КиберШторм
Шрифт:
— И что здесь хорошего?
— Это помогает обществу развиваться. Рабство не было запрещено законом, когда Колумб впервые приплыл в Америку, но сегодня его бы посчитали преступником. Ганди был преступником, когда нарушил законы о сборе соли. Теперь они оба — герои. Преступность помогает обществу выйти за рамки.
— Предлагаешь слагать оды Полу и Стэну?
— Их дети, думаю, ими гордятся, и, на мой взгляд, есть преступники, которые заслуживают уважения.
— Кто же это?
— Например,
Чак покачал головой.
— Ну, удачи тебе.
Мы добрались до отметки на карте, и я достал телефон, чтобы найти нужную фотографию.
Другой рукой я достал из рюкзака за спиной лопатку.
— Здесь, — заключил я. Я опустился на колени и начал раскапывать снег. Отбросив в сторону несколько горстей, я наткнулся на что-то твёрдое. Я расчистил снег рукой и увидел изодранный пакет.
Я потянул за него и вытащил из ямы.
Чак рассмеялся и принял у меня из рук пакет.
— Отлично. Я помню этот — с мясом и сосисками. Джекпот!
Я порылся руками в снегу и нашёл ещё два. Я как раз хотел обрадовать Чака, что джекпот куда крупнее, но тут я увидел, что нас окружила толпа.
— Откуда вы знали, что найдёте их тут? — спросил нас какой-то мужчина. Судя по виду, он не ел уже неделю. — Я отдам вам миллион долларов за эти пакеты. Я менеджер хедж-фонда. Я клянусь, вы получите эти деньги.
У Чака в кармане парки лежал пистолет. Он опустил руку в карман, повернулся к говорившему и уже начал доставать пистолет.
— Чак не… — не успел я договорить, как в воздухе что-то мелькнуло.
Кто-то ударил Чака по голове доской, и он упал лицом на землю, словно кукла. Из пакета высыпались все продукты, и свора голодных людей накинулась на них. С Чака стянули рюкзак и бросили на тёмно-красный от крови снег.
День 14 — 5 января
— Он потерял много крови.
— Он поправится? — Сьюзи пыталась совладать с голосом, но по её лицу текли слёзы.
Чак периодически приходил в сознание, но не понимал кто мы и где он, хотя лежал на своей кровати.
— Думаю, да, — ответила Пэм, проверяя пульс. — У него ровный, сильный пульс, это хорошо. Ему нужен сон, много воды…
Она запнулась.
— И? — спросил я.
— И как можно больше еды.
Несколько секунд никто не отвечал.
— Хорошо, спасибо, Пэм, мы о нём позаботимся.
Я оставил Сьюзи с Чаком, вместе с Пэм вышел в коридор и прошёл мимо нашей баррикады.
В коридоре никого не было. Последние три дня, после нашего объявления о проблемах с продуктами, все уходили утром на раздачи еды и воды в центрах помощи.
Красный крест выдавал один паёк на каждого человека — среднюю суточную норму калорий.
За эти дни
Быстро же изменилась ситуация.
Сьюзи варила на ужин рисовую кашу. Наши запасы практически иссякли, и никто на этаже не собирался с нами делиться после того, как Чак заявил во всеуслышание, что и мы делиться ни с кем не будем.
Мы полагались на те продукты, что украли из магазина, но всё, что мы сегодня собрали, попало в другие руки. Нам приходилось следить за детьми и Чаком, Винсу — за Сетью, а Тони — за безопасностью. Ни у кого не было лишних пяти-шести часов на очередь за едой.
Чего мне никогда не говорили о голоде — насколько это больно. Я отдавал большую часть своей еды Лорен и Люку, а сам голодал. Иногда голод просто донимал болью где-то на краю сознания, но порой меня так скручивало, что я не мог ни о чём думать. И хуже всего было ночью.
Нехватка еды вылилась в нехватку сна.
Я вздохнул и опустился на стул около Винса. Ноутбук, с которого он управлял Сетью, был его продолжением. Такое было впечатление, что Винс нуждался только в кофе, но и тот тоже заканчивался.
— Так что, люди достали телефоны и стали снимать происходящее?
— Да, и, пожалуй, спасли нас от смерти, — ответил я, покачав головой. — Ты спас нас.
Когда Чака ударили доской, я швырнул оба пакета в толпу и прыгнул плашмя вперёд, чтобы защитить его. Я распластался на земле, схватив его за ногу, а кто-то уже стянул с него рюкзак.
Я полез к нему в карман, чтобы достать пистолет, но тот упал на снег. Тип, который ударил Чака доской, уже заносил её надо мной, я сжался и поднял руки, чтобы защитить себя от удара.
В этот момент кто-то крикнул: «Стойте!», — и сфотографировал нас на телефон.
Возвышавшийся надо мной исполин с дубиной замер в неуверенности, раздался ещё один крик, и его сфотографировал другой человек. Не желая оставаться в центре внимания, он побежал, бросил доску и схватил с земли первые попавшиеся под руку продукты.
Я нашарил в снегу пистолет, завалившийся под Чака, заснул его себе в карман и отправил сообщение о помощи. Через несколько минут прибежали Тони с Винсом.
К тому времени толпа разошлась, и мы понесли Чака домой. Мы тащили его, словно мешок картошки, и следом за нами тянулась цепочка крови.
— Не первый раз соцсети спасают жизни. Кстати, у меня есть фотографии того типа, который напал на вас с Чаком.
— Серьёзно?
Mesh-сеть поражала возможностями, но работала очень медленно и ненадёжно.