Илония
Шрифт:
С этими словами Интар вывел своего Морлета из конюшни. А Иллар остался с ключом, зажатым в кулаке.
Иллар лежал на диване в кабинете своего отца. Впервые он отдохнул и выспался, впервые за последние дней двадцать. Впервые было тихо и спокойно. С тех пор, как приехала Талина. С тех пор, как он оказался среди воспитанников Ордата. Или с тех пор, как на башне короля Альтама его учитель, господин Колтин, сказал ему, что может рассказать ему о его матери. Как же давно это было. Год, два назад. Нет, месяца три или четыре. Иллар не помнил. Не помнил даже, какой тогда был день, зимний или летний. Это было ужасно давно. Как и та спокойная
С тех пор у него появилось уйма родственников, которые одновременно и любили его и порицали. Любили просто за то, что он есть и жив, беспокоились и уважали его мнение. И ругали за то, что он ненавидел своего отца и свою сестру. От этих мыслей привычно голова пошла кругом, Иллар попробовал выбросить их из головы. У него и без этого было с чем разобраться. Но мысли упорно вернулись к отцу. Как ему вынести ту ношу, что тот взвалил на него, добившись его согласия стать его оруженосцем?
Тогда дней двадцать назад, о боги, ему казалось, что это было в прошлом году, Интар привел его в свой кабинет и вместо того, чтобы выгнать из замка, сделал своим оруженосцем. Иллар ехал в Нарт, чтобы увидеть мать, а служит теперь ненавистному отцу. Должен служить. Служить так, чтобы Интар, спокойно читающий его мысли, и не догадался, кто его оруженосец на самом деле. А как это сделать, если Иллар постоянно попадает в неприятные истории и обращает на себя его внимание.
Эти два дня не прошли даром. Иллар проспал весь день и всю ночь, потом изучал отцовский кабинет. Это было весьма примечательное место. Обстановка была богатая, и удобная. Диванчик, кресло, легкая, приятная обивка, ковры и портьеры. Было, правда, холодновато, дров было немного, а Иллар не хотел выходить, чтобы пополнить запас. Большой рабочий стол, рядом стулья, кресла. Книжные шкафы, бюро, картины и оружие. Много оружия. Мечи, кинжалы, ножи, копья, арбалеты и стрелы. Все разные и их разных стран.
Кадук рассказывал своему ученику об особенностях ковки железа разных стран. Когда была возможность, показывал. На стенах отцовского кабинета Иллар увидел и илонские мечи и торогские. Вот морийские кинжалы, а вот горлитские арбалеты. Эти ножи Иллар не видел, но что-то похожее Кадук рассказывал о ножах, которые носили моряки дальних стран, когда их корабли заплывали в Бахру. Вот стрелы из Алмазной страны. Они не боевого назначения, а скорее, как украшение, ибо оперенье сделано из искусно изготовленных золотых перышек, а наконечник - обработанный алмаз. Возможно, одна такая стрела стоила больше, чем все остальное оружие. Если забыть, что в центре весит простой на вид меч. Но за этот меч Иллар отдал бы все на свете. И хотя он никогда не видел тоготский клинок, он узнал бы его из тысячи. По слухам и рассказам. По тому, как не мог оторваться взгляд от причудливой вязи, украшавшей этот прямой клинок. По тому, как тянулась его рука к простой рукояти.
Это было самое тяжелое в этом кабинете. Видеть этот меч и удержаться, чтобы не прикоснуться к нему. Ради него Иллар готов был отказаться от своего решения не брать в доме отца боевого меча в руки. А ведь это был боевой меч и Иллар чувствовал, что он не раз бывал в деле. Чего не мог понять Иллар, так это того, как мог принц Интар иметь такой меч и держать его на стене, а не при себе. Интар не часто носил меч
Именно этот меч мешал Иллару сосредоточиться на своих мыслях. Но тишина и покой все-таки сделали свое дело. К возвращению принца Интара, Иллар обрел душевное спокойствие и решимость выдержать до конца игру, которую он повел. Он будет служить отцу, как оруженосец, он будет выполнять его приказы, и сопровождать его, куда тот ни прикажет. Его отец - поразительный и проницательный человек. А он будет спокоен и молчалив, и не будет ничему удивляться. Надо будет привыкнуть, что этот человек читает мысли так же свободно, как и говорит. Значит, он не будет скрывать ни свои знания, ни того, что умеет обращаться с оружием, но драться не будет и наблюдать, как дерется он, тоже не будет. Предельная осторожность и молчаливость. Главное - молчаливость. Не так уж это трудно. В замке короля Альтама он говорил иногда пару слов в несколько дней. Главное, не дать себя разговорить.
Так думал Иллар, когда вернулся лорд Интар. И хотя Иллар ждал его и готов был к этому, от неожиданности он взволнованно вскочил с кресла, уронив книгу. Но, надо признаться, дверь открылась уж слишком неожиданно и резко.
– Он здесь - раздался такой же, как звук открываемой двери, неожиданно резкий голос всегда спокойного Интара.
Вслед за Интаром в дверь просунулась голова Тарлина и Латина. После этого раздался голос Стенли, объяснявшего кому-то:
– Он все время был здесь.
И вслед за этим отборные ругательства Ордата.
– Почему я должен быть не здесь, милорд?
– немного тревожно спросил Иллар, глядя на взволнованных Тарлина и Латина.
Ответил, и как всегда язвительно, Стенли:
– Мы тебя, видите ли, потеряли.
Латин же добавил:
– После того, как ты вышел из зала, тебя три дня никто не видел. Мы думали, с тобой что-то случилось.
– Но… мне приказал лорд Интар…, - Иллар недоуменно взглянул на Интара.
Тот прошелся по кабинету, хмуря брови.
– Когда я приказал тебе ждать меня в моем кабинете, я не рассчитывал превратить свой кабинет в камеру. Что ты ел все эти дни?
– резко спросил он. Стенли с Тарлином при этих словах дяди испуганно переглянулись, но Интар ничего не заметил.
Иллар пожал плечами.
– Мне не хотелось есть.
– Прошло три дня, и ты хочешь сказать, что все это время не хотел есть? Почему ты не поговорил с Шеволном?
– Мне не хотелось обременять его, я вполне обошелся без белья.
– И без еды?!
– У вас тут была в кувшине вода, иначе, я, возможно, попросил бы.
Интар остановился около него.
– Ты что, за это время ни разу не вышел из кабинета?
– Нет, выходил по нужде, просто никого не встретил. Если бы я знал, что меня ищут, то не стал бы прятаться.
– Иллар вызывающе поднял голову.
– А что, по-твоему, мы подумали, когда ты исчез, - голос Тарлина был скорее облегченным, чем гневным.
– Не знаю, - Иллар опустил голову, - я как-то не подумал об этом. Я в основном спал. И мне не хотелось никого видеть.
– А мы подняли на ноги весь замок, - опять вставил Стенли, - и, как дураки, искали тебя целый день, пока один из конюхов не вспомнил, что видел тебя с лордом Интаром в конюшне. Тогда мы направились в Дантрин, по дороге встретили дядю и мчались сюда, как угорелые, чуть не загнав лошадей.