Кэш
Шрифт:
Глава 1
Молли
Поцелуй меня в зад, ковбой.
Сентябрь
Я нахожусь в самом сердце ковбойской страны, но всё равно резко жму на тормоза, когда вижу, как настоящий ковбой привязывает настоящую лошадь у настоящего салуна.
Я что, попала в прошлое?
Или вся эта сцена — мираж? Хотя нет, мой бортовой компьютер показывает, что на улице сто девять градусов.
Пыльное облако, преследующее меня ещё с Белтона, взметается вокруг внедорожника, на мгновение скрывая из виду здание с вывеской «Гремучник».
Пыль
И это определённо парень в узких джинсах и ковбойской шляпе, который спрыгивает с седла с такой лёгкостью, что у меня перехватывает дыхание.
Мамин голос звучит у меня в голове: «Хартсвилл — это городишко с одной-единственной лошадью». Я и не думала, что она говорит буквально.
Что-то знакомое мелькает в сознании, когда я рассматриваю фасад здания за ковбоем и его лошадью. Два этажа, кирпичная кладка, окна с кривоватыми стёклами, поблёскивающими в ленивом полуденном свете. Выцветший зелёно-чёрный тент с изображением белой гремучей змеи, раздвоенный язык которой высовывается между клыками.
Мне было шесть лет, когда я последний раз была в этом захолустном городке, затерянном где-то в глуши. Но с чего бы мне запомнить именно бар?
— Молли? Ты пропала?
У меня сжимается живот, когда голос Уилера в телефоне резко возвращает меня обратно в салон Рэндж Ровера. Не глядя, я тут же жму на газ и отправляю безмолвную благодарность судьбе за то, что на Главной улице никого нет. Никого, кого можно было бы сбить, слава богу.
Ну, кроме ковбоя и его лошади, которых я мельком вижу в зеркале заднего вида. Я всего в трёхстах двадцати километрах к юго-западу от Далласа, но это место кажется совершенно иным миром.
Я поворачиваю вентиляционную решётку в свою сторону и направляю поток холодного воздуха на лицо.
— Прости, я тут. Только что приехала в Хартсвилл… И, кажется, у меня был момент из «Чужестранки», только в вестерн-версии. С салуном и ковбоем.
Хрипловатый смех моей лучшей подруги и партнёрши по бизнесу раздаётся через динамики.
— Привези ковбоя Джейми в Даллас. Скажи ему, что городская жизнь лучше.
— Без вариантов. — Я вглядываюсь в дорогу перед собой, пока GPS сообщает, что я приближаюсь к пункту назначения. — Мама не шутила, когда говорила, что здесь вообще ничего нет.
— Забери деньги и уматывай к чёрту. Позвони, когда закончишь, ладно? Думаю о тебе.
Я улыбаюсь, хотя в животе снова неприятно сжимается.
— Спасибо, подруга. Жду не дождусь поп-апа.
— Взаимно. Интересно, как всё пройдёт.
Один из известных бутиков Далласа устраивает на этой неделе поп-ап-магазин для нашей компании по производству ковбойских сапог. Клиентура у бутика стильная и обеспеченная, так что, надеюсь, мы сможем сделать приличную выручку. Чёрт знает, нам сейчас очень нужны деньги.
Завершив звонок, я притормаживаю
Латунная табличка у двери гласит: «Гуди Гершвин, адвокат. Основано в 1993 году».
— Вы прибыли в пункт назначения, — сообщает GPS.
Я въезжаю на диагональную парковку рядом с огромным ярко-красным пикапом. Он тоже, кажется, из девяностых, окна опущены, на переднем сиденье с выцветшей серой обивкой лежит коробка с лучшими хитами Brooks & Dunn.
Коробка с кассетами.
Может, я и правда вернулась в прошлое.
Жара обрушивается на меня, едва я выхожу из машины. Она поднимается от асфальта, обжигая ноги.
В то же время солнце нещадно палит сверху, давит на плечи и голову. Будто я оказалась внутри раскалённой сковороды.
Перекидываю сумку через плечо и думаю: ну какого чёрта кто-то вообще живёт здесь? Что отец нашёл в этом месте?
Не верится, что я действительно здесь. Не верится, что его больше нет. Но больше всего не верится, что я упустила шанс всё исправить.
Горе, смешанное с приличной дозой злости, тяжёлым грузом ложится мне на грудь.
Колокольчик над дверью звякает, когда я вхожу в здание. Внутри приятно прохладно, и знакомый аромат свежесваренного кофе помогает мне немного прийти в себя.
Парень в круглых очках поднимает голову от стола и приветливо улыбается.
— Вы, должно быть, Молли Лак. Добро пожаловать! Я Зак, помощник Гуди. — Он обходит стол и протягивает мне руку. — Могу предложить вам что-нибудь? Воды? Кофе? Надеюсь, дорога не была слишком утомительной.
Я пожимаю его руку.
— Три часа. Не так уж и плохо. Рада познакомиться, Зак. И спасибо, я в порядке.
Он переводит взгляд на мои сапоги цвета розового металла.
— Они просто потрясающие.
— О, спасибо. Это из последней коллекции моего бренда.
— У вас своя компания по производству обуви? — В кабинет входит женщина с короткими тёмными волосами в светлом льняном костюме. На шее у неё кожаный шнурок, чёрный с серебряной пряжкой, и совершенно без тени иронии. — Это же просто невероятно!
— Мы производим их прямо здесь, в Техасе.
Женщина улыбается, и у неё в уголках глаз появляются морщинки.
— Тем более. Я Гуди Гершвин. Очень рада наконец-то познакомиться, Молли. Ваш отец часто о вас рассказывал. Он так вами гордился.
Глаза начинают щипать, сердце сжимается. Гордился? Он никогда не показывал этого. И уж точно никогда не говорил. Но мне хочется верить, что хоть немного — да гордился.
Я натягиваю улыбку.
— Взаимно.
— Мне очень жаль вашу потерю. Вся наша община тяжело переживает смерть Гарретта, но даже представить не могу, как тяжело вам.