Кодекс молчания
Шрифт:
Волна Динео окатила меня, словно теплый весенний ветер, такой неожиданный этой зимой. Я обернулась. Взмахом руки король запретил трогать людей, выходящих из леса. Я не верила своим глазам! Всадники Ветра. Хитроус и его лиса, вьющаяся у ног. Брокенджав в компании суровой медведицы. Все больше и больше незнакомых мне лиц появлялось из темноты, но все они были преисполнены решительности.
– Посмотрите туда! – восторженно закричал какой-то мальчишка, едва вошедший в возраст для того, чтобы держать в своих руках меч. Мой взор мгновенно переместился в другую сторону, но то, что увидела я, окончательно укрепило мою веру
Из-под сени деревьев показывались Волхвы. Круг Волхов был здесь в полном составе. Я увидела знакомую мне Быструю Лань с ее огромными печальными глазами, которые светились той же ненавистью, что и все лица солдат Дейстроу. Старые маги опирались на вытесанные из деревьев посохи, но их дряхлость была лишь обманчивой стороной их неповторимой магии. Я знала, что Хелл никогда не показывал мне всех своих способностей, ограниченный фазами луны, но эти Волхвы были рождены не от королей, они были детьми природы. И теперь она призвала их на помощь к Дейстроу.
Вздохнув, я поняла, что не Силенс поведет своих людей в битву. Эта честь достанется королеве Эверин Страстной, коей я себя никогда еще не ощущала в полной мере. Предательницей трона – возможно, неверной женой – тоже. Но еще никогда – королевой. Но эта сила, сила, что окружала меня, что пылала в сердцах этих людей, придавала мне уверенности в самой себе. Динео мой широкой паутиной раскинулся вокруг, я более не чувствовала себя ограниченной и была не намерена сдерживать магию, которая была готова неконтролируемым потоком вырваться из меня. Если мне суждено умереть за свое королевство, та будет так. Пришло быть время не только человеком, не только королевой, но и Всадницей Ветра.
Пальцы мои дрогнули, когда я ощутила под подушечками спокойную прохладу рукояти. Уроки Хелла не прошли даром. Быть может, я не была идеальным бойцом и мне, естественно, не хватало опыта, я ощущала в себе силу, сжимая в ладони меч.
Как будто все вокруг замерло. Я слышала лишь свое тяжелое, сбивчивое дыхание и треск факелов, которые выплевывали в воздух снопы искр. Легкий скрежет, и тяжесть меча отдалась в моем запястье. Острие клинка блеснуло над моей головой, вытянутая вверх рука едва заметно дрожала от волнения и от переполнявшей меня энергии.
– За Дейстроу! – выдохнула я. Острие моего меча опустилось в сторону врага.
Минутное замешательство.
– За королеву! – яростно закричал Силенс, и его лошадь бросилась вперед, спровоцировав при этом двигаться всех остальных.
– За королеву! – вторили моему мужу простые солдаты, надрывая горло и кидаясь навстречу собственной смерти.
Я повернулась в сторону Волхов, едва сдерживая Меченого, который тоже хотел броситься вперед. Видимо, он не раз участвовал вместе с Хеллом в его битвах. Быстрая Лань едва заметно мне кивнула, и Круг двинулся вперед. Брокенджав яростно поднял свой топор, и по его губам я прочла лишь одну фразу.
За королеву.
Услышать этот голос я никак не ожидала. Небо надо мной озарила яркая вспышка пламени и вокруг тут же стало светло, будто днем. Люди внизу испуганно закричали, наших солдат накрыли две огромные тени, больше похожие на призраков, чем на что-то, чему можно найти объяснение. Два великолепных дракона летели к Бладсану, намереваясь взять его штурмом. Ядовитое пламя обожгло красных воинов, их визги доносились до ушей, а
Я наконец тронула пятками бока Меченого, и конь стрелой бросился вперед.
– Принеси меня к ней, мальчик, - шепнула я ему в острое черное ухо. Жеребец будто понял меня, запыхтел и понесся еще быстрее, выбивая копытами из-под них комья грязного снега.
Вокруг кипел битва. Я вздрагивала от каждого лязгнувшего меча, от каждого умирающего крика, от каждого предсмертного вдоха, который улавливал мой обостренный Динео слух. Я ощущала каждую жизнь, которая яркой вспышкой угасала где-то поблизости. Боль каждого человека вливалась в меня, как в пустой сосуд, и моей магии было все равно – солдат ли это Дейстроу или Красной страны. Страдания их терзали мою душу, они рвали ее на куски, не оставляя мне ни сил, ни надежды. Слезы жгли глаза, но я лишь крепче стискивала поводья моего коня, который, похожий на гладкого черного ужа, скользил меж дерущихся людей.
Град черных стрел заставил меня оцепенеть. Падали люди. Стрелкам было плевать, что они попадали и в своих людей, их целью было ранить и отравить короля, который был бессилен против смертоносного яда. Меченый брыкнулся и споткнулся, когда одна из стрел отскочила в его мускулистую шею, под которой уже из-за перенапряжения вздулись крупные вены. Жеребец упал на колени и жалобно заржал, но его будто кто-то вел. Не знаю, была ли это моя магия, или хитрый советник придумал что-то еще раньше, но конь, с надрывом запыхтев, рванулся вперед, поднимаясь на ноги. Бешеная скачка вновь продолжилась.
Шкура его уже покрылась пеной, а я пыталась нащупать магией своего короля, но никак не могла его отыскать, словно кто-то пытался скрыть его от моих тщательных поисков. Я надеялась, что это не было дело рук Монтэи, потому что против этого противника я не имела никаких козырей.
Меченый ворвался за стены замка, драконье пламя облегчило наш путь, и паника в нижнем городе легко позволила пробраться ближе к цитадели. Я восхищенно запрокинула голову вверх, чтобы оценить размеры Бладсана, который, по крайней мере, в дважды превосходили размеры замка Дейст. Серый камень играл бликами из-за пламени, которое плясало на крышах домов, конюшен и кузнец. Кричали люди, визжали женщины. Неужели среди обитателей этой крепости есть мирные жители? Я затрясла головой, ощущая приступ тошноты, я не могла позволить себе, чтобы страдания этих людей проникли в мою кровь и сломили мою волю.
Сердце отстукивало четкий ритм в моих ушах, я буквально кожей ощущала горячее дыхание коня подо мной, который на какой-то момент стал продолжением меня. Динео единило меня с природой, он давал связь не только с миом волком, но и со всем, в чем теплилась жизнь. Невольно я потянула поводья, заставив Меченого остановиться. Черный скакун встал перед большими воротами, единственным оставшимся препятствием на пути к Монтэи, которую я уже начинала ощущать. Мои пальцы дрогнули, выпуская кожу поводьев. Дрожь пробирала меня, потому что чувство, наполнившее меня вдруг до краев, было совершенно неожиданным. Да и незнакомым, признаться честно.