Капитуляция

Квик Аманда

Он прильнул к ней, позволяя ей ощутить мощь его мужской плоти, но пока не требуя впустить его.

Виктория инстинктивно потянулась вниз, коснулась кончиками пальцев его напряженного жезла. Она резко втянула в себя воздух и отдернула руку, ощутив капельку влаги.

— Прошу тебя, — прошептал Лукас, уткнувшись в ее грудь. — Прошу тебя. Сделай так еще раз. — Он всем телом тянулся к ее ладони, умоляя еще об одном прикосновении.

И Виктория осторожно дрожащими пальцами дотронулась до него, его глубокий удовлетворенный вздох ободрил ее. Она поняла,

что ей важен его отклик на ее ласку.

Лукас медленно приподнялся, лег на нее сверху, устраиваясь между ног. Виктория почувствовала, как он подхватил руками ее колени, приподнял их, вынуждая ее полностью открыться ему. Потом он поцеловал ее.

— Приподнимись, — потребовал он.

Виктория глубоко вздохнула и попыталась исполнить приказ. Лукас был уже наготове и ждал ее. Как только она почувствовала, что он входит в нее, она тут же отпрянула назад. Он был такой большой и твердый. Как он мог поместиться в ней? Приподняв ресницы, Виктория поглядела в его застывшее лицо.

— Я не совсем уверена, что у нас получится, — робко произнесла она.

— У нас все замечательно получится. Не надо так торопиться, дорогая, у нас еще несколько часов впереди. — Он поцеловал ее в шею, осторожно и нежно сжал зубами мочку ее уха. — Но я вовсе не уверен, что вытерплю еще несколько часов. Если это ожидание продлится так долго, утром тебе придется провожать меня в бедлам — со мной будет уже все кончено.

Виктория рассмеялась в ответ нервным смехом, но прежде чем ее смех стих, Лукас уже коснулся ладонью ее лона и начал осторожно раскрывать пальцем розовые лепестки меж ее ног. Смех Виктории мгновенно перешел в стон.

Лукас дарил ей ласки, которые опьянили ее тогда, ночью, в карете, ласки, которые заставили ее стонать и содрогаться, прижимаясь к его плечу. Немыслимая пружина наслаждения сжалась, свернулась внутри нее, превратив Викторию в легкое, дикое животное, полное радости и жизни.

Когда волна сладострастия накрыла ее с головой, Виктория крепко уцепилась пальцами за плечи Лукаса, вонзив ногти в его кожу, инстинктивно приподнимая бедра навстречу его ласке. Ее стоны перешли в короткие неистовые вскрики наслаждения, сменившись безумным требованием немедленного удовлетворения женской страсти.

— Теперь ты хочешь меня, любимая, — прошептал Лукас, руками раскрывая ее и вновь прикасаясь к ней своим жезлом.

На этот раз она не отступила:

— Да! Да, любимый, да!

Он застонал, все его тело дрожало от усилия сохранить еще власть над собой. Медленно, очень медленно он начал погружаться в, ее тайные глубины.

Виктория содрогнулась, она не ожидала, что его натиск будет столь сильным. Теперь, когда внутри нее нарастало давление, колдовской туман почти рассеялся. Но она не собиралась отступать. Она зашла уже достаточно далеко и понимала, что Лукас не может больше терпеть. Она не могла отказать ему в том наслаждении, которое он так щедро дарил ей. Виктория крепче сжала его руку и собралась с духом.

— Спокойнее, дорогая, никто не собирается превращать тебя в мученицу, — шепнул

ей Лукас.

— Извини. Пожалуйста, Лукас, продолжай. Со мной все в порядке.

— "В порядке" — этого мало. — Его рот прильнул к ее губам, а сам Лукас высвободился из ее недр. Опустившись ниже, он вновь заставил свою руку разделить их тела.

Лукас дразнил ее прикосновениями своих пальцев, то один из них, то другой неглубоко входили в нее, нежно поглаживая, добывая из нее сладостный, расплавленный мед. Вскоре она вновь была вся во власти чувственного наслаждения.

Он дождался, когда она напряглась и вытянулась словно тетива под ним, голова ее опустилась на его руку. Виктория застонала, он дождался, когда легкая дрожь волной пробежала по ее телу и она так впилась в него пальцами в порыве страсти, что на его коже проступили красноватые метки.

Тогда и только тогда Лукас вошел в нее одним сильным движением, совершенно наполнив ее.

Он впивал последние сладостные крики ее удовлетворенной страсти, ее чувственного экстаза, и тут наконец его собственная страсть достигла вершины.

Глава 9

Виктория постепенно приходила в себя и начинала осознавать, что беспрерывный грохот, который она слышала во сне, не что иное, как яростный стук в ее дверь. Как странно! Нэн и в голову не пришло бы так невоспитанно стучать, да и другие обитатели дома, кроме разве что тети, не решились бы разбудить ее так рано.

Но ведь это не обычное утро. Это — утро после…

Виктория мгновенно раскрыла глаза, вспомнив наконец, где она и что с ней происходит. Она заметила, что за окном еще темно, и слегка успокоилась. Они с Лукасом в безопасности. Еще хватит времени, чтобы до рассвета попасть на бал. Но тут она, к своему удивлению, заметила, что лежит в постели одна.

Виктория резко приподнялась, натягивая простыню к подбородку, и увидела в изножье кровати Лукаса, который торопливо надевал на себя бриджи. Тихо выругавшись, Лукас схватил рубашку и босиком направился к двери.

— Лукас, нет, подожди! Я… мне страшно. Не надо открывать дверь.

Но ее предупреждение запоздало, Лукас уже распахнул дверь и яростно атаковал незваного гостя:

— Какого дьявола вы врываетесь ко мне? Мы с женой только что уснули! — Затем последовала странная пауза, и Лукас произнес с мрачной торжественностью:

— Прошу прощения, леди Неттлшип. Я не собирался кричать на вас. Прошу прощения. Честно говоря, меньше всего я ожидал увидеть здесь вас.

— Да, — ледяным голосом ответила Клео Неттлшип, — я понимаю.

Виктория закрыла глаза и свернулась калачиком, уткнувшись лицом в колени. Несчастье уже настигло ее.

— Если вы подождете несколько минут, пока я оденусь, я присоединюсь к вам в холле гостиницы. Полагаю, в данных обстоятельствах вы потребуете от меня объяснений.

— Совершенно верно, сэр. Однако прежде чем я спущусь вниз, я хочу получить ответ по крайней мере на один вопрос: с моей красавицей все в порядке?