Касатка и Кит
Шрифт:
Радоваться надо жизни, а ты плакать хочешь… Чего тебе еще надо?
Ну, чего?.. Ладно, не гадай. Ведь ты все знаешь о себе. Любви у тебя нет, Касатка. Вот почему тебе так хочется плакать…"
Спать она легла в зале на диване, укрывшись пледом.
7.
Помнит ли он полигон? Палаточный лагерь? Песни под гитару?
"Помню, конечно, - думал и вспоминал Кит.
– А овраг? Вроде был такой. А, точно был. Береза на
Ну, была, наверное, какая-то отдельно стоящая береза. Разве все березы можно упомнить? Они все одинаковые. Нет… Что-то было…
Что-то, связанное с этой березой… Вот только что?.."
Кит попытался вспомнить, но на память почему-то пришли слова
Пончика, когда они с Незнайкой, тайно забравшись в ракету, случайно нажали какую-то кнопку и отправились на луну. "Прощай любимая береза. Вот тебе и весь сказ…".
Чушь какая-то…
Сегодня Латышеву пришлось помотаться по городу, наверстывая упущенное, то есть, делая то, что он не сделал вчера.
Письмо Касатки он получил и прочел еще вчера вечером. Но сразу ответить не смог. Был, если мягко выразиться, слегка подшофе. Но только, если мягко… После встречи с Грачом заехал, как и планировал, в Мегас, закупился. Не забыл и о пополнении своего бара.
А потом поставил машину в гараж и отужинал в ресторане напротив своего дома. Выпил графинчик водки. Только в квартиру вошел, включил компьютер - звонок. Хорошо, не успел еще в Интернет влезть. Или наоборот - лучше бы успел… Женька, он никогда не звонил на мобильный.
– Слышь, Никита! Ты один?
– Как перст. И к тому же выпивший… перст.
– Я забегу?
– Забегай.
– Добавишь?
– А то!
– Латышев подумал, что надо водку положить в морозилку.
Но зачем? Женька все равно придет со своей, он пустым никогда не приходил. Принесет, и будет настаивать, чтобы они приговорили именно эту бутылку.
– Женька, только ты давай без всего. Я сегодня в Мегасе закупался. У меня полный бар…
– Никит! Ну, ты же меня знаешь. Обидеть хочешь? Ты лучше закусь организуй. А горячительное за мной.
– Ладно.
– А к тебе никто случайно не придет? Знаешь, не хочу лишним оказаться.
– Не окажешься. А если кто придет, это он лишним будет.
– Тогда жди.
– Пошел на кухню…
Ждать пришлось недолго - минут десять. Кит только и успел, что открыть и прочитать Касаткино письмо. А потом поспешил на кухню и нашинковал колбасы, хлеба, открыл банку оливок и банку консервированных огурчиков. Пришел Женька, как и обещал, не один, с бутылкой водки, емкостью ноль семь литра. Посидели на кухне, выпили.
Латышев, поставив опустевший пузырь под табуретку, как водится,
– Мне ж за баранку завтра со сранья. Да и тебе, Никитос, харэ будет. Ты же на метро не поедешь…
– Не поеду, - пьяно согласился Латышев.
– Я уже лет тридцать под землю не опускался.
– Это ты загнул.
– Ей богу!
– У нас в городе метро только в конце восемьдесят пятого запустили. Да и то - один участок, самый короткий.
– В восемьдесят пятом? Ну и что?
– Латышев растопырил пальцы и тупо на них уставился. Пошевелил пальцами, а сосчитал в уме: -
Двадцать два года получается. Не так сильно и соврал…
– Восемь лет прибавил. Нам бы с тобой эти восемь лет сбросить…
– мечтательно произнес Женька.
– Мне бы полтинник был, - Женька был старше друга на пять лет, - а ты бы вообще пацаном еще был.
– А лучше бы не восемь, - пьяно заметил Никита, - лучше бы… лет тридцать.
– Эх, куда тебя понесло. Тридцать лет! А я вот не хочу все заново начинать. Мне в свои пятьдесят восемь очень даже комфортно живется.
Геморрой слегка доставал, так эскулап мой помог. Тьфу, тьфу!
–
Женька постучал себя по голове.
– Через пару лет на пенсию выйду, буду на даче жить. На рыбалку ходить буду. Ты знаешь, какие лещи в нашей речушке водятся?.. А ты что, - Женька внимательно посмотрел на
Никиту, - жалеешь о чем-то? Что, плохо эти тридцать лет прожил? Ты только вспомни, сколько всего за эти тридцать лет было!
– Много всего было, - кивнул Латышев, - а вспомнить нечего.
– Не нравишься ты мне.
– Не только тебе. Я многим не нравлюсь. Я сам себе… не очень…
– Твое настроение мне не нравится. Отдохнуть тебе надо. Ты, кажется, в Таиланд собирался? Слетай на Новый год. Прогреешься на жарком солнышке, в Индийском океане искупаешься. Там такие тайки есть, я тебе скажу! Маленькие такие таечки, маникюрные.
– Женька имел в виду - миниатюрные.
– На каждом углу. Куда не глянь - Тайки.
И за копейки, буквально…
– А кому там еще быть, как не тайкам? Они и стоят так дешево, потому что маленькие. Ха-ха-ха!
– Тайки, они… Я в прошлом году отдыхал в Патайе.
– Женька вдруг резко загрустил.
– Правда, не один. С женой…
– Может, все-таки бабахнем еще?
– Только на посошок.
Они бабахнули на посошок, и Женька ушел. А Латышев сел за компьютер, но в глазах все плыло. Тогда он открыл бар, поразмышлял, чем усугубить - водки еще выпить? или коньяка? или виски? Выпил большую рюмку коньяка. Зря. Знал же, что спиртные напитки на основе зерновых ни в коем случае нельзя мешать с напитками, произведенными из винограда.