Исцелить душу

Рейн Опал

— Нет! — мгновенно огрызнулась она, когда то, что она называла схватками, на миг утихло, чтобы вскоре вернуться вновь. Он ненавидел то, что они всегда возвращались, становились всё сильнее и, казалось, никогда не закончатся. — Я… я не хочу, чтобы сюда все сбежались.

— Но она может помочь.

Его сферы были белыми с самого начала этого испытания. Делора покачала головой, делая быстрые, короткие вдохи, прежде чем её лицо снова исказилось, и она испустила жуткий крик. Она стиснула зубы и сжала кулаки. Даже пальцы на её ногах подогнулись.

Боль

отступила, схватка закончилась, давая ей мгновение, чтобы заговорить сквозь одышку.

— Если ты позовешь её, Рея и Орфей могут прийти тоже. — Он склонил голову, показывая, что не понимает, в чем проблема. Она перевела на него изнуренный взгляд. — Я не хочу, чтобы на меня смотрели. Это… это очень личное, Магнар. Они не будут знать, что делать.

— Рея — человек, Делора, — возразил он, подходя ближе.

Он погладил её по волосам, мечтая забрать её боль себе. Он уже пытался, но в итоге сделал только хуже, когда ей пришлось начинать всё заново. Делоре нужно было пройти через весь процесс до конца, прежде чем он сможет исцелить её.

Магнар не знал, сколько это продолжалось. Час? Может, больше? Секунды тянулись как минуты, и каждая её слеза, каждый звук отзывались в нем страданием. Её кряхтение, стоны и пронзительные крики. Запах соли от её слез, пота, крови и какой-то странной жидкости — прозрачной, но с примесью черноты, которую она называла ненормальной.

Вся эта боль казалась ему… неправильной. Она не выглядела естественной, хотя, очевидно, через это проходила каждая самка любого вида. Неужели всегда так? Тогда зачем кому-то вообще хотеть детей?

— Она была вестницей дурных знамений! — выкрикнула Делора, как только нахлынула очередная схватка. Она выдохнула, когда ей снова дали передышку. — Таких, как она, другие люди избегают. Она, скорее всего, никогда не видела, как рожают женщины, и будет так же бесполезна, как сейчас ты.

Магнар вздрогнул, и его сердце екнуло. Я бесполезен. Он ничем не помогал.

— Прости, — всхлипнула она, глубоко нахмурившись, когда поняла, что обидела его. — Я не это имела в виду. Просто… ты ничего не можешь сделать. Если позовешь Ведьму-Сову, могут прийти остальные, а я не хочу, чтобы на меня смотрели как на зрелище. Пожалуйста… — Делора протянула руку вперед. — Можешь… можешь просто подержать меня за руку?

Магнар взял её за руку.

В следующий раз, когда Делоре нужно было тужиться, она сжала его ладонь с удивительной силой. Это было почти больно: его костяшки прижались друг к другу, и кости заскрежетали.

Но она стала тише, словно это действительно помогало, и Магнар был согласен позволить ей стереть его руку в порошок, если это принесет ей облегчение. Ей явно нравилось, когда он прикладывал влажную ткань к её лбу; он часто делал это, чередуя с поглаживаниями её блестящих, но влажных от пота волос.

Её пульс был частым, дыхание — еще чаще, но Делора, его храбрая, сильная маленькая женщина, стойко

держалась. Он чувствовал бесконечное сочувствие, но также и гордость.

— Прости, что я сделал это с тобой, — тихо сказал он.

— Ага, пошел ты, — ответила она, заставив его напрячься, но слабая улыбка, которую она ему подарила, заставила его расслабиться. Он был удивлен, что она даже шутит с ним, и испытал облегчение от того, что её улыбки не исчезли навсегда.

Изредка она просила воды, но большую часть времени пыталась найти удобную позу. Она становилась на четвереньки, потом на корточки, потом в полуприсед. В конце концов, окончательно выбившись из сил, она снова легла.

Как раз когда он подумал, что это длится слишком долго, и собрался было звать Ведьму-Сову — несмотря на то, что Рея и Орфей, скорее всего, придут следом, — Делора издала гортанный крик, который был совсем иным, гораздо дольше прежних.

— Выходи из меня! — закричала она, ужасно напрягаясь. — Ах ты, сукин…

Её глаза закатились как раз в тот момент, когда что-то с чмоканьем выскользнуло наружу. Он вертел головой то в одну сторону, то в другую, глядя на странное черное нечто, лежавшее между её ног на ткани.

— Ты должен был их поймать, — прохрипела она заплетающимся, прерывистым голосом.

Откуда мне было знать? — подумал он, делая шаг ближе и наклоняясь вперед. Он осмотрел существо.

Оно не похоже на Мавку.

Он удивился, когда оно пошевелилось.

Сначала медленно, но затем оно подняло то, что Магнар принял за голову. У него не было светящихся сфер или черепа. Вместо этого — лишь гладкое изогнутое черное лицо без единой черты, кроме двух щелевидных ноздрей, которые открывались и закрывались, когда существо сделало свои первые вдохи.

Они были липкими, покрытыми черной слизью, и когда существо подняло то, что он принял за руку, на ней тоже не оказалось никаких черт. У него были кисти, но без пальцев, и ступни без пальцев ног. Это было странно: создание ни капли не походило на него. Ни меха, ни перьев, ни когтей, ни клыков.

Чистый лист, состоящий из одной лишь тьмы.

Затем оно раскрыло пасть. Обнаружилось, что края бесшовного рта имели зазубренные треугольные линии, которые сцеплялись с нижней челюстью при закрытии. Внутри подергивался фиолетовый язык.

Оно начало отрыгивать жидкость, а затем издало ужасающий пронзительный визг.

Существо повернуло голову к Делоре; его ноздри быстро открывались и закрывались, будто оно дико принюхивалось. Создание тут же бросилось к ней.

Магнар понял: что-то не так.

Он не успел остановить его — маленькое существо вонзило свою черную зазубренную пасть в колено Делоры, вгрызаясь в плоть.

Делора закричала — и от боли, и от испуга.

Пытаясь оттащить существо, пока оно не укусило снова, Магнар сорвал его с её тела и в панике случайно отбросил в другой конец спальни.