КиберШторм
Шрифт:
— Правда? И как же? Если вкратце.
Винс улыбнулся.
— Если есть лебёдка, выход всегда найдётся.
Медленно, выбирая, куда ставить ноги, я пробирался по ледяным улицам Нью-Йорка. У меня ушло почти полчаса на то, чтобы пройти два квартала. Во всяком случае, запаха на таком холоде не было, и поскользнись я, мне не грозило окунуться в чьи-то отходы.
В очки ночного видения были встроены датчики инфракрасного света, поэтому даже в полной темноте, в них было
Красная точка, отмечавшая первый тайник, постепенно увеличивалась. Наконец, когда я оказался на месте, она превратилась в широкий красный круг метров пяти в диаметре — такая же погрешность была у GPS-приёмника. Молодец, Винс, всё предусмотрел.
Я встал в центре круга, откинул ногой мусорный пакет и коснулся экрана телефона в кармане.
На очках дополненной реальности появилась фотография, соответствующая этому месту. В глазах словно раздвоилось, я отошёл назад, сделал шаг влево, и картинка точно совпала со входом в магазин и фонарным столбом передо мной. Отлично.
Я опустился на колени, снял со спины рюкзак и достал складную лопатку. С третьей попытки у меня получилось разбить ледяную корку, и я убрал осколки льда в сторону. Ниже был рыхлый снег, и я стал раскапывать его, постепенно расширяя яму.
Это была непростая работа, и когда, наконец, я наткнулся на пакет, спину ужасно ломило. Я бросил лопату, разгрёб руками в перчатках снег и вытащил два пакета. Я заглянул в один, светящийся бледно-зелёным светом в очках ночного видения.
— Доритос, — я довольно хмыкнул, качнув головой. — Обожаю Доритос.
Я достал из-под снега ещё два пакета и засунул их в рюкзак, поглядывая в сторону — в сорока метрах я видел ещё один красный круг. Надо мной возвышались чёрные горы зданий, между их пиками ярко сияли звёзды, а я рыскал по замёрзшему Нью-Йорку, словно кибербелка в поисках орехов.
День 16 — 7 января
Я ворочался из стороны в сторону, всё тело чесалось. Я то и дело просыпался, потом снова проваливался в сон. Немудрено — я лёг перед самым рассветом. Я бессильно скомкал подушку и попытался поудобнее устроиться на грязной постели.
Во сне кто-то плакал… Нет, это был не сон.
Я открыл глаза: Лорен сидела в кресле рядом с кроватью, завернувшись в своё синтепоновое одеяло с цветочным узором. Она сидела, поджав ноги под себя, а рядом с ней в кроватке спал, посапывая, Люк. Лорен перебирала перед собой волосы, прядь за прядью, осматривая их в тусклом утреннем свете.
И плакала, качаясь взад-вперёд. Я глубоко вздохнул и попытался преодолеть сонливость.
— Зайка, ты в порядке? С Люком всё хорошо?
Она убрала волосы за спину, вытерла слёзы и всхлипнула.
— Да, мы в порядке,
— Точно? Сядь со мной, поговори.
Она опустила глаза на пол. Я ещё раз медленно вздохнул.
— Ты расстроена из-за того, что я ушёл ночью?
Она отрицательно покачала головой.
— Я хотел тебе сказать, но…
— Я знала, что ты собирался пойти.
— Так не в этом дело?
Она снова покачала головой.
— У тебя что-то болит, ты нездорова?
Она пожала плечами.
— Лорен, в чём дело, не молчи…
— Я себя плохо чувствую, и у меня болят зубы.
— Из-за беременности?
Она подняла глаза к потолку, кивнула и снова ударилась в слёзы.
— И у меня вши. Они повсюду.
Теперь я понял, почему чесался всю неделю. Рука потянулась к затылку, и мне вдруг показалось, что эти твари ползают по всему моему телу.
Я сел в кровати и сбросил с себя остатки сна.
— И на Люке, — плача, сказала она. — Мой малыш.
Я поднялся и сел рядом с ней. Я обнял её и посмотрел на Люка. По крайней мере, он спал спокойно. Лорен сделала несколько глубоких вдохов, успокоилась и расправила плечи.
— Я знаю, что это всего лишь вши, — вздохнула она, — а я устроила истерику, словно глупая девчонка…
— Вовсе нет.
— По-моему, раньше такого не было, чтобы я с утра не помылась. Как это, день без душа?
— Аналогично.
Я поцеловал её.
— И у Люка и Элларозы ужасное раздражение от подгузников.
Мы молча взглянули на Люка.
Я повернулся и посмотрел ей в глаза.
— Знаешь, какие у нас планы на сегодня?
Она вздохнула.
— Новая система подъёма снега? Я слышала, Винс вчера обсуждал, как…
— Нет, — рассмеялся я, — сегодня у моей жены в планах — принять горячую ванну.
Она наклонила голову.
— У нас полно дел поважнее.
— Нет ничего важнее тебя.
Я прижался к ней. Она рассмеялась.
— Я серьёзно. Дай мне час, два максимум, и тебя будет ждать горячая ванна.
— Ты серьёзно?
Она снова заплакала, на этот раз от радости.
— Серьёзно. Можешь полежать, сколько тебе захочется, отдохнуть, как следует вымыть Элларозу, искупать Люка с его уточкой. Потом в этой воде постираем одежду. Ну, как тебе такие планы на день?
Я обнял её, она обхватила меня руками. По её лицу текли слёзы счастья.
— Отдохни. Я поговорю с Винсом, проведаю остальных.
Она легла на кровать и свернулась калачиком под одеялами. Я вышел из комнаты и тихо прикрыл за собой дверь.
На диване в гостиной под грудой одеял громко храпел Тони. Он постоянно брал ночное дежурство, и когда я вернулся под утро, он встретил меня в вестибюле. Занавески на окнах были задёрнуты, в комнате стоял полумрак. Я не стал будить его и вышел в коридор.