Игрушка императора

Звездная Елена

Кажется, договоренность достигнута… Об остальном я подумаю позже и в одиночестве.

Кесарь усмехнулся и, не сводя с меня мерцающего взгляда своих нечеловеческих глаз, медленно поднялся. Я продолжала сидеть и сжимать пальцы рук в стремлении подавить растущий панический ужас. А император плавно направился ко мне. С каждым его шагом мое сердце начинало биться все чаще, в горле пересохло, и как завороженная я смотрела на приближение самого страшного правителя в Рассветном мире.

— Коварная моя, знаешь, что больше всего злит в данной договоренности? — вопросил кесарь, подойдя вплотную

и склонившись надо мной.

— Что? — вопрос больше напоминал какой-то полузадушенный писк.

Лицо кесаря исказилось едва сдерживаемой яростью, и супруг прошипел:

— Ты и не планируешь придерживаться данного соглашения и спустя полгода либо вновь выдвинешь подобное предложение, либо попытаешься нанести удар в спину! В мою спину, не так ли, подлая моя?

Не думать, не думать, не думать… Но руки мелко подрагивают, потому как… не думать!

— Я прав, Катриона. Несомненно, я прав, — выдохнул кесарь мне в лицо.

Да, прав, мы оба понимали это! Но его знание моих методов, несомненно, не радует… Совсем не радует.

Стремительно выпрямившись, повелитель всей Прайды и сорока семи подвластных государств отошел к окну. Плотная темная занавесь отдернулась самостоятельно, открывая взору императора столицу подчиненного государства. Некоторое время Араэден стоял молча, вглядываясь в огни недалекого города, я также сохраняла молчание, стараясь не думать ни о чем. Было сложно, но я старалась.

— Старательная моя, подойди.

Ледяной тон кесаря вызвал дрожь. Послушно встала, приблизилась, приобщилась к лицезрению огней Праера. Движение, быстрое, практически неуловимое, и супруг оказался позади меня, больно сжав плечи и придвинув к окну так, что я была вынуждена положить ладони на отшлифованный хрусталь, чтобы сохранить равновесие и не ткнуться носом.

— Я готов прощать тебе многое, подлая моя, — прошипел кесарь, склонившись к моей шее, — но я никогда не прощу предательства, Катриона! Запомни это!

Вздрогнув от озноба, ледяным узором страха пробежавшегося по спине, продолжаю молчать, стараясь ни о чем не думать. Сказать хотелось многое, но теперь я высоко ценила возможность дышать после демонстрации силы этого бессмертного.

— Страшно? — прошипел кесарь и, не дожидаясь ответа, исчез в открывшемся портале.

Я осталась взирать на полученное в результате брака имущество в размере: империя — одна штука, подвластные государства — сорок семь штук, подконтрольные территории — весь Рассветный мир. И за это имущество, как и за жизнь Динара, я планировала бороться жестко и непримиримо. Благо кесарь оказался достойным учителем! И только что наглядно продемонстрировал мне необходимость его скорой смерти!

Дилемм больше не было, я сделала выбор.

* * *

В одном мой вызывающий ужас супруг ошибся — страшно мне тогда не было. Тогда я просто приняла решение о его убийстве, и страшно мне не было совершенно. Страшно стало утром, когда после быстрого завтрака я отправилась в заведение «Крылья феникса», получила доступ к украденным еще ночью из архива документам и ознакомилась с ними.

— Сколько у меня времени? — присаживаясь к столу, заваленному древними свитками, полюбопытствовала я.

— До заката, —

лорд Аласт лично запер двери в собственный кабинет. — Вы будете одна работать с документами?

Молча кивнула. Мой бесценный Свейтис прибыл в Прайду накануне, но его я засадила за работу по текущей документации империи, Райхо еще вчера отправила урегулировать вопрос денежной компенсации с родителями убитой служанки. Девушку было жаль до слез. Впрочем, от помощи секретарей я отказалась по иным соображением, нежели их занятость, — кесарь не должен был знать! Следовательно, все запрещенное я буду делать сама.

— Бумага и перо? — предложил Аласт.

— Не потребуется, — кратко ответила я, протягивая руку к сборнику указов кесаря трехсотлетней давности.

И вот спустя час мне действительно стало страшно. Очень-очень страшно. Страшно настолько, что, уронив очередной тяжеленный том, я до крови прикусила губы, стараясь не стонать от бессильной ярости, от леденящего душу ужаса абсолютной безысходности. Не помогло, и в итоге я просто закрыла лицо руками, с ужасом осознавая страшный факт — с каждым годом кесарь становился сильнее! Триста лет сплошного усиления и упрочения позиций! Мне нечего было противопоставить его силе, его уму, его власти! Совершенно нечего… кроме собственно голого энтузиазма и способности добиваться цели любыми путями. Но даже в этом я откровенно проигрывала кесарю, который, судя по всему, нашел прекрасный способ увеличивать свою магическую силу. Император становится сильнее с каждым годом, с каждым… магом!

— Айсира Катриона? — лорд Аласт, сидевший у окна на протяжении всего времени, что я просматривала свитки, встревоженно поднялся. — С вами все хорошо?

— Нет, — тихо ответила я. — Со мной все плохо. Более чем плохо! Но ужас положения заключается в том, что все будет только хуже.

— Простите?

— Зато теперь ясно, почему орки держались от него подальше, — простонала я.

Затем осознала, что это было сказано вслух, и поспешила успокоить лорда:

— Все хорошо, не переживайте. Точнее, все плохо, но лично вы изменить ничего не сможете, так что не переживайте. Все равно бессмысленно.

Мне в данной ситуации также не стоило волноваться, ибо сделать я ничего не могла. То есть я понимала, что ничего не могу сделать, но все же не планировала сдаваться. Хотя и выхода в данной ситуации не видела совершенно, но, возможно, проблема заключалась в том, что я не обладала всей полнотой информации либо чего-то не заметила. А ведь действительно могла упустить что-то значимое, какую-то деталь…

Необходимо было поговорить хоть с кем-то, как-то структурировать полученную информацию… в конце концов, осознать весь масштаб проблемы, но… говорить было не с кем! Втягивать в это шенге я не хотела, ровно до тех пор, пока не выясню все о своей неприятной догадке. Так что поговорить мне не с кем… Совершенно не с кем, хотя… «Он уехал, Кат, еще в тот вечер, когда ты объявила о предложении кесаря. Зверем метался тут, все время повторяя: „Мейлина предупреждала“, а потом открыл портал и исчез», — слова Лорианы вспомнились отчетливо, как и упоминание той же Мейлины Динаром. И я поняла, у кого смогу найти ответы и недостающую информацию.