Измена. Просчиталась, но...где?
Шрифт:
Да все понятно, собрание, важная встреча, но можно было хотя бы сообщение прислать. Мол извини, занят, перезвоню. Не переломился бы!
Чем дольше она сидела в приемной, тем нервознее стучала ноготками по подлокотнику и то и дело недовольно фыркала, возмущаясь чужой безответственностью.
— Кофе, чай?
Ольге почудилось в голосе прохоровской помощницы снисхождение. От этого она завелась еще больше и некрасиво рявкнула:
— Да! Капучино. С Лавандовым сиропом.
— Простите, у нас
«Сама ты простованиль», — мысленно огрызнулась Ольга, а вслух сказала:
— Тогда ничего не надо!
— Как скажете.
Градус внутреннего напряжения все рос, и вскоре ей уже стало казаться, что из ушей тонкой струйкой шел раскаленный пар.
Сколько можно заставлять ее ждать?
Она, между прочим, беременная. Ей нужны отдых, покой, понимание, а не часовые посиделки на кожаном диване, к которому прилипала вспотевшая спина.
Наконец, где-то вдалеке послышались голоса. Оставалось только надеяться, что это сотрудники, вырвавшиеся с нудного собрания, а не какие-то тунеядцы, без дела шатающиеся по коридорам.
К счастью, через пару минут в приемной появился Прохоров. Увидев ее, он даже не притормозил! Даже с шага не сбился, только кольнул в ее сторону волчьим взглядом и ушел к себе, на ходу обронив ледяное:
— Зайди.
Будто она прислуга какая-то!
Ольга покраснела. Было очень неприятно оттого, что эта грымза с комельком на голове увидела, как холодно он ее встретил. Очень неприятно.
Она поднялась с диванчика и, поправив немного сбившуюся юбку, гордо направилась в кабинет. Пусть не думают, что ее как-то задел этот повелительный тон.
Однако, стоило только зайти и прикрыть за собой дверь, как в нее вперился жесткий взгляд:
— Как ты посмела сюда явиться?
Ольга поморщилась от такого приема.
— Пришла к тебе.
— На хрена?
Она обиженно поджала губы, потом подошла к его столу и открыла сумочку.
— У меня хорошая новость, а ты не брал трубку и не отвечал на мои собрания.
— А должен был? Мы же договорились, что я даю тебе деньги, а ты сваливаешь в туман и больше не отсвечиваешь! Никогда!
Ей так и хотелось выкрикнуть: да разве это деньги?! Крохами какими-то откупался, в то время как его убогая жена, над которой он так трясся, жировала по полной? Катала на дорогих машинах, хозяйничала в элитном доме, рядилась в бриллианты и меха.
А ей что? Жалкую подачку, которой едва хватало на более-менее достойную жизнь, да пару брендовых шмоток в месяц. Это, по его мнению, справедливо? Э, нет! Хватит. Больше пунктом экономии она быть не собиралась. Она, между прочим, мать его будущего наследника!
— Вот. Это тебе, — с этими словами она выложила перед ним снимок и заключение
А он даже не взглянул! Как смотрел на нее, сложив руки на груди, так и продолжал смотреть. И в его взгляде не было ни намека на тепло или интерес.
Это бесило. Так сильно, что Ольга стиснула свою сумочку и едва не сломала ноготь.
— Не собираешься взглянуть?
— Не тяни время. Коротко, своими словами! И на выход.
Она затолкала обиду поглубже и ласково произнесла:
— У тебя сынок будет. Ты рад?
Вместо радости он скрипнул зубами и отошел к окну. Встал там и, заправив руки в карманы, уставился на улицу.
— Глеб? — жалобно позвала Ольга. — Ну скажи что-нибудь. Я так спешила тебя порадовать. Поздравь, обними…
Он досадливо цыкнул и обернулся.
— Я уже говорил. Ребенок от тебя – это не то, о чем я мечтал. Если ты думала, что его пол имеет какое-то значение для меня – то нет.
— Но… — в ее глазах заблестели слезы. Она так хотела его порадовать, а он… Чурбан бесчувственный.
— Мне все равно, кто там, — он небрежно кивнул на ее живот, — и не жди от меня какой-то другой реакции. У меня есть дети, которых я хотел и которых люблю. К твоему приплоду это не относится. Я тебе об этом говорил раньше, и говорю сейчас.
— Он имеет такие же права, как и остальные! — взвилась Ольга.
Как ее бесила вот эта увлеченность Прохорова собственными детьми. Да она ему пяток таких запросто родит! Даже лучше! В сотню раз лучше. Без тошнотной половины генов со стороны его грымзы-жены!
— Все, свободна.
— Думаешь, что тебе так легко это сойдет с рук?
О, нет. Глеб так не думал. Он прекрасно понимал, что его проблемы только начинались. И дальше будет только хуже.
— Я запретил тебе и близко появляться в тех местах, где может быть кто-то из моей семьи. Так что проваливай.
Ольга сложила руки на груди и нагло ухмыльнулась:
— Не спеши, Прохоров. Я пришла тебе сказать, что нам с сыном нужна квартира. И если ты не хочешь огласки и того, чтобы твоя драгоценная женушка узнала о том, какой ты козел, то ты ее купишь. Достойный вариант я уже нашла.
Глеб снова скрипнул зубами и отвернулся. Пора было признать, что малолетняя дрянь держала его за яйца, и в ее власти было сломать все то, чем он безумно дорожил.
Вот она. Цена мимолетной ошибки. Всего раз поддался слабости и теперь барахтался по уши в дерьме.
Глава 5
Я не стала заезжать на подземную парковку и остановилась на уличной. Все равно надолго в офисе не задержусь – надо лететь на встречу к клиентам, поэтому пусть ласточка стоит под рукой. А я мигом, только папку нужную возьму и обратно.