Инкубы
Шрифт:
– Наркотики?
– Нет. Ни кокаина, ни марихуаны, ни наркотических средств, ничего.
"Что еще сказала Панцрам?" - он попытался вспомнить.
– Вы проверяли ее кровь на наличие синтетических производных морфина?
– Конечно. Ноль. По моим предположениям, девушка не употребляла наркотики и никогда ими не увлекалась. Даже у тех, кто употребляет марихуану не в обычном режиме... один взгляд на их мозг говорит сам за себя. Мы называем это липофусциновой прогорклостью. У Шанны Баррингтон этого не было. У нее был чистый мозг.
"Чистый
Он легко мог представить, как Ян Бек снимает черепную коробку жертвы орбитальной пилой "Страйкер", смотрит вниз и говорит: "Да, мозг чистый".
– Но была одна вещь, сэр, - в паузе, казалось, зазвучал неземной голос Бек.
– Она была помешана на здоровье?
– Я не знаю. Мы еще не так много о ней знаем.
– Я имею в виду ее дом. Вы нашли какие-нибудь витамины, травы, полезные для здоровья вещества?
– Нет, - ответил Джек.
– Судя по ее анализам, она вполне здорова, если не считать выпивки. Судя по ее печени, она пьет умеренно. Единственными реальными недостатками в крови были витамины В6, С и магний, что характерно для всех, кто регулярно пьет.
"Мне лучше начать принимать витамины", - подумал Джек.
– Мы обнаружили в ее крови что-то, что не относится к Контролируемым опасным веществам. Похоже на травяной экстракт или что-то в этом роде.
– Возможно, это дизайнерский наркотик.
– Ни за что, не та цепочка. Это что-то органическое.
Джек, сидя на кровати, со знанием дела выглянул в окно.
– Работайте над этим. Это все, что пока у вас есть. На это есть реальные сроки.
"Что еще? Олшер, да".
– Олшер сказал, что вы проводите анализ.
– Я как раз этим занимаюсь, собираюсь работать всю ночь. Меня беспокоят линии устойчивости и схемы входа. Я имею в виду, что у него забавный хвостовик. К утру прибудет скорая помощь. Зайдите ко мне.
– Хорошо, Ян. Спасибо.
– Спокойной ночи, сэр.
Джек, бормоча что-то, повесил трубку. Он не мог поверить, что в зеркале отражается он сам: бледный, как палка, человек, сидящий на кровати, курит "Кэмел", длинные волосы мокрой копной падают на лицо.
"Красивый, как картинка", - подумал он.
Он подошел к комоду за носками. Под носками была фотография Вероники. Он знал, что ему не следует сейчас об этом думать. Ему следовало бы погрузиться в расследование дела о "религиозном треугольнике", но фотография вдохновила его. Это вернуло его дух в прошлое. Вероника показывала в камеру язык, держа в руках большой стакан "Гиннесса" и обнимая Джека за плечи. Крейг сделал снимок в "Подземелье" в прошлый день Святого Патрика. Это было на следующий день после того, как Вероника призналась Джеку в любви.
Однажды она поехала в Атлантик-Сити с Джинни. Она позвонила по междугороднему телефону, просто чтобы сказать ему, что любит его. В другой раз они были в центре города с Рэнди и его девушкой, хорошо проводили время, безобидно болтали о самых безобидных вещах, и
Это были лишь некоторые из них. Как могло случиться, что что-то, когда-то такое светлое, стало таким черным? Теперь он мог смотреть на прошлое только как на мертвое провидение.
Он засунул фотографию обратно в ящик стола.
Он слонялся по квартире, то и дело поглядывая на телефон.
"Ты идиот, - заключил он час спустя.
– Она не собирается тебе звонить. Почему она должна тебе звонить? Она порвала с тобой".
– Его страсть целенаправленна, - сказала Карла Панцрам.
– Он очень страстный.
"Я люблю тебя", - гласила надпись на салфетке в баре.
"ВОТ МОЯ ЛЮБОВЬ", - гласила надпись на стене.
Этот парень выложил все, что мог, в этой реплике.
Джек уставился в зеркало на туалетном столике.
"Я очень испорченный человек", - заявил он зеркалу.
Его отражение выглядело как незнакомец. В его городе творилось что-то неладное, кто-то резал девушек заживо, но все, о чем Джек мог думать, была Вероника.
Он с невозмутимым видом смотрел на телефон.
"Она больше никогда тебе не позвонит. Она слишком занята этим, как его там... Хороносом".
Он вышел из квартиры. Сгущались сумерки, на улице было тепло и красиво. Мэйн-стрит кишела влюбленными и дышала чистым соленым воздухом. Чистота пейзажа угнетала его. Его длинные волосы были еще влажными. Он направился к Черч-Серкл, к "Подземелью", но на углу остановился. Ему стало плохо? У него сразу закружилась голова; он прислонился к столбу, чтобы не упасть. Когда он закрыл глаза, ему показалось, что он видит огонь.
Что-то промелькнуло у него в голове. Что-то - мысль. Красная мысль.
Нет, слово.
Аориста.
* * *
– Я знал, что должен был запереть дверь, - сказал Крейг.
– Что, и не получить чаевые от своего лучшего друга?
– Я не увлекаюсь коллекционированием монет, Джек. Я говорил тебе десятки раз.
– Просто продолжай наливать мне виски, как ты делал последние пять лет. В конце концов, я пойму, что к чему, - Джек занял свой обычный табурет в конце.
Несколько завсегдатаев подняли бокалы в знак приветствия. Джеку нравилось оформление бара. На потолочных балках висели сотни подставок для пива со всего мира. Фасадную стену украшали баннеры таких малоизвестных пивоварен, как "Фелинфоэль", "Теннет" "Тучер". Крейг выводил "Прекрасных юных каннибалов" через аудиосистему, в то время как по телевизору шла игра "Ориолз" с выключенным звуком. Джек был рад увидеть, что группа поддержки "Янкиз" используют буквы "О" из туалетной бумаги.
– Как ты назовешь сценку, где трое копов застряли по уши в песке?