновь из опеки. А ведь я так и не подыскала себе подходящую «кандидатуру». Ладошки немедленно вспотели, и, вытерев их о бёдра, неуверенно взяла белую трубку.
— Кто? — настороженно и в тоже время испуганно спросила я.
— Здравствуйте, это водитель Матвея Петровича Краснова. Он прислал меня за Вами, что бы отвезти к нему на встречу, — хрипловатый голос чётко выполнял поручение.
— Простите, — я скривилась от фамилии Краснов, но услышав имя любимого деда немного потеплела и недоуменно продолжила: — Но у меня нет дел с Матвеем Петровичем.
— Он знал,
— Что? Что Вы об этом знаете?
— Мне ничего неизвестно. Всё узнаете при личной встрече. Мне лишь приказали доставить Вас. Машина у подъезда.
— Х-хорошо, я сейчас спущусь.
Я всегда тепло относилась к Матвею Петровичу, он был мне вместо деда, впрочем, при встрече я его так и звала. Когда бизнес отца пошёл в гору, наша семья переехала, но мы частенько приезжали к «своему деду», правда потом всё реже, а в последнее годы созванивались лишь по праздникам.
Ещё когда мы жили рядом, я любила с ним разговаривать, ведь своих дедушек и бабушек у нас не было, а Матвей Петрович всегда рассказывал что-нибудь интересное и смешное. Вот только внук не в него пошёл.
Быстро приведя себя в порядок и расчесав длинные волосы, я не стала заплетаться, лишь убрала отрастающую чёлку в сторону и закрепила заколкой. Надев тёмное платье миди с кружевной вставкой, вышла из квартиры и села в машину. А спустя чуть больше получаса подтянутый молодой человек проводил меня к кабинету Матвея Петровича.
— Леночка, девочка моя, — мужчина распахнул тёплые объятия. — Прости старика, не знал. Прими мои соболезнования.
— Здравствуйте, дедушка Матвей, — я тепло обняла его и прослезилась от памяти о родителях и от того, что встретилась с ним.
— Как ты, как младшие?
— Спасибо, держимся. Вы-то как?
— Скреплю потихоньку. Присаживайся, у меня к тебе разговор есть.
Я послушно села, совершенно не предполагая, о чём речь.
— Не буду тянуть кота за хвост, — Матвей Петрович перешёл сразу к делу. — Мне стало известно, что у тебя новые проблемы возникли. С органами опеки. Верно?
— Да, но откуда…
— Послушай меня внимательно, девочка, и не перебивай. Я изучил финансовое состояние фирмы твоего отца и не только. Контракт, который он заключил весьма серьёзный и требует постоянного контроля. У тебя нет ни знаний, ни опыта, а управляющий, согласно этого контракта, не имеет полномочий решать глобальные вопросы. Фирме необходима твёрдая рука хозяина, причём срочно. Это по поводу фирмы. Теперь по поводу органов опеки. Что они тебе сказали?
— Что Серёжу и Лилю заберут в детский дом, — у меня непроизвольно накатили слёзы на глаза, но я сумела их сдержать. — Я не могу оформить опекунство самостоятельно, если только не выйду замуж.
— У тебя есть кто-то на примете? — я обречённо покачала головой, а Матвей Петрович, покрутив роскошные усы, сложил руки в замок. — Так я и думал. Вот моё предложение: мы помогаем тебе с фирмой, а ты в свою очередь выходишь замуж за моего внука.
— Что?! — я и Максим крикнули в унисон.
Я обернулась. В дальнем углу с диванчика подскочил, сидящий всё время незаметно, внук Матвея Петровича.