Кэш
Шрифт:
Но теперь, когда я начала свою собственную историю, я сомневаюсь во всем.
У меня начинает болеть живот. Впервые за несколько недель.
— Не все ковбои — придурки, знаешь ли, — говорю я, доставая из верхнего ящика таблетки. — Люди здесь другие, да. Но в хорошем смысле.
Мама молчит. Полное молчание.
— Ты возвращаешься в Даллас, Молли.
Она говорит это твердо. Как факт. Но я слышу вопрос в ее голосе. Легкую неуверенность.
Она боится. Добро пожаловать
— Разве мне не нужно подписать какие-то бумаги по завещанию? Я вернусь.
— Мои юристы готовы встретиться хоть завтра.
— Эм… не уверена, что смогу так быстро. Но постараюсь.
— Отлично. А потом ты продашь ранчо.
Я прижимаю большой палец к таблетке в блистере. До месячных осталось пара дней. Хотя это отстой, я знаю, что Кэша это не остановит. Но это точно добавит проблем. Да и я сама не чувствую себя особенно сексуальной в такие дни.
— Послушай, мам, я пока ничего не решила…
— И что ты собираешься делать с ранчо, Молли? Это на тебя не похоже. Я толком не разговаривала с тобой уже две недели. Даже больше.
Неужели так долго?
Я смотрю на блистер и понимаю, что да — прошло больше двух недель.
И ещё… Я на третьем дне последнего ряда таблеток. Обычно месячные приходят на первый день. На второй максимум.
Резкий холодный страх пронзает меня.
Моргнуть. Посчитать. Моргнуть и снова посчитать.
— Мы все по тебе скучаем, дорогая, — продолжает мама. — Я на днях встретила Уилер, и она сказала то же самое.
О, Боже. У меня задержка.
Она никогда не бывает.
В памяти вспыхивают моменты: Кэш внутри меня. В постели. В душе. В ванне. На кухне.
Я всегда принимаю таблетки вовремя. Ну, почти. На ранчо режим немного сбился — то на час раньше, то на пару часов позже. Может ли это повлиять на их эффективность?
Господи, Кэш сделал меня беременной?
Я дрожу. Но, что странно, страх начинает отступать.
Я не знаю, что приходит на его место, но это чувство не ледяное. Оно теплое. Приятное.
Это сумасшествие. И неправильно.
Я знаю Кэша всего месяц. Я не готова к ребенку. И он — тоже. Мы даже не обсуждали, кто мы друг для друга. Мы эксклюзивны, но у нас обоих слишком много дел, чтобы отвлекаться на кого-то еще.
Хотя… разве это причина?
— Ты с Уилер должны дать Bellamy Brooks еще один шанс, — продолжает мама. — Важно, чтобы у тебя была возможность работать в Далласе. Я говорю буквально — у этих бутиков десятки тысяч подписчиков.
В груди что-то сжимается.
Я не знаю, что делать. С ранчо. С Bellamy Brooks. С завещанием.
Я просто знаю, что мне нужен Кэш. Сейчас же.
— Мам, мне нужно бежать.
— Подожди, Молли.
— Я позвоню тебе завтра. Обещаю.
— Дорогая…
— Мам. Мне нужно идти.
— Ты в порядке?
Нет. Да. Я не знаю.
— Я позвоню тебе завтра, — повторяю я.
А потом прощаюсь, сбрасываю вызов и выбегаю за дверь.
Глава 28
Молли
САМЫЕ ДОЛГИЕ ДВЕ МИНУТЫ
Кэш появляется у дверного проёма, когда мои шаги гулко раздаются по деревянному настилу крыльца.
Он распахивает дверь. Его брови резко сходятся на переносице, когда он замечает выражение паники на моём лице.
— Всё в порядке?
Он всё ещё в рабочей одежде, хотя уже вытащил футболку из джинсов. Когда он поднимает руку, чтобы пригладить волосы, край ткани задирается, открывая кусочек мускулистого живота и бок.
Его глаза, ярко-голубые в тени крыльца, внимательно смотрят на меня.
— Я опаздываю, — выпаливаю я. Из всех слов, которые рвутся с языка, именно эти кажутся самыми срочными.
— Опаздываешь? — Он выходит на крыльцо, нахмурив лоб, и скользит ладонью под мой топ. — До ужина ещё двадцать минут. У нас ещё есть время на душ.
Даже сейчас, когда меня бросает в пот и я стою на грани панической атаки, моё тело мгновенно откликается на его прикосновение.
— Нет, Кэш. Я опаздываю… У меня задержка.
Он застывает. На его лице что-то меняется, но я не могу понять, что именно.
— Я всегда вовремя принимаю таблетки, не пропускала ни одной, — быстро говорю я. — Но месячные уже должны были начаться, а их всё нет. — Я дрожащим вдохом набираю воздух в грудь и поднимаю на него взгляд, пытаясь понять, о чём он думает. — У меня обычно всё по расписанию, так что это… ну, страшно.
Он не произносит ни слова. Просто делает шаг вперёд и крепко, сильно меня обнимает.
И я тоже обнимаю его, зарываясь лицом в его широкую грудь, давая волю слезам.
Боль в животе сначала ослабевает, а потом исчезает совсем.
Я люблю, люблю то, как безопасно мне в его объятиях. Вполне возможно, что мы в серьёзной беде. Но то, как он держит меня сейчас, его объятия, такие тёплые и родные, заставляют меня чувствовать себя менее одинокой перед лицом этой проблемы.
А ведь если подумать, я никогда не чувствовала себя менее одинокой, чем рядом с ним. И осознание, что Кэш рядом, что он будет проходить через это вместе со мной, внезапно наполняет меня уверенностью.
А что, если бы так было всегда?
Что, если бы он был рядом со мной во всех жизненных бурях? Что, если бы мы справлялись со всеми трудностями вместе? Радовались победам вместе?