Интрижка
Шрифт:
Барбара твердо знала только одно: Томаса Челси совершенно не интересует управление торговым домом, как бы велико ни было предприятие. К тому же сейчас она предпочла бы, чтобы за рулем находился кто-нибудь, кто целиком посвящает себя вождению автомобиля и не отвлекается ни на что другое.
– Пожалуйста, Лиз, следи за дорогой и езжай помедленнее, - робко попросила Барбара.
– Что с тобой сегодня?
– подозрительно взглянула на сестру Лиз.
– Ничего.
– Барбара предчувствовала, что
– Просто не выспалась.
– Я не могу спать спокойно с тех пор, как адвокаты затеяли эту возню.
– Она с сочувствием посмотрела на сестру.
– А что было вчера вечером?
Лиз обладала феноменальным чутьем. Казалось, ничто не могло укрыться от ее внимания. А посему надо было усыпить ее бдительность.
– Вчера вечером? Ничего не было вчера вечером, - ответила Барбара.
– По-моему, я опрокинула поднос. А потом всю ночь летала во сне.
Она замолчала. Когда лжешь, не следует слишком увлекаться, если хочешь выглядеть правдоподобным.
– Тебе не следовало делать этого, Баб.
– Ты так считаешь?
– пожала плечами младшая сестра, сразу догадавшись, о чем идет речь.
– Но фотографию опубликовали на первых полосах всех газет, даже бульварных.
– Я видела. Все было бы прекрасно, если бы не подпись под снимком, где Томас Челси обнимает тебя за плечи, - «Ровенталь и Стивенсон» прыгают от Радости». Где была твоя голова?
– Я думала поразить его своими достижениями в области связей с общественностью.
– А в результате спровоцировала появление имени Стивенсонов в газетах. Сделала их популярными, - прошипела Лиз.
– Я даже слышать не хочу эту фамилию, не то что видеть в газетах!
– Что поделать, если это имя - составная часть названия нашего торгового дома.
– Барбара боролась с наваждением. Ее упорно преследовали воспоминания о легких прикосновениях и крепких объятиях мистера Томаса Стивенсона Челси.
– Скоро этому придет конец. Я собираюсь изменить название фирмы. Теперь там будет только одна фамилия - Ровенталь. Коротко. Остро. Модно. Как считаешь?
– Лиз повернулась к сестре.
Без сомнения, торговый дом был любимым детищем Лиз. Она годами трудилась на его благо. Вот почему ее так бесило вмешательство Стивенсонов.
– Я считаю, - осторожно начала Барбара, - что ты и думать должна забыть об этом, а не то что произносить вслух. Ты еще кому-нибудь говорила о своей идее?
– Нет. Только тебе.
Упрямое выражение лица сестры обеспокоило Барбару. Ей очень хотелось сказать: «Забудь об этом. Отложи честолюбивые замыслы до более подходящего момента. Если только Чарлз Стивенсон что-нибудь пронюхает, нам не поздоровится». Но она рискнула лишь попросить:
– Пообещай мне, Лиз, что это останется между нами.
– Хорошо. А ты постарайся, чтобы
– Ладно, - сказала Барбара, но никаких гарантий она дать не могла.
Она потратила немало усилий и времени, чтобы обеспечить широкое освещение в прессе благотворительной акции. Теперь ящик Пандоры открыт, и Стивенсоны будут дураками, если не используют это к своей выгоде. Впрочем, Барбара не могла отвечать за всех Стивенсонов, но Томас Челси явно дураком не был.
– Торговый дом гораздо важнее устаревших соглашений, заключенных Бог весть когда, - примирительно произнесла Лиз.
– Надеюсь, у Стивенсонов хватит ума понять это и не пытаться оттеснить нас от управления.
– Вряд ли можно на это рассчитывать, если они узнают, что ты хочешь выбросить их фамилию из названия компании.
– Выигрыш дела в суде будет означать, что мы компетентны, настроены на успех и думаем о будущем.
– С компетентностью проблем у нас нет, - кивнула Барбара.
– А вот настроены на успех… Том прекрасно осведомлен об отсутствии роста прибылей в последние годы. Что же касается мыслей о будущем…
Она замолчала, в очередной раз подумав о том, почему их отец, прежде чем уйти от дел и передать бразды правления Лиз, так упорно сопротивлялся любым планам модернизации компании, утверждая, что притягательность торгового дома заключена в его старомодной атмосфере. Это действительно привлекало туристов. Но ведь речь шла об управлении доходным предприятием, а не о содержании мемориала…
– Не упоминай Томаса Челси, - недовольно поморщилась Лиз.
– Просто приложи все усилия к тому, чтобы он понял: без нас ему не обойтись.
– Стараюсь как могу.
Барбара предпочла не рассказывать сестре, как вчера заснула на диване в кухне Томаса, пока он разогревал для нее суп и посвящал в историю дома. Хозяин разбудил свою гостью, лишь когда пришла машина, чтобы отвезти ее домой.
Проснувшись, Барбара долго не могла понять, где находится и что с ней. Только лицо Томаса перед глазами и его рука на плече.
На мгновение она увидела совсем другого человека. Не того, кто ходил за ней по пятам в течение всего дня. Довольно приятного человека. Даже более того…
– Что?
– бросила на сестру быстрый взгляд Лиз.
– Ничего. Что-то с голосом.
– Барбара закашляла, делая вид, что прочищает горло.
По крайней мере, сегодня утром встреча с мистером Челси исключается. Барбара не называла ему адреса игрового детского комплекса, на открытие которого сейчас направлялась, а он и не спросил. Вероятно, перспектива множества пятен, оставленных на брюках детскими руками, его пугала.
Предусмотрительный мужчина, усмехнулась про себя Барбара.