Карма

Найт К. А.

Я дёргаю головой в сторону Кейна, и она переводит взгляд.

— Ты наверняка видела его раньше в новостях. Посмотри, насколько он сломан. Мы знаем, что подвели Бэксли, но больше никогда. Мы любим её такой, какая она есть, со всем, что это значит. Мы не могли встать поперёк её выбора, да и никогда бы не стали, но мы должны были лучше прикрывать ей спину, и теперь будем. Ты можешь нас ненавидеть, но, пожалуйста, не пытайся оттолкнуть нас от неё. Тебе не понравится, что будет, если ты попытаешься забрать у нас женщину, которую мы любим.

Её глаза сужаются от совершенно явной угрозы

в моём голосе.

— Бэксли не про любовь, — огрызается она. — Она про секс. И всё.

— Может быть, но это не мешает нам любить её.

Мне нужно сменить подход. Очевидно, мнение Тейлор будет важным. Если мы сможем перетянуть её на свою сторону, тогда у Бэксли не останется шансов, поэтому я пытаюсь выдавить улыбку, но она, должно быть, выглядит пугающе, потому что Тейлор делает шаг назад, прежде чем отвернуться.

— Конечно, она притащит домой трёх бешеных псов, — бормочет она, а потом, похоже, вспоминает про свою злость и собирается. — Вы не понимаете. Это ваша вина, — шипит она, направляя на нас палец, словно снова накручивая себя. — Она была в безопасности, с ней всё было нормально, а потом вы втянули её во всё это…

Говорят, сёстры похожи. Я знаю, что Тейлор и Бэксли не биологические родственницы, но её тирада говорит об обратном.

О да, Тейлор определённо та, кого нам нужно перетянуть на свою сторону.

Я не знаю, какой должна быть смерть, но я ничего не помню, пока мои глаза снова не открываются. Что меня разбудило?

Потом я слышу знакомый голос.

— Я вас всех, блядь, убью за то, через что вы заставили её пройти! Она была в безопасности все эти годы, а потом вы вмешались…

Повернув голову, я смотрю, как Тейлор орёт на трёх бледных братьев Сай, которые даже не пытаются остановить крошечную женщину ростом метр пятьдесят два, мечущуюся перед ними.

— Она это всё, что у меня есть, и посмотрите, где она из-за вас!

— Ты всегда такая громкая, — бормочу я, и она резко оборачивается, у неё отвисает челюсть, когда она видит меня. Вся её злость испаряется, и она бросается ко мне. Слёзы катятся по её лицу, она шмыгает носом, сопли текут из носа.

— Я так боялась. Даже не смей так делать со мной снова.

Она шлёпает меня по руке.

— Ты просто, блядь, позволила ему тебя ударить ножом! А потом ты ушла!

Я даю ей выговориться, зная, что ей нужно это выплеснуть. С ней всё в порядке, и я с облегчением выдыхаю, а потом смотрю на братьев. Они застыли, глядя на меня, их тела напряжены, словно они готовы в любой момент на меня наброситься, но по затравленным взглядам я понимаю, что они чувствуют то же, что и Тейлор.

Морщась, опускаю взгляд и вижу, что укрыта кучей одеял и нахожусь в операционной Уиллоу.

— Хм, значит, я не умерла, — фыркаю, а Тейлор снова шлёпает меня.

— Ты меня вообще не слушала! — истерически кричит она.

— Малышка, ты говорила на такой частоте, что только собаки могли услышать, — поддразниваю я, и она прищуривается. — Мне больно, будь добрее.

—

Чья это вина, что тебя пырнули?

Она качает головой и падает на стул рядом со мной.

— Всё кончено?

— Всё кончено, — обещаю, беря её за руку. — Лорен?

— В порядке. Один красавчик с очень злым лицом предложил показать ей их комнату с игрушками, и она пошла с ним, предательница.

Я смотрю на братьев, и Кейн кивает.

— Додж? — догадываюсь я, и она кивает.

— Кто называет ребёнка Додж? Это что, движение или машина²¹? — бурчит она, а потом отмахивается. — У нас у всех всё нормально.

— Как он вас достал? — спрашиваю я, мне нужно знать. Я не могу заставить себя произнести его имя, и опускаю глаза, не желая смотреть ни в её, ни в их глаза.

— Нас нашли какие-то мужчины. Шелли сказала, что тот парень, который тебя предал, был когда-то давно её клиентом и знал про дом. Она дралась, но они её одолели. Когда мы уходили, с ней всё было нормально, просто вырублена. Прости. Я пыталась драться и удержать Лорен в безопасности…

— Ш-ш-ш, ты молодец. Ты осталась жива, и это всё, что важно. Иногда лучше не сопротивляться, — говорю я, и её глаза смягчаются, потому что она видела слишком многое. Опустив взгляд, я пытаюсь выдернуть свою руку, чувствуя себя грязной теперь, когда они все знают. Комната сжимается, когда меня сдавливает паника. Они знают. Они все знают, и теперь я буду для них запятнанной.

— Ты слышала, что он сказал.

Это вырывается само, и в комнате воцаряется тишина.

— Я тебе не сказала. Не могла. Я не смогла бы вынести. Даже думать об этом не могла. Мой собственный брат. Он был моим братом, и он…

Качая головой, я закрываю глаза и отворачиваюсь, чувствуя отвращение к самой себе.

Он собирался заставить меня править рядом с ним, сломать меня и удержать рядом с собой. Всё это время это была моя вина.

Её сжавшаяся рука заставляет меня резко поднять на неё глаза.

— Меня слушай, Бэксли, тупая сука. Ты моя сестра, а не его. Мне похер, что он сказал или сделал. Ты – это Бэксли, наша Бэксли.

Она икает.

— Это не важно, слышишь меня? Мы твоя семья, но, если ты ещё раз попытаешься умереть у нас на руках, клянусь, блядь, богом, я найду какую-нибудь жрицу вуду, чтобы вернуть тебя, а потом сама тебя убью.

— Тогда тебе придётся убирать этот бардак вместо меня, — поддразниваю я, и она стукает меня, слёзы катятся по её щекам, но она улыбается.

— Я подкуплю Лорен.

Она сжимает мою руку крепче.

— Я не хочу, чтобы ты когда-нибудь снова выглядела так, ясно? Ничто другое не важно. Мы семья.

— Но то, что он сделал… — шепчу я.

— Не важно, — перебивает Кейн, и я смотрю на Тейлор, не в силах посмотреть на него, хоть и почувствовала, как он обошёл кровать. Мягко потянувшись, он приподнимает мой подбородок, пока я не встречаюсь с ним глазами. — Ты пережила так много, чертовка. Понимаешь, как я тобой горжусь? Я не могу это забрать, но никогда больше не позволю никому причинить тебе боль. Никто из нас не позволит. Твоя сестра права. Больше ничего не важно. Ты наша Бэксли. Всё просто.