Инфекция
Шрифт:
— Они мне ничего там не сказали. Да и что они могли сказать, — голос его дрожал так же сильно, как и руки. — Я ее не довез. Аня умерла в машине. Сейчас она в райцентре, в городском морге. Я к Павлу Степановичу не ходил. Не могу я ему об этом сказать, понимаешь? — он практически выкрикнул это в лицо Егору, в его голосе отчетливо слышались подступившие слезы. — Не могу!
Егор уже разворачивался, чтобы уйти, когда Квашнин вдруг схватил его за руку, останавливая.
— Мне кажется, я тоже заболел, Егор. Пытаюсь сглотнуть и чувствую боль, — он действительно сделал попытку сглотнуть накопившуюся во рту слюну и болезненно сморщился. — Что это
— Не знаю, Ром, не знаю.
— Как ты думаешь, может, все еще образуется? — в голосе участкового отчетливо прозвучала робкая, напоминающая детскую, надежда.
— Все может быть, Рома, — Егор развернулся и направился к дому. Ему вдруг остро захотелось, чтоб сегодняшнего утра не было, отмотать время вспять, во вчерашний день, когда бабушка была еще жива, и никто знать не знал о непонятном заболевании. Он уселся вновь на собственноручно сделанной скамейке и откинул голову назад, подставив лицо солнечному свету, закрыв глаза.
Иван бросил усталый взгляд на часы. Те самые часы, которые ему подарила на прошлый день рождения его Надя. Любимая девушка, которая предпочитала оставаться в чулках и мини-юбке, когда они занимались любовью. Теперь Иван сидел в своем магазине в предвкушении предстоящей ночи с подругой. Они уже созванивались с Надеждой, и она сказала, что ее родители уехали на дачу на выходные. А сегодня была только пятница. Это значило, что на ближайшие три дня, до вечера воскресенья, квартира была в полном распоряжении молодых людей. Иван как мог мысленно поторапливал время, отчего ему казалось, что оно тянется еще медленнее. Он не представлял, зачем вечером пятницы нужно было торчать в этом магазине до десяти вечера. Впрочем, через четверть часа уже можно было закрываться и со спокойной совестью идти к подруге. Впереди у них было много времени, две ночи точно. Две ночи любви и удовлетворения самых необузданных сексуальных фантазий.
С Надей Иван познакомился благодаря счастливому случаю. У него было два билета в кинотеатр, и в ожидании приятеля он стоял у входа, когда вдруг заметил симпатичную девушку в нескольких шагах от себя. Она нервно оглядывалась по сторонам и без конца теребила браслет часов на руке. Что его сподвигло на такой шаг, Иван не смог бы никогда уверенно сказать, но он уверенно подошел к ней и без фальшивых предисловий, как можно менее навязчиво, поинтересовался, не составит ли девушка ему компанию в кино. А она возьми и согласись. Так они и познакомились. Сам фильм они пропустили, потому что были слишком заняты друг другом, давая выход неожиданно захлестнувшей их страсти. Страсти, которая их поглотила и на всю следующую ночь, когда после кинотеатра Иван отправился в гости к Надежде, поскольку родителей ее дома не было. И вопреки опасениям их страсть вовсе не оказалась быстротечной. Они уже полтора года были вместе, и до сих пор мыслей о разрыве отношений не возникало ни у парня, ни у девушки. Они идеально подходили друг другу в постели, где Надежда удовлетворяла самые смелые его желания. И Иван искренне надеялся, что так будет и впредь.
Он уже снял кассовый отчет и вовсю предавался мыслям о предстоящей ночи, начиная возбуждаться, когда его внимание привлек скрип входной двери. Иван настороженно вгляделся в сумрак магазина. На фоне остаточного света, падавшего сквозь стеклянную витрину с улицы, он увидел силуэт мужчины. Вошедший в магазин был, как ему сначала показалось, мертвецки пьян. Незнакомец шатался, как на корабле при сильном шторме. Иван
— Здравствуйте. Извините, но мы уже закрываемся. Вам лучше прийти завтра.
Мужчина поднял взгляд и внимательно всмотрелся в лицо молодому человеку. И даже в сумеречном свете Иван смог разглядеть, что в глазах незнакомца билось настоящее отчаяние. Внезапно он резко согнулся пополам в приступе кашля. Отдышавшись, он снова взглянул на Ивана.
— Завтра? — он снова прокашлялся, словно прочищая горло, и звуки этого кашля очень не понравились Ивану. — Не знаю — не знаю… Может быть и завтра… А может, и не будет больше никакого «завтра»… — последние слова он произнес хриплым шепотом, адресуя их, скорее, самому себе, и снова закашлялся.
Ивану вдруг стало очень страшно. Какой-то жутью веяло от странного посетителя. А еще от него шел какой-то непонятный, но очень мерзкий запах. И даже стоя рядом, парень чувствовал, как мужчину снедает жар. Высокая температура чувствовалась даже на расстоянии, и Иван непроизвольно сделал шаг назад. Однако весь здравый смысл восстал в его душе против непонятно откуда возникшего чувства страха, и он решил еще раз попытаться вежливо выставить мужчину за дверь:
— Мы закрываемся, — повторил он.
— Да-да, разумеется, — мужчина снова несколько раз тяжело, с надрывом кашлянул. — Мне только нужен атлас автомобильных дорог. Могу я его найти в вашем магазине? Обещаю, что после этого я сразу уйду.
— Конечно, — уже не заботясь о том, что со стороны отчетливо это было видно, Иван облегченно вздохнул, — второй стеллаж слева, вон там. Видите?
Мужчина двинулся к стеллажу, на который ему указал продавец и взял довольно объемный журнал с глянцевой обложкой, на котором крупными буквами было написано «Дороги России. Охотнику и туристу». Он долго смотрел на эту надпись бессмысленным взглядом, а затем протяну руку и взял карту, снова пошатнувшись и в попытке удержаться схватившись за стеллаж. Сам он на ногах устоял, а вот стеллаж зашатался и, не найдя опоры, рухнул на пол. Журналы разлетелись по полу.
— Не беспокойтесь, — он увидел, что мужчина с трудом нагнулся, чтобы собрать с пола разбросанный глянец, — я сам все уберу.
Ему хотелось лишь одного: чтобы странный посетитель покинул его магазин. Неизвестно почему, но его присутствие угнетало парня, у которого все мысли уже были заняты предстоящей встречей со своей девушкой.
Мужчина посмотрел на него ничего не выражающим взглядом, а затем молча протянул пятисотрублевую купюру.
— Этого хватит?
— Да, но… — продавец как-то потерянно оглянулся на кассу. Отчет был уже снят, и ему не хотелось его переделывать.
— Сдачи и чека не надо, — сказал мужчина, словно прочитав его мысли.
— Благодарю вас, — только и смог промямлить парень. Дополнительный заработок почти в три сотни был для него вовсе не лишним. А продажу он мог бы провести завтрашним днем.
Мужчина направился к выходу, но у самой двери вдруг обернулся, пошатнувшись от резкого движения и снова вгляделся в продавца:
— Уезжай отсюда, парень.
— Куда? — пораженный до глубины души Иван только и смог, что задать такой вопрос. Ничего другого ему в голову не пришло.