Искупление

Кингсбери Карен

— Ты выглядишь так же, как я, — говорила ей Эшли почти каждый раз, когда смотрела на Кэри. — Такая тоненькая и с мячиком впереди.

Кэри знала, что должна еще поправиться в следующие месяцы, но не представляла, как это возможно, ей казалось, что ее кожа и так уже растянута до предела, а много есть она перестала еще месяц назад. Она думала о ребенке, которого не доносила, и благодарила Бога за то, что этот ребенок выжил.

Консультации с Тимом шли лучше, чем она мечтала. Хотя у него и возникало искушение, но пить он перестал еще до Рождества.

Раз в неделю они ходили куда-нибудь вместе, просто чтобы поговорить о своих успехах и о том, что ждет их в будущем.

На столике рядом с ее кроватью были навалены книги о том, чего следует ожидать в период беременности, а по вечерам они с Тимом обсуждали их, рассматривали рисунки в альбомах и пытались представить себе, как выглядит их ребенок: сформировались ли уже его глаза, есть ли у него уже волосы.

— Мне кажется, мы все это уже выучили наизусть, — Тим обнял ее, когда они сидели дома однажды вечером. Физические отношения приходилось восстанавливать, но с каждой неделей проявления привязанности становились все естественнее.

— Я никак не могу начитаться. Мне кажется, что срок никогда не подойдет.

— Должно быть, это всегда так. Один у тебя ребенок или пять.

Кэри верила в это.

Ребенок продолжал ворочаться и шевелиться внутри нее, и, несмотря на предсказания сестер, она была уверена, что это девочка. Они с Тимом обсуждали, как ее назвать, и остановились на Джесси Рене, в честь ее прабабки, верующей женщины, о которой Кэри слышала, но никогда не видела. Если это будет мальчик, его решили назвать Тимоти Джозеф — сокращенно Ти-Джи. Но Кэри была уверена, что имя для мальчика было всего лишь мерой предосторожности.

Они с Тимом решили ждать рождения ребенка и потом удостовериться, права ли она, на обследованиях она просила врачей не выдавать ей тайну.

Тим стоял рядом с ней, пока доктор водил прибором у нее над животом во время обследования, глядя на маленький монитор.

— Кэри, это здоровый ребенок...

— Не говорите мне! — она подняла руку, и Тим с доктором улыбнулись.

— Я просто пошутил. Ты не узнаешь от меня правды, даже если мне заплатишь.

— Мы и так платим, — поддразнила Кэри. — Но не говорите мне ничего, ладно?

С каждой проходящей неделей, с каждой новой стадией развития плода, благодаря их усердным стараниям и Богу, Который помогал исцелять их брак, Кэри все острее ощущала, что они все разделяют с Тимом. Иногда ее вдруг переполняла радость и чувство благодарности, сердце распирало от восторга, а глаза щипало от слез. И хотя иногда она думала о Райане, ей больше не было больно от мысли, что они расстались.

Его тоже ожидало в будущем нечто хорошее — он согласился стать тренером «Гигантов» из Нью-Йорка. Он позвонил ее родителям и попрощался перед отъездом, попросив их передать ей новость. Она была рада за него и уверена, что его новая работа — еще одно проявление Божьей милости в их жизни. Это была работа, о которой он всегда мечтал.

Кэри взяла стопку тарелок из

китайского фарфора и начала расставлять их на столе. Сегодня вечером соберется все семейство Бакстеров — впервые после каникул, когда они обедали вместе. Кэри с нетерпением ждала этой встречи.

Сегодня вечером они впервые увидят новую подружку Люка, которая должна была приехать во время десерта.

Кэри и Эрин обсудили ситуацию во всех подробностях и в шутку — как обычно — решили, что у девушки нет никаких шансов, потому что она окажется в окружении сестер Люка.

— По крайней мере, он знает, что нам не все равно, — засмеялась Эрин, когда они говорили об этом раньше.

— Да, — ухмыльнулась Кэри. — Она не знает, куда попала.

Она закончила накрывать на стол, Эрин с Эшли помогали матери на кухне. Восхитительный аромат блюд, приготовленных их матерью, уже наполнял весь дом: сочный жареный цыпленок, свежие овощи с базиликом и розмарином, знаменитый зерновой хлеб, который она тоже пекла сама. Они выросли на этой еде, которая была одновременно и здоровой, и очень вкусной.

— Еда влияет на наши ощущения, на нашу внешность, на наше поведение. Даже на то, как мы любим, — всегда говорила мама, и никто не сомневался в ее правоте. Она была специалистом по питанию и иногда подрабатывала, составляя меню для больницы, до того, как заболела.

— Моя задача — убедиться, что все вы умеете правильно питаться.

У Кэри заворчало в желудке, и она погладила свой живот. Тебе тоже нравится, как готовит бабушка, да, малышка Джесси?

Ее отец вернулся домой с работы и сел рядом с Тимом, который смотрел бейсбольный матч по телевизору. Потом приехала Брук со своей семьей, разговоры вокруг Кэри становились громче. Кэри скучала по этим звукам после того, как покинула дом, — и Эрин будет скучать по ним, если ее муж согласится на работу в другом штате, как он планировал.

Люк вошел в кухню и поставил свой рюкзак на пол рядом со столом.

— Я говорил вам про Риган, верно? Что она заедет на десерт?

Кэри смотрела, как ее мать отрывается от помешивания бобов в кастрюле и смотрит на рюкзак.

— Отнеси его в свою комнату, пожалуйста.

Люк схватил рюкзак:

— Я ведь говорил?

— Да, Люк. Мы постараемся хорошо себя вести.

Кэри увидела, что Эшли закатывает глаза, сливая жидкость из тушеных овощей.

— Не беспокойся, Люк. Мы постараемся не снимать маску.

— Не цепляйся ко мне, Эшли. Может быть, тебе бы лучше уйти к тому моменту, когда придет она?

Элизабет вздохнула:

— Прекратите, вы оба. Постарайтесь быть добрее друг к другу. В конце концов, сегодня день рождения Брук.

— Хорошо, — Эшли повернулась к Люку спиной.

Кэри смотрела и думала, что, скорее всего, Эшли так же страдает от того, как изменились их отношения, как и Люк. Она такая сердитая, Боже. Покажи мне, как я могу помочь ей.

Люк пожал плечами и улыбнулся Кэри: