Иггинс и К°

Бюр Рене

Наконец Дальтон остановился.

– Здесь в стене есть маленькая калитка в сад, но она заперта. Главные ворота – в противоположной стороне. До дома отсюда примерно метров пятьдесят, – прошептал он. – Господин 53, вы взберетесь на стену, а мы пойдем вдоль стены до угла. Когда вы окажетесь в саду, дерните за проволоку. Она соединена с колокольчиком. Я думаю, что тихий звон не разбудит слугу, но собака его услышит. Вероятно, она здесь, в саду. Постарайтесь расправиться с ней поскорее. Хотя странно, почему пес до сих пор

нас не учуял. Но будьте крайне осторожны. Эта тишина меня весьма тревожит… Как только прозвонит колокольчик, мы влезем на стену и присоединимся к вам.

Агент вскарабкался на Стену и исчез.

– Пошли, – сказал нам Поль.

Мы двинулись вдоль стены. Вокруг по-прежнему было тихо и темно.

Вот и угол. Но здесь стену от тропинки отделял ров, полный воды.

Я вымок до нитки и дрожал. А каково же несчастному старику? Но он без жалоб шел за нами следом, время от времени ворча что-то себе под нос.

Дальтон остановился.

– Теперь послушаем. Прошла минута, пять, десять…

– Что-то слишком долго, – прошептал Поль.

– Быть может, мы не слышали?

– Собаку-то?

В то же мгновение что-то шлепнулось Дальтону на голову. Он чертыхнулся. Я схватил его за руку.

– Тсс… – прошептал Поль. – Чем это меня стукнуло? Булыжником, что ли?

Он опустился на колени и принялся шарить по траве.

– Камень! – пробормотал Дальтон. – Кому это взбрело в голову кидаться камнями?

Второй камень упал на землю неподалеку от нас.

– А! – догадался мой друг. – Это господин 53 подает нам знаки. У парня, однако, тяжелая рука. Тем хуже для него – я отвечу тем же.

Он перебросил камень в сад. В ответ послышался тихий свист.

– Все в порядке! То ли он бесшумно прикончил этого чертова пса, то ли собаку вообще не выпускали в сад. Все это мне не очень нравится. Ладно, нагнись-ка!

Поль взобрался мне на плечи.

– Господин Данблез, вы еще не передумали следовать за нами?

– Нет.

– Хорошо. Валлорб, ты поможешь господину Данблезу.

Я поднял старика, как пушинку, и передал его Дальтону, который, сидя на стене, вглядывался в темноту. По ту сторону стены его подхватил господин 53.

Я медлил. Как взобраться на эту проклятую стену? Нашарив какой-то выступ, я начал карабкаться. Дальтон, уцепившись за гребень стены руками, свесил ноги, и с его помощью я влез на стену, точно по веревке.

– Собаки нет? – спросил Дальтон, когда мы оказались в саду.

– Нет, – ответил агент.

– Плохо…

– Что тебе не нравится? – удивился я.

– Я боюсь ловушки. Не люблю слишком легких дел. Держите револьверы наготове, но без моего приказания не стреляйте.

Мы двинулись к дому. Впереди шел Дальтон, всматриваясь в чернеющие кусты и замирая при каждом шорохе. Ветер разогнал тучи, и ночь уже не казалась такой темной.

Свет в доме не горел, ставни закрыты. Было похоже,

в нем никто не жил. Поль сделал нам знак остановиться. Он осторожно подергал запертую дверь, заглянул в окна, обошел фасад. Вид у него был недоумевающий.

– Должно быть, в доме никого нет, – тихо сказал Данблез.

– Исключено, – покачал головой Дальтон.

– Там должен быть по меньшей мере слуга, – добавил агент.

– А где же собака? – спросил я.

– Странно, что ее нет, – ответил Поль. – Но если слуга спит и ничего не подозревает, незачем будить его. Мы можем управиться без шума… Когда убили капитана, он ничего не слышал.

– Но тогда все окна первого этажа были открыты, – сказал господин 53.

– Верно… Ума не приложу, как нам пробраться в дом.

– Быть может… – начал Данблез.

– Вы знаете способ?

– У меня есть идея…

– Ну?

– Здесь должна быть лестница… Посмотрите на стену. Мы дружно задрали головы. Действительно, было видно, что полстены дома выкрашено другой краской.

– Понимаю, – сказал Дальтон. – Дом перекрашивают.

– Верно, – кивнул Данблез. – И здесь должна быть лестница.

– Наверное, она под навесом, – предположил агент.

– Ступай с ним, – сказал мне Дальтон. – Да поторопитесь.

Мы бросились под навес. Там и правда лежала лестница, довольно длинная – метров шесть или семь. Мы приставили ее к стене так, чтобы верхний конец пришелся под окно второго этажа. Господин 53 полез первым. Но сможет ли он справиться со ставнем?

Дальтон успокоил меня.

– Он специалист. И ставень, должно быть, запирается не хитро.

Действительно, все оказалось очень легко. Чуть слышный треск, и ставень поддался. К счастью, окно за ним было открыто. Дальтон взобрался по лестнице. За ним следовал я.

– Ступайте, ступайте, – сказал Данблез, когда я предложил помочь ему. – Я еще не настолько стар, чтобы не взобраться по приставной лестнице.

Я перелез через подоконник и хотел протянуть старику руку, но раздумал, боясь рассердить его.

Данблез стал на последнюю ступеньку лестницы и шагнул на подоконник. Внезапно он покачнулся, теряя равновесие, ухватился за раму и, прежде чем я успел подхватить его, тяжело свалился в комнату. В ночной тишине грохот от падения, казалось, сотряс дом.

И что еще хуже, Ренэ Данблез зацепил ногой лестницу. Она съехала со скрипом по стене и рухнула на груду досок под окном. Они посыпались, как горох.

– Проклятье! – прохрипел Дальтон.

– Просто не повезло, – поднимаясь, сказал Данблез. – Незачем сердиться.

Дальтон еле сдерживался.

– Через минуту сюда прибегут все, кто есть в доме, а отступление отрезано!

Затаившись в темноте, мы напряженно прислушивались, но в доме по-прежнему было тихо.

– До земли невысоко, – шепнул я Дальтону. – Всего метров шесть.