Игрушечный стрелок
Шрифт:
Если же кто-то из врагов обращал внимание на Фабиолу и пытался атаковать ее, принцесса принимала удар на свои стальные наручи, и, не дожидаясь следующего, ужом отступала за спину ближайшего гвардейца, который тут же, без слов и указаний, заслонял ее своим телом.
Отступала лишь затем, чтобы вернуться, когда гвардеец свяжет противника боем, и атаковать его с неожиданного угла.
Фабиола была как отравленный стилет, как дага, которая появляется из складок плаща и атакует незащищенное тело в тот момент, когда шпага скована клинчем. Она была везде — и нигде одновременно.
А вот гвардейцы прекрасно все понимали. И работали с принцессой как идеально отлаженный механизм. Механизм, в которой лишней детали, разумеется, нет места.
Поэтому я просто встал, привалившись к стене, и держась рукой за начинающий неметь бок. Стрелять я все равно не мог — в этой свалке слишком велика вероятность зацепить своих, а лезть в рукопашную мне точно не с руки.
Я даже нож где-то потерял, так ни разу им и не воспользовавшись.
Два раза я все же выстрелил — когда из схватки вырвались двое аркейнцев и ломанулись по коридору в мою сторону — спасались бегством. Уйти я им не дал, хоть и на пришлось потратить целых два патрона на второго — к тому моменту бок тянуло так сильно, что меня даже немного скрючило на левую сторону и я не мог нормально вложиться. Подумав, я сел на пол, а потом и вовсе лег на плиты, приятно холодящие болезненный бок, наблюдая, как гвардейцы добивают последних аркейнцев.
А они и правда добивали. В живых осталось всего восемь гвардейцев и Фабиола, забрызганная кровью так, что казалась персонажем какого-то бюджетного хоррора, но аркейнцев осталось всего трое. Их зажали возле стены и уже замахнулись было оружием, но один из них внезапно что-то гортанно выкрикнул и схватил сам себя за горло! От рук потянулись красно-белые прожилки, воздух резко похолодел, часть камня за спиной мага осыпалась в пыль…
— Осторожно, принцесса! — закричали гвардейцы, двое моментально схватили Фабиолу и откинули назад, закрыв спинами, а еще двое…
А еще двое накинулись на мага и погребли его под своими телами.
Совсем как гранату.
— В сторону! — закричал кто-то.
В последнее мгновение какой-то гвардеец натурально швырнул Фабиолу в мою сторону!..
А потом раздался взрыв.
Я только и успел что открыть рот и понадеяться, что Фабиола тоже это сделала. Грохнуло не сильно — тела гвардейцев сильно погасили взрывную волну. К сожалению, даже после такого слабого взрыва выжить у них шансов не было. Даже если там не было никаких осколков. Да откуда там взяться осколкам? Это же не граната, не мина, это…
Что это вообще было?
На месте гвардейцев и их врагов остались только брызги крови — все, кто стоял, упали. Пара человек выжили и сейчас поднимались с земли, держась за стены и пошатываясь. По вискам из-под шлемов струилась кровь, а в глазах не было ни единой мысли. Контузия, как она есть. Хорошо, если только она.
Моя голова тоже звенела и кружилась, но это воспринималось как-то отстраненно. И голова, и уши, и боль в бедре, и боль в боку. Все это было несерьезно и несущественно. Главное, что мы победили. Мы же… победили?
— Победили… —
— Победили… — тихо повторила она. — Только не смей умирать, слышишь! Слышишь?! Слушай меня, не отключайся! Кто-нибудь, позовите Винью! Срочно, срочнее некуда! Дим, только не вздумай умирать, сейчас тебе помогут! Да что ж ты какой тяжелый!
Я обычный, принцесса. Нормальный. Только вот не вижу почему-то ничего и двигаться не могу. Но я не умираю. Как я могу умереть?
Я же уже один раз у…
Глава 27
Сознание возвращалось нехотя, рывками. Я будто выныривал из мутной густой жидкости, преодолевая ее сопротивление, гребя изо всех сил к поверхности в ожидании глотка живительного воздуха и лучей солнечного света. А болотная жижа не пускала меня, цеплялась за ноги корягами, обволакивала водорослями, тянула на дно. И только чье-то неосязаемое присутствие, незримая рука, что тянула меня на поверхность, помогали мне всплывать.
Я открыл глаза.
Надо мной были знакомые сводчатые каменные замковые потолки. Подо мной — кровать с белоснежными простынями. Слева от меня — стоящая с вытянутыми руками и закрытыми глазами Винья, с палцьев которой сочился бледно-голубой свет, справа — Фабиола все в той же окровавленной ночнушке, сжимающая в ладонях мою руку.
— Сработало! — выдохнула она, еда я открыл глаза. — Мастер Винья, он очнулся!
Я прерывисто вздохнул и попытался сесть, но бок пронзило болью и я только и смог что резко выдохнуть.
— Пока не двигайся. — смолвила Винья, не открывая глаз. — Я еще не закончила.
Я разлепил ссохшиеся губы, но вместо голоса из горла вылетело только бессвязное сипение.
Воды…
— Пока нельзя. — так же монотонно ответила Винья, будто прочитав мысли. — Подождите еще пару минут.
Я послушно закрыл глаза и расслабился. Все равно в моем нынешнем состоянии я не в состоянии ни спорить, ни сопротивляться. А даже был бы и в состоянии — могу поспорить, что Фабиола шустро скрутила бы меня в бараний рог. Просто потому что Винья велела не дергаться.
Винья у нее в авторитете, этого не отнять.
Винья тихо хихикнула.
Я открыл глаза и посмотрел на нее с укоризной. Несмотря на закрытые глаза, Винья все поняла и слегка покраснела. Спустя несколько секунд она опустила руки и открыла глаза:
— Готово. Можно пить.
Фабиола тут же сунула мне в руки кувшинчик с водой и помогла приподняться, чтобы напиться. Живительная влага прокатилась по сухому горлу, приводя его в порядок, я наконец смог говорить:
— Что со мной было?
— Яд. — Винья чуть пожала плечами. — Только не биологический, а магический. Маг перестроил часть наконечника стрелы, превратив его в вещество, которое сгущает кровь и через выстрел занес его в ваш организм.
— Никогда не слышал о таких ядах. — признался я. — О тех, что разжижают кровь — слышал, а чтобы сгущать…
— Это магическая субстанция. — пояснила Винья. — Она не существует без магии… Или без крови. В свободном состоянии она быстро распадается, буквально за половину минуты.