Карабинер
Шрифт:
Глава 51. Тёплые будни.
Маленький Хегазу и в правду делал из меня легковоспламеняющуюся фурию.
Интересно, Зейд также постоянно испытывает гнев и раздражение?
Поджимаю губы и упираю руки в боки, рассматривая только что вошедшего в дом мужа. Зейд вернулся после важных переговоров, он, как и всегда, в идеальном костюме и рубашке. Только вот запах специй сегодня подслащен, разбавлен чем-то женским. Это бесит.
– Что? – спрашивает он хитро, чувствуя моё желание поскандалить.
– Где ты был? – Спрашиваю его гневно, стучу ногой гневно по полу. Стук раздражает даже меня, но остановиться я не могу.
– В ресторане. Захватил тебе торт, как ты и просила. – Примирительно шепчет мне в губы. – Я же говорил тебе, что буду поздно.
Хватаюсь пальцами за ворот рубашки и истерично дёргаю его. Клянусь, он пропитан женскими духами. Зейд провонялся другой женщиной.
– Тогда почему от тебя пахнет шлюхами? – Выдержки ему не занимать, лишь устало закатывает глаза. Я бы подумала, что он наведывался к Марго, но притон разогнали, Зейд закрыл бизнес. Но это не значило, что в Риме не появился новый блядушник.
Зейд аккуратно снимает мою руку, целует сначала ладонь, потом живот.
– Наверное, потому что у шлюх есть свойство липнуть… это видимо распространяется и на их парфюм. – Он усмехается, ему явно весело, а я хочу глаза ему выцарапать. Нравится ему моя ревность, получает удовольствие от моих страданий. – Успокойся, Малыш, я не смотрю ни на кого кроме моей любимой красавицы. Помню, что у тебя длинные и острые когти.
Ответ меня не удовлетворяет, я возвращаю руку на ворот и притягиваю его к носу, вдыхаю запах. Пахнет персиком, чем-то медовым. У суки есть вкус!
Карабинер выдыхает, закрывает устало глаза и снова снимаем мою руку с себя.
– Поехали. – Решает он в моменте. Мы садимся в его машину, и Зейд привозит меня в ресторан. Персонал уже хорошо знает меня. Очень часто посреди ночи мы приезжаем поживиться чем-то вкусным. Под мы я подразумеваю себя и малыша. Во мне растёт маленький монстр, сириец в новом обличье, он и меня превращает в огнедышащего дракона. Все из-за дисбаланса гормонов.
Заходим в комнату охраны и Зейд спокойно просит показать им записи с камер. Мужчины проматывают камеры на встречу и оставляют нас. К этому времени мне приносят любимый салат с мороженным и орешками.
Обожаю фруктовый салат с персиками, страчателлой и медом, залитые мороженным и орешками.
Зейд садится рядом со мной, кладёт руку на моё колено и молча погружается в телефон, пока я наблюдаю с остервеним за встречей. Хочу найти ту, что обтиралась о моего мужа. Но за все два часа никто из женщин не подошёл к нему ни разу.
– Это ничего не доказывает. – Протягиваю я, чувствуя себя глупо, когда с меня спадает возбуждение. Начинаю понимать, что я просто была зверски голодна. – Не понимаю почему ты пахнешь тогда сладкими духами? От тебя постоянно пахнет персиками и мёдом! Ты терпеть не можешь то и то!
Министр издаёт смешок и
– Я рад, что малыш родится уже в этом месяце. – Говорит он, поглаживая живот. – Дольше я, кажется, не продержусь.
Он снова смеётся, а я щурюсь, опускаю глаза на пустую тарелку и до меня начинает доходить.
Последние дни я постоянно ем сезонный салат в ресторане как сумасшедшая. Не могу отказать себе в нём. Вот видимо и Зейд пропах персиками с медом рядом со мной. Глаза невольно увлажняются.
– Я такая невыносимая? – Спрашиваю его сквозь слёзы. Невозможно любить такую как я. Капризную и истеричную. – Терпишь меня только из-за сына? Да?
– Совсем не терплю. Даже немного забавляюсь. – Признаётся он, касаясь губами моей шеи. – Ты очень милая. Чувствительная до одури… - Руки Зейда смещаются под платье, ласкают бёдра. – Давай перейдём в мой кабинет и там ты выместишь все свои эмоции на моём члене, как захочешь…
– Прямо сейчас? – облизываюсь, потому что не могу понять, чего я хочу больше: новой порции салата или Зейда? А может Зейда в салате?
***
– Хочу серьёзно с тобой поговорить. – Нахожу Зейда в кабинете, он сидит за столом в одних штанах с мокрыми волосами после душа. Вид у него рассерженный, я давно не видела его в таком разъяренном состоянии. Он позвал меня к себе.
Поглаживаю живот, немного пугаясь такого Зейда. После всего, что случилось, он никогда не приносил в наш дом работу и не был грубым.
– Что случилось?
– Помнишь девочку из детского дома, которая подумала, что я актёр? – Зейд всегда переходит к делу, не любит ходить вокруг до около. – Её удочерила неблагополучная семья, девочку довели до голодных обмороков. Она в очень плохом состоянии.
Становится дурно от жестокости людей. Я слышала множество таких историй. Не понимала, зачем забирать детей, когда они не нужны тебе.
– Откуда ты знаешь? – Сажусь к нему на колени, мне нужно его тепло, чтобы не нервничать.
– Я привык наблюдать за теми, кто вызывает у меня интерес. – Признаётся Зейд. – Девчонка напомнила мне тебя, показалось, что в детстве ты была точно такой же…, признаюсь, я хотел даже забрать её, эта мысль притупилась, когда я узнал, что её уже взяла семья. Теперь, когда её довели до такого состояния, эта мысль вернулась.
Такого поворота в разговоре я не ожидала. Прижимаюсь к Зейду плотнее.
Я никогда не была против детей из детских домов, но никогда не думала, что вот здесь и сейчас мне будет необходимо принять такое сложное решение за секунду.
– Ты уверен? – Вопрос больше адресован мне, чем Зейду. Очень трудно решиться на такой шаг. – Ты видел девочку пару минут в жизни. Готов поручиться за неё, взять под свою ответственность?
Глупый вопрос. Если он озвучил мне его, то Зейд сам всё решил.