Исцелить душу
Шрифт:
Магнар наклонил голову набок, вопросительно глядя на неё.
— Кем был этот человек для тебя?
— А? — Делора повернулась к нему, глубоко нахмурившись. — Ох. Наверное, я упустила, что он был моим мужем. — её брови сдвинулись еще сильнее. — Погоди. Полагаю, ты не знаешь, что это значит. Когда двое людей женятся…
— Я знаю, что такое муж, — отрезал Магнар, его сферы медленно наливались красным. — Это значит, что ты связала себя с другим человеком. Создала семью.
— Ну, да. Это был договорной брак между
Делора, казалось, не понимала, почему глаза Магнара изменили цвет. Она еще даже не дошла до той части, которая её мучила и о которой она так боялась рассказывать. Она не хотела признаваться, что она — убийца, что она совершила нечто столь бессердечное и жестокое просто из ревности.
Я должна научиться доверять ему. Что самое худшее могло случиться? Он не мог оставить её, даже если бы захотел. Станет ли он… может быть… искать другого человека? По коже пробежали мурашки, её пробрал холод. Возможно ли обменять мою душу на другую?
Делора подумала, не прекратить ли рассказ. На сегодня она открыла достаточно, но ей так хотелось сбросить этот груз. Этот ужасный вес был непосильной ношей… и она хотела, чтобы Магнар понимал её лучше.
— Я… прости, что я плакала в ту ночь, — тихо пробормотала она.
Его сферы мгновенно окрасились в красновато-розовый. Он напрягся рядом с ней, заерзал, будто порываясь уйти.
— Я плакала не потому, что ты сделал мне больно, а потому, что это сделал кто-то другой, а ты заставил меня осознать, насколько сильно.
Даже сейчас слезы задрожали на её ресницах, и она изо всех сил старалась их сдержать. Пульс забился в венах, тревога начала сдавливать горло — особенно когда она заметила, что перья Магнара начали топорщиться, как это часто бывало при агрессии.
Слова начали изливаться из неё всё быстрее и быстрее.
— Я была расстроена, потому что ты относился ко мне так, как я всегда хотела, чтобы Хадит относился ко мне. Он был моим мужем. Он женился на мне. Он должен был заботиться обо мне, и всё же он был жесток. Я была его женой…
— Ты — моя, — прорычал Магнар рядом с ней. Его сферы стали ярко-красными, еще ярче, чем прежде.
— Я знаю, но до того, как я встретила тебя…
— Ты моя! — рявкнул он; его голос, усиленный яростью, прогремел и исказился. Он рванулся всем телом, двигаясь так быстро, что у неё вырвался вскрик: он прижал её спиной к крыльцу, зафиксировав её руки на досках над головой. — Ты связана со мной. Ты отдала мне свою душу. Она моя. Я владею ею. Храню её. Лелею её.
Её сердце забилось чаще, грудь тяжело вздымалась
Красные вихри в его глазах, казалось, вращались быстрее, затягивая её на фоне ночного неба и полумесяца, окутанного туманной дымкой. Она была слишком ошеломлена, чтобы двигаться или вырываться, хотя эта поза заставляла её выгнуть спину, создавая давление на округлившийся живот.
— Магнар, — начала она.
Он неправильно понял.
Она рассказывала это не для того, чтобы задеть его или сказать, что не принадлежит ему.
Он свел её ладони вместе и легко обхватил оба запястья одной своей огромной рукой, а другую опустил на её горло. Обхватив его так плотно, что она чувствовала его когти на затылке, он приподнял её голову, зажав челюсть между большим и указательным пальцами.
Он не сжимал, не пытался задушить её, но само положение его руки казалось опасным и собственническим.
— Ты хочешь вернуться к нему? — его тон звучал как предупреждение, будто ей стоило быть очень осторожной в ответе. Он будто стал больше, и Делора чувствовала себя бесконечно маленькой под ним. — Поэтому тебе грустно? Поэтому ты не отдаешься мне?
— Я… я застала его с другой женщиной, — быстро выпалила она. Ей нужно было успокоить его, умилостивить. Делора поняла, что должна досказать свою историю сейчас, и немедля. — Даже после того, как я делала для него всё. Я готовила, убирала и старалась, чтобы он был доволен, но он швырял в меня вещи и называл грязными словами. Я со счета сбилась, сколько раз резала пальцы, собирая осколки стекла из-за него.
— Тогда я не позволю тебе вернуться. Тебе не разрешено покидать меня, ты не можешь меня оставить. Твоя душа принадлежит мне.
— О-он мертв, Магнар!
— Хорошо. — опустив морду к её щеке и прижимаясь почти к самому уху, он произнес тихим, но угрожающим тоном: — Потому что иначе я бы охотился за ним, пока не разорвал бы его когтями на куски.
Она ахнула от этого заявления, её глаза распахнулись, когда его горячее дыхание коснулось уха, заставив волоски на затылке встать дыбом.
— И если ты всё еще тоскуешь по нему, я попрошу духа пустоты впустить меня в загробный мир, чтобы я мог погасить его душу, и он не смог тебя найти. Чтобы вы не могли быть вместе. Чтобы ты даже помыслить не смела о том, чтобы уйти от меня. Чтобы он не мог вернуться и жить в одном мире с тобой.
Делора всегда думала, что когда расскажет Магнару свою историю, она будет заливаться слезами. Что она будет захлебываться словами, запинаясь и пытаясь объяснить всё это ему.
Но Делора не чувствовала страха.