Исцелить душу

Рейн Опал

Магнар вернулся к работе, и через какое-то время Орфей подошел к нему. Он закончил перила, и Магнар с удовольствием отметил, что снаружи дом выглядит завершенным.

— Что думаешь мастерить первым? — спросил Орфей, кивнув в сторону кучи пней.

Магнар поднес руку к морде, постукивая когтем по кости.

— Наверное, столешницы для кухни? — ответил он, пытаясь представить, что из них выйдет. — Это будет правильно?

Большинство пней были довольно широкими, и он мог бы выпилить плоские срезы, а затем

обтесать их в форме квадратов или даже кругов.

— Хорошее начало. — Орфей почти нерешительно положил ладонь на плечо Магнара. — У тебя получается куда лучше, чем я ожидал. И твоей женщине здесь, кажется, нравится.

Магнар повернул голову к другу:

— Ты никогда раньше не говорил мне комплиментов.

Сферы Орфея замерцали всеми цветами радуги. Красновато-розовый от смущения. Глубокий синий от печали. Зеленый от зависти. В конце концов они вернулись к обычному голубому, когда он убрал руку.

— Я бы хотел, чтобы и у меня был кто-то, кто давал бы советы. Я совершил много ошибок, когда был на твоем этапе развития, но ты учишься быстро.

Я тоже совершил немало ошибок, — подумал Магнар.

Они с Делорой не обсуждали то, что произошло той ночью, но с тех пор оба чувствовали некоторую неловкость. Он — даже больше, чем она.

— Делора отличается от Катерины, как и ты от меня. Я… благодарен за то, что могу быть здесь ради тебя. — Орфей отвел взгляд, потирая шею. — Хотя я давно благодарен судьбе за то, как всё сложилось, ведь теперь у меня есть Рея, — всё пройденное обретает смысл, раз я могу помочь тебе. Я не хочу, чтобы какой-либо Мавка прошел через то же, что и я.

Магнар не знал, что ответить. Он не ожидал таких слов от Орфея, который часто бывал холоден с ним. Но в груди разлилось странное тепло. Неужели я дорог ему больше, чем он показывает? Это признание также обнажило то, что боль Орфея никуда не делась.

Тут Орфей повернул голову в сторону, откуда донесся раскатистый смех Реи.

— Мы уходим, — быстро пробормотал он.

Магнар подумал, что тот, возможно, сболтнул лишнего и теперь хочет поскорее скрыться. Они обычно не задерживались надолго, даже если оставалось много работы. Было очевидно, что Орфей предпочитает оставаться с Реей наедине, в то время как Магнару нравилась компания.

Интересно, был бы я таким же, если бы мы с Делорой были как они? Они не были так близки, между ними не было той интимности, и, судя по тому, как шли дела, казалось, что её никогда и не будет. Магнар не мог прикасаться к ней, и он знал, что это его вина. Он был опасен для своей хрупкой человеческой женщины. Он не мог контролировать свое тело так, как хотел; не мог убрать когти, когда член за швом начинал пульсировать.

В ответ Магнар лишь коротко кивнул и хмыкнул.

—

Нас не будет несколько дней. Мы делились своим мясом, потому что ты не мог уйти на охоту, не рискуя своей женщиной, так что нам нужно наловить побольше.

— Спасибо, — проворчал он в ответ.

Орфей отступил и направился к задней части дома. Вскоре он скрылся из виду.

— Смотри! Это ты! — громко закричала Рея. Ответа Орфея Магнар не расслышал. — Да, это ты!

Рея взвизгнула. Спустя мгновение они появились: Орфей нес хохочущую блондинку на плече, пока та дрыгала ногами. Когда они подошли к границе леса, он увидел, как Рея приняла фантомную форму.

Магнар замер, глядя на последнюю ветку, которую ему осталось срубить. Его сферы окрасились в глубокий синий.

Я хочу быть так же близок с Делорой.

Он хотел иметь возможность свободно целовать её в шею, чтобы ни один из них не тревожился по своим причинам. Он хотел иметь возможность заставить её хихикать или хотя бы просто улыбнуться. Он хотел иметь возможность обнимать её просто так, а не только переносить на руках во время путешествий.

Он хотел… быть с ней игривым.

Я жажду быть рядом с ней.

Магнар срубил последнюю ветку и направился к задней части дома, небрежно бросив топор возле ступенек, где его легко было найти позже. После того раза, когда он прикасался к ней, между ними возникло напряжение, но Магнар не позволял себе отдаляться.

Она была нужна ему рядом. Он жаждал, чтобы она была в поле его зрения, чтобы он мог чувствовать её запах и слышать её чудесный голос. Чтобы рассеять то невыносимое одиночество, которое он всё еще ощущал — часть его осталась даже после того, как он получил её душу.

Завернув за угол, он обнаружил Делору, которая прижимала широкую кисть, измазанную зеленой краской, к стене. Она тянулась высоко вверх, стоя на самых кончиках пальцев. Из-за этой позы её спина выгнулась, открывая взору, насколько округлившимся и большим стал её живот за последние несколько дней.

Это беспокоило его — постоянно. В таком состоянии Делора казалась ему еще более хрупкой, и она часто жаловалась на боли и ломоту. Он наотрез отказывался позволять ей делать что-либо в одиночку.

Он даже притащил ей пень, чтобы она могла ставить на него миски с краской. Наблюдать за тем, как она прижимает руку к боку, поддерживая спину, и неуклюже наклоняется, чтобы дотянуться до чего-то в обход своего огромного живота, было одновременно забавно и грустно. Сейчас ей, казалось, с трудом давалось даже самое простое дело.

Впрочем, её странную походку вразвалочку он находил милой. Это была непривычная мысль, но часть его была в восторге от того, что Делора сейчас наполнена частицей его существа.