Искра прошлого

Закалюжная Людмила

— Со мной вели разговор о знакомстве и о том, как вскружить голову барышне, — неожиданно строго произнес Максим, не поддержав шутливый тон советника. — На иные условия мое согласие не распространялось бы, — добавил он твердо.

— Ах, да я все время забываю, как вы благородны, — Павел слегка качнулся с пяток на носки, в его голосе прозвучала легкая насмешка. — Мне даже уже интересно… Как долго вы продержитесь в роли порядочного кавалера?

Воронцов взглянул на него с легким прищуром.

— К чему такой интерес

к моей персоне? — тихо, но жестко парировал Максим. — Я считал, что мы с вами по одну сторону баррикад, а выходит…

И князь многозначительно замолчал, словно давая понять, что слова здесь излишни.

Лебедев хмыкнул, в его взгляде промелькнуло лукавство.

— Ну, полно вам, не обижайтесь, — отмахнулся Павел. Все эти князья — такие обидчивые. С Орловой, кстати, шутить и вовсе опасно. — Скоро появится ваша барышня. Мне уже доложили, что карета Горского подъезжает к дому княгини.

Максим чуть заметно напрягся, в его глазах вспыхнул огонек нетерпения.

— Отлично! — коротко ответил он, будто уже мысленно был далеко отсюда.

Лебедев наблюдал за ним с нескрываемым любопытством. Бесстрастная маска на лице князя была почти идеальна. Его выдали поджатые губы и едва уловимое напряжение в плечах.

— Помните, князь, — снова вкрадчиво заговорил Лебедев. — Дело не только в том, чтобы вскружить голову барышне, нужно завоевать ее доверие. Стать тем, с кем она захочет делиться сокровенным. Ваша задача — найти ключик к ее тайнам. Княгиня будет ждать результатов.

Воронцов медленно повернул голову в его сторону. Его зеленые глаза, казалось, пронзили Павла насквозь.

— Я прекрасно осведомлен о своей задаче, советник. Прошу меня извинить, — князь резко развернулся и направился в противоположную сторону.

Павел заметил графа Чернышова, они с Воронцовым были друзьями. «И все-таки не понимаю я Марину Алексеевну, — подумал советник. — Зачем она так близко подпустила князя? Вот чую… подложит он нам свинью…»

— Дорогой Павел Русланович, — раздался слишком любезный голос Фролова. — Позвольте познакомить вас с моей семьей.

Купец чуть ли не челом ударил в пол, а потом подтолкнул вперед полную щекастую даму, которая в пышном платье походила на «самоварную бабу». А вот дочка… Павел слегка прищурился: «Хм, хороша». А после иронично подумал: «Фролов слишком высоко решил забраться».

От пристального взгляда советника девушка зарделась.

— Осталось ли в вашей бальной книжечке место? — вкрадчиво поинтересовался Лебедев. Он сейчас напоминал хищника, который притаился в засаде и наблюдал за жертвой. Осторожно, чтобы не спугнуть чуткую лань.

— Какая честь для нас, — промолвила купчиха Фролова, довольно кряхтя.

— Да, — взволнованно произнесла Лилия, раскрывая изящный серебряный аксессуар.

— Мне очень повезло, — советник продолжал смущать купеческую дочь. Для него это

был всего лишь разминочный этюд перед главным действом, и в его голове уже рисовался беспощадный план в отношении такой свежей барышни. Всякая пешка может когда-нибудь пригодиться.

В этот момент церемониймейстер громко, на весь зал, объявил:

— Арсений Петрович Горский с дочерью Алисой Арсеньевной!

Лебедев с наслаждением выдохнул. Представление начиналось. Семейство Фроловых последовало дальше, а советник отступил еще глубже в тень колонны, готовясь наблюдать за первым актом этой тщательно спланированной драмы.

Глава 7

— Ты не изменяешь себе, — с легким смешком хлопнул по плечу Александр Чернышов. — Даже на торжественное событие оделся в черное.

— Привычка, — с едва уловимой иронией в голосе усмехнулся Максим, слегка наклонив голову. Его темный костюм резко контрастировал с яркими нарядами других гостей.

— У военных редко бывают праздники, — заметил князь, деликатно указав взглядом на полного аристократа. Тот, облаченный в белоснежную форму с блестящими эполетами, оживленно беседовал с другим генералом. Их дочери, стоявшие неподалеку, старались держаться с безразличием, но восторженное любопытство так и сияло в их глазах, несмотря на все усилия сохранять невозмутимый вид.

— Наши генералы в белой форме, — добавил граф, внимательно наблюдая за аристократом.

— Для офицеров, не нюхавших пороха, белый мундир — обычное дело, — пожал плечами Воронцов. — На передовой белый китель демаскирует лучше знамени. Впрочем, для службы при штабах — самое то.

Максим не любил такие мероприятия. Его взгляд скользил по залу с легким раздражением. Танцы, разговоры ни о чем… Он ощущал себя здесь не в своей тарелке. «Скорее бы уже появилась Горская», — мысленно повторил он. Станцевать с ней три положенных танца, и можно покинуть бал со спокойной совестью.

— Ты кого-то ждешь? — удивленно спросил Александр. Его высокий рост и широкие плечи делали его фигуру внушительнее поджарого Воронцова. Граф с любопытством смотрел на друга. — Неужели у Максима Сергеевича наконец-то появилась дама сердца? — с легким сарказмом в голосе продолжил Александр. — Имя! Я требую ее имя!

Чернышов тихо рассмеялся и тут же почтительно кивнул двум молодым дамам, которые прошли мимо, украдкой бросив взгляды в сторону мужчин.

Максим неожиданно подумал, что любил только раз и очень давно. И то его отвергли, а потом были лишь увлечения да служба, пока не произошло несчастье в их семье. Князю пришлось вернуться домой… Как же все просто было на границе. Есть задание — ты его выполняешь. Знаешь, что плечо товарища всегда поддержит, а спину прикроют. В столице же легко увязнуть в дворцовых интригах. Вот он и влез…