Карнвеннан
Шрифт:
Да уж, не самый честный обмен. Остатки совести требовали выровнять баланс хоть немного. Дровер встал, отряхнулся и, не оборачиваясь, прошёл к выходу. На площадке уже ждали бойцы, готовые сопроводить к нутру Гонконгской стены.
21. Сильнейший воин — тот, кто победил себя
Особой пыткой было чувствовать, как конвертоплан нарезает круги, слышать обрывки переговоров — и не видеть, что впереди. А ещё никак не унималась фантомная боль. Когда Дровер спросил напрямую, что происходит, то получил указание заткнуться и ждать. Не то чтобы он мог чем-то помочь: не станет же он руками ловить ракеты.
Кажется, рой беспилотников «Ян Ван» подобрался к Гонконгской стене ниже уровня радаров — почти у поверхности моря. В последний момент дроны взлетели и по наводке спутника принялись поливать позиции китайских коммандос свинцом. Но налёт «в лоб» не удался: цели были ложными, а огонь — метким.
Однако в штабе корпорации именно на это и рассчитывали. Стая, летевшая следом, расстреляла раскрытого врага, и вскоре хакер и его «свита» уже высаживались на плотине среди обломков и трупов. Наверняка были ещё какие-то выпады и контрвыпады, но хакер их не понимал — да и было наплевать.
Он никогда не был религиозным, но теперь пытался вспомнить хоть какую-нибудь молитву. Неважно, какому божеству — лишь бы оно услышало и помогло скорее прекратить весь этот ад. Теперь, когда угроза была рядом, раздражение и беспомощность навалились сильнее прежнего.
Дровер двигался позади бойцов и выполнял команду «не отсвечивать». Бой шёл близко — но всё же «где-то там», вне поля зрения. После перестрелок оставалось лишь пробраться по коридорам вслед за наёмниками. Вот только боль в отсутствующей руке не давала сосредоточиться.
Хакер видел лишь результат работы ударной группы: дыры в стенах, обломки техники и даже двоих убитых. Слышал команды, шипение мышц экзоскелетов, ругань по радио. И представлял себе бой вполне отчётливо — навидался уже смертей, чтобы вообразить эту картину. Отряд «Ян Ван» — точнее, бойцы, что не пострадали — продвигался всё ближе к серверной. Попытки подключиться с других локаций провалились: захватчики убрали любой внешний доступ к управляющему ядру. Дровер не снимал нейроинтерфейс — своё единственное оружие. Конечно, можно было бы выпросить и пистолет, но какой от него толк в руках человека, который никогда в жизни не спускал курок?
Впрочем, рядом спокойно выступали два бойца — охранники. Хотя, наверное, им отдали приказ пристрелить хакера, если тот рискнёт сбежать. Но пока он нужен директору, его будут защищать. Оставалось на них положиться и молча идти вперёд.
Пока китайские коммандос отступали всё глубже, заманивая за собой безопасников «Ян Ван», Эрик со своими бойцами собирался ударить бывшим подчинённым в спину. Он шёл так тихо, как только позволяли его металлические ноги, пусть и звуки шагов не могли прорваться сквозь стрельбу. Ли знал, что его прошлый работодатель набирал только проверенных людей, так что оставлять что-то на волю случая не собирался. Остальные наёмники «Механикс» тоже старались себя не выдать.
Ли с досадой отметил, что ему было бы спокойнее, если бы рядом шёл хотя бы десяток хорошо вооружённых подчинённых. Налёт на Мастера горы теперь казался ещё более дурацким, но сожаления уже были ни к чему. Кравшийся впереди безопасник подал знак, и группа замерла. Значит, цель была уже близко. Эрик поднял рельсотрон и приготовился атаковать.
Дровер как раз в этот момент проковылял мимо очередной двери. И вдруг боец, шедший
Дровер тоже ощутил взрыв всем телом. Наушники помогли не оглохнуть, но от визга рельсотронов задрожали зубы. И нервы не выдержали: от страха он забыл все инструкции и рванул вперёд не глядя.
Эрик недолго прятался. Как только пыль осела, он принялся поливать пространство перед собой иглами. Безопасники «Ян Ван» слишком поздно спохватились: одного Ли уже изрешетил, а второй разорвал дистанцию и выстрелил. От попадания в бедро Эрика развернуло, но он дал инерции сделать своё: перекатился и подсёк противника. Вскрикнув, тот упал, а Ли подскочил и замахнулся прикладом.
— Господин Ли! — взмолился боец, выставив руки перед собой.
Этот голос был знакомым, но к чему думать, кто воюет за врага? Эрик развернул оружие и прикончил наёмника.
Остальные безопасники «Механикс» уже вступили в перестрелку на другой стороне коридора. А Дровер успел пробежать мимо них, свернуть налево в ответвление, добраться до следующего угла, заглянуть за него…
Он чуть не свалился с ослабевших ног. Из облака дыма и пыли на него смотрел человек до того огромный, что казался чёрной глыбой. Они узнали друг друга. Как было, в свою очередь, не признать худого гвайло с нейроинтерфейсом?
— Прикройте меня! — крикнул Эрик и рванул за ним.
Один вид киборга включил в Дровере те же рефлексы, что когда-то помогали кроманьонцам. В наушниках раздалась ругань — командир отряда приказывал вернуться — но слух как будто отказал: всё вытеснило лишь желание прожить ещё хоть минуту, ещё хоть миг. Даже отступило чувство, что трудно дышать, что несуществующая рука пульсирует от боли с неодолимой силой.
Хакер бежал, сколько мог, пока не упёрся в закрытую дверь. Других поворотов не было, и сзади слышался скрежет шагов. Дровер дёрнул её на себя — та не поддалась. Толкнул её — с тем же результатом. Замолотил по поверхности, заорал, прося впустить — бесполезно. Это страх мешал заметить ручку, но, в конце концов, её вид, такой банальный и привычный, смог вернуть миг самоконтроля. Дровер вбежал в комнату и захлопнул дверь. Он оказался в зале, где гудели десятки турбин, прикрытых хромированными кожухами. А один кожух стоял приоткрытым, обнажив неподвижные лопасти. На полу были следы недавнего боя: гильзы, засохшая кровь, вмятины от попаданий. Хакер услышал шаги в коридоре за дверью и еле успел спрятаться за сломанной турбиной. Раздался гулкий удар металла по металлу.
Когда Эрик бросался в погоню, он не замечал показания датчиков, горящих красным. Но потом опустил взгляд и понял, что правая нога стала почти бесполезной. Иглы рельсотрона снесли и биосплав, и большой кусок мышц, оставив «кость» в окружении чёрных лохмотьев. Впрочем, даже в таком состоянии киборг был в разы сильней человека. Ли ухмыльнулся, поняв, что из турбинного зала нет больше выходов.
— Выходи, ублюдок! — крикнул Эрик, напряг силы и снёс дверь. Та пролетела полкомнаты и впечаталась в стену.