Клоун
Шрифт:
— Расскажи все в подробностях еще раз, — попросил Данн, поправляя воротник своего черного плаща.
Клейн, поглаживая спрятанный под рукавом маятник из желтого кварца, начал рассказ: от момента получения заказа и до самого вещего сна. Сидящий рядом старый Нил хихикнул:
— Похоже, между тобой и этим дневником семьи Антигон существует незримая кармическая связь, раз уж вы снова столкнулись вот так.
«Да уж, это и впрямь слишком подозрительное совпадение! Если бы Леонард не обмолвился, что на предварительном допросе
Слишком уж случайное совпадение!
Данн промолчал, погрузившись в свои мысли, а облаченный в такой же черный плащ «Сборщик трупов» Фрай хранил привычное ледяное безмолвие.
Гнетущая тишина нарушилась лишь тогда, когда экипаж остановился, и за окном показалось то самое здание, о котором говорил Клейн.
— Выдвигаемся. Клейн, вы со старым Нилом идете последними. Будьте осторожны. Предельно осторожны, — скомандовал Данн, вылезая из кареты. Он достал из-за пазухи странный револьвер с заметно удлиненным и утолщенным стволом и сунул его в правый карман.
— Понял, — Клейн и не думал лезть на рожон.
Дождавшись, пока Леонард найдет кого-нибудь присмотреть за лошадьми, пятеро Потусторонних гуськом вошли в подъезд и бесшумно поднялись на третий этаж.
— Здесь? — Леонард указал на дверь напротив той, где прятались похитители.
Клейн дважды легонько постучал по межбровью, активируя Духовное зрение.
В этом состоянии его Духовное восприятие обострилось: дверь показалась ему до боли знакомой, словно он уже бывал внутри.
— Да, — уверенно кивнул он.
Старый Нил тоже открыл Духовное зрение, внимательно присмотрелся и произнес:
— Внутри никого нет. Магического сияния тоже не наблюдаю.
«Сборщик трупов» Фрай хрипло добавил: — Злых духов нет.
Ему даже не требовалось Духовное зрение, чтобы видеть призрачных сущностей, включая злых духов и мстительных призраков.
Леонард шагнул вперед и, точь-в-точь как вчера, впечатал кулак прямо в замок.
На этот раз треснула не только обшивка — сам замок с лязгом вылетел и грохнулся на пол.
Клейн почувствовал, как невидимая печать, сковывающая помещение, вмиг рассеялась. А в следующую секунду в нос ударил плотный, невыносимый смрад.
— Труп. Гниющий труп, — ледяным тоном констатировал «Сборщик трупов» Фрай.
У него даже мускул на лице не дрогнул от отвращения.
Данн вытянул затянутую в черную перчатку правую руку и медленно толкнул дверь. Первым, что бросилось в глаза, был камин, от которого исходил неестественный, удушливый жар — и это в начале июля!
Перед камином стояло кресло-качалка, в котором, низко опустив голову, сидела старушка в черно-белом платье.
Ее тело неестественно раздулось; кожа покрылась черно-зелеными
Шлеп. Шлеп.
Глазные яблоки старушки вывалились из глазниц и шлепнулись на пол. Прокатившись пару раз, они оставили за собой желтовато-коричневые слизистые следы.
К горлу Клейна подкатила тошнота. Не в силах больше сопротивляться мерзкому запаху и зрелищу, он согнулся пополам и его вырвало.
Глава 46
Портрет
Беэ! Беэ!
Клейн сидел на корточках, содрогаясь от неудержимых приступов рвоты. Поскольку он не успел позавтракать, желудок быстро опустел.
В этот момент перед его глазами появилась небольшая квадратная фляжка оловянного цвета, похожая на портсигар.
Из открытого горлышка исходил резкий, смешанный запах табака, дезинфицирующего средства и листьев мяты. Мощный удар по обонянию мгновенно прочистил Клейну нос и привел его в чувство.
Густой, тошнотворный смрад по-прежнему висел в воздухе, но юноша больше не чувствовал дурноты, и рвота быстро прекратилась.
Проследив взглядом за рукой, держащей оловянную фляжку — неестественно бледной, словно не принадлежащей живому человеку, — он увидел черный рукав плаща и ледяное, мрачное лицо «Сборщика трупов» Фрая.
— Спасибо, — Клейн окончательно пришел в себя. Опираясь руками о колени, он с трудом поднялся на ноги.
Фрай безэмоционально кивнул:
— Привыкнешь.
Он заткнул фляжку пробкой, убрал ее в карман и повернулся к сильно разложившемуся трупу старушки. Не надевая перчаток, он тут же приступил к осмотру. Тем временем Данн Смит и Леонард Митчелл неспешно расхаживали по комнате, то и дело осматривая стол и газеты.
Старый Нил, зажав нос, стоял за дверью и гнусаво жаловался:
— Какая мерзость! В этом месяце я обязательно потребую надбавку за вредность!
Данн обернулся. Проведя правой рукой в черной перчатке по стене у камина и стерев немного золы, он посмотрел на Клейна:
— Это место кажется тебе знакомым?
Клейн затаил дыхание. Воспроизведя в уме образ своих серебряных карманных часов, он заставил тело и разум успокоиться.
Находясь в состоянии Духовного зрения, он тут же почувствовал изменения: перед глазами внезапно вспыхнула картина из самых глубоких уголков памяти.
Камин, кресло-качалка, стол, газеты, ржавые гвозди на двери, оловянная банка с серебряной инкрустацией…
Эта картина была тусклой и мрачной, похожей на документальные фильмы с Земли, но куда более размытой и иллюзорной.