Хроники бездны - 3
Шрифт:
Навстречу веренице полицейских машин проехал белый фургон с рефрижератором на крыше, и Резцов невольно проводил его долгим взглядом. Вспомнились последние слова жены, произнесённые перед тем, как они расстались.
Впереди показался нужный поворот, и полицейский резко вывернул руль, чтобы вписаться в него почти на полной скорости.
Спустя двадцать минут машины одна за другой остановились перед массивным зданием «Центра крови» с узкими окнами, напоминавшими бойницы древних крепостей. Руководство было предупреждено, поэтому Резцова и его коллег пропустили
Как же Менгеле удалось раздобыть анитикоагулянт? Глядя на мощные тёмно-коричневые стены и стальные двери, Резцов всё больше утверждался в уверенности, что попасть внутрь убийца не мог. Кто-то должен был вынести для него препарат.
Прежде чем приступить к допросам и прочему, нужно было исполнить лишнюю и докучную обязанность – подняться на лифте к руководителю «Центра крови», некоему Александру Михайловичу Козыреву, и, как сказал Резцову его начальник, «поздороваться». Иначе говоря, отметиться и выразить признательность за то, что полицейским позволили беспрепятственно копаться в документах и отвлекать сотрудников от работы.
– И повежливее там, - напутствовал начальник, постукивая кончиком карандаша по блестящей поверхности стола. – Это большой человек, не какая-нибудь мелкая сошка. Ты, конечно, делаешь своё дело, но чтобы никакого хамства!
– Обижаете, - ответил Резцов, а сам подумал: «Этого ещё не хватало! Расшаркиваться перед всякими!» Но делать было нечего. Пришлось сразу по приезду в «Центр» идти.
Козырев принял его в своём кабинете, светлом и просторном. Он не сидел, а стоял возле окна, когда вошёл Резцов, и сразу догадался, кто перед ним.
– Ждали вас, - сказал он, протягивая руку.
Полицейский пожал твёрдую влажную ладонь.
– Садитесь, - Козырев указал на мягкое кресло для посетителей.
– Спасибо, что разрешили провести расследование на вашей территории, - проговорил Резцов, уже мысленно досадуя на то, что пришлось садиться. Значит, так просто, после кратких расшаркиваний хозяин кабинета его не отпустит.
Козырев обошёл стол и уселся в вертящееся кресло с высокой спинкой. Кожаная обивка блестела в свете неоновых ламп, установленных по обе стороны от него. Между ними висела картина в бронзовой раме. На ней изображалось огромное колесо, с которого почему-то сыпались крошечные человеческие фигурки. Наверное, оно крутилось и поддевало их короткими лопастями. «Символ неумолимости времени», - догадался Резцов. Да, жизнь, конечно, не стоит на месте. Никогда не знаешь, кто попадёт под его лопасти.
Козырев секунд десять пристально рассматривал сидевшего перед ним полицейского. Резцов ждал. Он решил, что «спасибо» вполне достаточно, с учётом того, что они приехали не по своим личным делам, а по долгу службы. Так что, если руководитель «Центра крови» ждал от него чего-то ещё…
Козырев провёл ладонью по гладкому черепу. Несмотря на работающий кондиционер, на нём блестели едва заметные капельки пота. А может, это была всего лишь осевшая влага.
– Зачем он это делает?
– Если бы мы знали… - пожал плечами Резцов, не желая вдаваться в долгую дискуссию. Времени было не так много, чтобы тратить его на болтовню.
– Нам просто нужна безопасность, - продолжал Козырев, складывая руки на животе. – Неужели это так много? Я думаю, этот убийца – безумец. Никак иначе его действия объяснить нельзя.
– Вполне возможно, - согласился Резцов, демонстративно взглянув на часы. Если бы этот Козырев не был большой шишкой, он не стал бы сидеть тут и слушать его разглагольствования.
– Такая бессмысленная, нерациональная жестокость. Это так чуждо нам, нормальным людям, не правда ли?
– Не думаю, что нам удастся когда-нибудь понять истинные мотивы Менгеле, - ответил Резцов. – Вероятно, его сознание замутнено. Он во власти какой-то мании. Быть может, сказались мозговые повреждения или просто психологический шок. В любом случае, наша задача – обезвредить его, а не копаться у него в душе.
– Разумеется, я понимаю. Просто вся эта паника, охватившая город. Пока Менгеле не выходит за пределы Московского района, но кто знает, на что он решится через месяц или два? Нет ведь никаких гарантий, что он продолжит убивать лишь в пределах…
– А вы сами где живёте? – перебил Резцов.
– Недалеко отсюда, - улыбнулся одними губами Козырев. – Но это ничего не значит. Страх – это такая штука, которая не подчиняется разуму. Он расползается, сметая все границы.
– Тут я с вами согласен, - полицейский уже был как на иголках. Долго ещё будет тянуться этот бесполезный разговор?
– Иногда мне снится, что Менгеле влез в мой дом и вытаскивает из кроватки младшего сына, - доверительно, понизив голос, признался Козырев. – Я стараюсь проснуться, чтобы пойти и помешать ему, но не могу. Это ужасно! Моя жена так и вовсе боится выпускать детей из дома. Но ведь так не может продолжаться до бесконечности!
– Мы как раз над этим и работаем, - сказал Резцов довольно грубо. Ему надоело потакать этому чиновнику – именно тогда, когда они так близки к цели.
– Да-да! – кажется, Козырев, наконец, сообразил, что задерживает полицию. – Конечно. Я просто хотел дать понять, мы все здесь разделяем ваше стремление поймать убийцу и постараемся оказать всяческую помощь. Всё, что он нас зависит!
– Благодарю, - Резцов с облегчением встал. – Тогда мы немедленно приступим к работе.
– Только один вопрос, - улыбнулся одними губами Козырев.
– Да?
– У вас есть близкие?
– Жена и дочка. А что?
– Просто хотел узнать, насколько вы… - Козырев покрутил пальцем в воздухе, словно подбирая подходящее слово, - заинтересованы в успехе! Не смею дольше задерживать.
Выйдя из кабинета, Резцов широкими шагами направился к лифту. Его распирало от желания врезать этому напыщенному индюку, который считал, что имеет право определять, насколько он, Резцов, способен выполнить возложенную на него задачу! Какая наглость!